prosdo.ru   1 2 3 ... 5 6
СОКРАТ. Сейчас мы допиваем последние чаши...


КСАНТИППА. Одну чашу...

СОКРАТ (шепотом). Это невежливо. Я должен выпить за всех. За почтенного хозяина, за... (Остановился, громко.) Но прежде всего я должен выпить, друзья мои, за эту женщину. Вот – истинная жена философа. После нее все кажется в жизни легким и радостным. Заметьте, как только она появилась, мы сразу забыли о завтрашнем суде. Он нас не страшит! (Первому.) Единственное, что я прошу тебя записать: жена Сократа была сварлива. За это его пожалеют больше, чем за любую смерть. (Пьет.)

КСАНТИППА. Сократ, ты мне не нравишься. Домой! Продик, помогите мне. (Кричит.) Геракл, зажигай факел!

СОКРАТ (чуть опьянел). Я не хочу Продика! (Кивнул на учеников.) Пусть идут они.

КСАНТИППА. С ними ты будешь по дороге болтать до утра! Спор закончен. (Кричит.) Геракл!

СОКРАТ. Хорошо! Тогда напоследок мы споем песню!

КСАНТИППА. По-моему, я сказала...

ПРОДИК (мягко, с вибрирующими интонациями). Ксантиппа...

КСАНТИППА (сразу смягчаясь, кокетливо). Ну хорошо, спойте песню. Только он петь не будет. (Сократу.) Тебе завтра выступать, ты охрипнешь. (Ученикам, строго.) Пойте, и быстрее.

ВТОРОЙ (поет). «К чему раздумьем сердце мучить!

СОКРАТ, шевеля губами, беззвучно, но страстно подпевает.

...Предотвратим ли думой грядущее? Вино из всех лекарств самое лучшее. Самое лучшее!.. Напьемся же пьяны!»

КСАНТИППА. Кончено! Геракл!

Входит ГЕРАКЛ, крошечный раб СОКРАТА, с факелом.

СОКРАТ (обнимая его). Милый Геракл... Какую хорошую песню я пел...

КСАНТИППА. Сократ, ты мне окончательно не нравишься! Обопрись о Геракла.


СОКРАТ (Первому). Как я сказал о ней?

ПЕРВЫЙ. Ты много о ней говорил. Например, Иону из Эфеса ты сказал: «Истинный наездник выбирает необузданную лошадь». А Диоклу из Фив...

СОКРАТ (смеется). Он все знает... Зачем я?

Ночь в Афинах. В доме ФРАСИБУЛА, одного из правителей Афин. АНИТ и ФРАСИБУЛ.

ФРАСИБУЛ стар – иссеченное шрамами лицо воина.

АНИТ (продолжая разговор). Мне тоже жаль Сократа. Но каждый день по городу разгуливает этот старец и терзает горожан своими поучениями о недостижимых добродетелях. Ежечасно он подвергает сомнению несомненные истины. Мудрейшие и почтенные афиняне в беседах с ним чувствуют себя глупцами – согласись, Фрасибул, это раздражает... Можно, конечно, отнестись к этому с юмором и добродушием. Но юмор и добродушие – удел благополучных времен. Афинский народ обозлен войной и поражением. Нервы у людей сдают. Кроме того, его влияние на молодежь...

ФРАСИБУЛ. Не кричи так!

АНИТ. Кроме того, можно легко домыслить, что Сократ ставит человеческий разум выше афинских богов, А было бы очень полезно именно сейчас поддержать наших богов. Защита святынь всегда дисциплинирует и поднимает авторитет. А в наше время...

Входит МЕЛЕТ.

Это Мелет – пифиец, он обвинил Сократа.

МЕЛЕТ (с усмешкой). Время ночное. Опустим длинное приветствие и сразу к делу, отцы города.

АНИТ. Что ты хочешь за... это? МЕЛЕТ. За что, стыдливый Анит?

Молчание.

Хорошо. Итак, за то, что я обвинил старика, с которым незнаком... За то, что я пушу в дело все красноречие поэта и в ярких красках опишу, как портит он молодежь своими поучениями... и стану трясти при этом длиннохвостой головой как доказательством своего падения... и еще рыдать, как женщина... Что я хочу за это?


АНИТ. Учти, Мелет, казна Афин разорена...

МЕЛЕТ (хохочет). Бережливые отцы, мне не нужны ваши деньги. Я – урод, я нездоров. Я не склонен к шумным пирушкам, и друзей у меня нет. Я – свободен. Свободен от всего – от друзей, от здоровья. Принадлежу только себе и вслушиваюсь только в свои желания и удовлетворяю их. Но я поэт.

АНИТ (Фрасибулу). Он действительно поэт.

МЕЛЕТ. И как все поэты, я желаю поклонения. Представляете, я презираю всех, плюю на всех... и все-таки желаю любви всех. Потому что я поэт. Здесь моя западня. И я решил: вы дадите мне право сочинить гимн Аполлону – гимн, который от имени Афин повезет священное посольство в Дельфы.

ФРАСИБУЛ схватился за меч, но удержался.

Вы прикажете священному хору, который наверняка уже вытвердил какие-нибудь вирши покойника Софокла или сладкозвучную рухлядь истлевшего Гомера, забыть всю эту дребедень и выучить то, что сочиню я. Мне нужна слава, и вы мне ее дадите за это.

АНИТ (помолчав). Мы согласны, Мелет. Хор стоит на Акрополе у стены Кимона. Официально мы объявим о твоем назначении после приговора Сократу.

МЕЛЕТ. Я повторю. У меня нет ничего и никого. Мне нечего терять. Если вы не сдержите слова...

АНИТ. Мы у тебя в руках, Мелет. До завтра!

МЕЛЕТ уходит.

(После паузы.) Все в воле богов, Фрасибул. И кровавая смерть, и могучая участь.

ФРАСИБУЛ. Ступай с миром, Анит. Я становлюсь стар. Устал. Спокойной тебе ночи.

Ночь в Афинах. СОКРАТ идет домой, опираясь на раба ГЕРАКЛА, несущего факел. Сзади идут ПРОДИК и КСАНТИППА. ПРОДИК чуть обнимает КСАНТИППУ, и та льнет к нему. Вдруг Сократ останавливается и садится на землю.


КСАНТИППА (сразу бросаясь к нему, испуганно). Сократ, что с тобой?

СОКРАТ (он пьян). Мне хорошо, Ксантиппа. Мне сейчас так хорошо! Я рад, что я на тебе женился. Рад, что прожил семьдесят лет. Хорошо! Хорошо – просто идти. Хорошо – никуда не торопиться. Хорошо – сесть посреди дороги, подставив голову ветру. (Спокойно.) Ксантиппа, больше этого никогда не будет.

КСАНТИППА (вдруг нежно). Ну что ты, Сократ. Милый, ведь ты самый мудрый. Все так говорят. Вот и Продик так говорит. А он – важный человек (Поднимая Сократа.) Сократ, пусть нам хоть раз в жизни принесет пользу твоя мудрость. Защитись, пожалуйста, завтра в суде. Хорошо? (Продику.) Ведь нам ни разу его мудрость не приносила пользу! Ни разу! Ни драхмы!

СОКРАТ (удовлетворенный). Ни разу! (Рабу.) Вперед, Геракл, несущий свет! Ты скоро будешь свободен! Я завещаю, Геракл...

КСАНТИППА. Продик, он опять! (Сократу.) Только посмей проиграть завтра суд. Я тебя не пущу домой! Я к тебе привязалась... Я к нему привязалась, Продик... Я родила тебе трех сыновей.

ПРОДИК грубо ее обнимает.

(Сразу все, забыв, воркующим шепотом.) О Продик! (Идет.) СОКРАТ (оборачивается, видит объятие). Я пьян или я не пьян? КСАНТИППА. Ты пьян и не останавливайся. СОКРАТ. Нет, я хочу все-таки остановиться и уяснить, зачем здесь Продик?

ПРОДИК Я провожаю тебя и Ксантиппу.

КСАНТИППА. Зачем ты ему объясняешь? Что он, слепой, сам не видит?

ПРОДИК Я твой старый друг, Сократ.

СОКРАТ. И ты решил на этом основании обнимать плечи красавицы Ксантиппы? Давай исследуем, можешь ли ты сделать это, если ты мой старый друг? (Рабу.) Геракл, ступай в дом и принеси мою пику. Мою длиннотельную пику. Сейчас я поражу Продика.


КСАНТИППА. Старый пьяница! Человек вызвался проводить! Человек твой старый друг...

СОКРАТ (покорно, лукаво). Шучу... Продик – мой старый друг. Все шутка. А ты обмер, Продик. Ну какая пика? Что я, Гектор? Мне семьдесят лет. Размышления состарили меня, и мне вряд ли ее поднять. А ты не огорчал себя мыслями и оттого будешь вечно юн – рассудком по крайней мере. И когда тебе стукнет семьдесят лет, ты грозно спроси у судьбы: «За что?» Ну ладно, ступай домой... Да, на прощание скажи, Продик... старый друг Продик... Кто же сообщил Аниту, что я буду сегодня в твоем доме? Или не так: кто попросил моего друга Продика устроить этот пир?

ПРОДИК Сократ! Неужели ты думаешь...

СОКРАТ. Что ты, я ничего не думаю... Но я хочу, чтобы тот же человек сообщил тому же Аниту... что Сократ все исследовал и окончательно понял в эту ночь... в эту прекрасную ночь свободы... в эту последнюю ночь свободы... Что же он понял, Сократ? (Шепотом.) Что его смерть (засмеялся) – благо!

СУД. Афины. Утро. Дворик у дома СОКРАТА. СОКРАТ неподвижно стоит с одной сандалией в руке, другая сандалия – на ноге. Появляются ПЕРВЫЙ И ВТОРОЙ.

ВТОРОЙ. Сократ! (Кричит.) Сократ! Сократ, пора! Сократ!

ПЕРВЫЙ. Бесполезно. Сократ задумался. ВТОРОЙ. Это надолго?

ПЕРВЫЙ. Когда как. Например, после битвы при Потидее он простоял, задумавшись всю ночь. Он погружается в сосредоточенность, как в волны, и тогда, в тишине, внутри него начинает звучать голос, который советует ему, как поступить. Так он объяснял Хариту из Эфеса.

ВТОРОЙ (не теряя надежды). Сократ! Сократ! (Вздохнул.) Идем вперед и обождем его у ограды суда.

КСАНТИППА (слышен ее голос). Сократ! Пора в суд! Сократ, ты уже надел сандалии? (Появляясь, яростно.) Мысли его великие посетили! (Наливает в чашу воды и обливает Сократа.)


СОКРАТ (выходя из задумчивости, как ни в чем не бывало). Кажется, пора в суд, Ксантиппа?

КСАНТИППА (передразнила его). Пора. Ты знаешь, который час?

СОКРАТ заспешил.

Надень сандалии. Куда ты! Не на ту ногу! На ту уже надел. О боги, о мое несчастье! (Кричит.) Лампрокл, Софрониск, Меликсен, идите провожать отца! Бедные мальчики, они с утра рыдают. (Кричит.) Лампрокл, Софрониск, Меликсен! (Уходит, потом возвращается.) Эти мерзавцы убежали в порт глазеть на корабль священного посольства. Сколько раз я им запрещала. (Кричит.) Геракл! Геракл! (Уходит, возвращается.) Один раб в доме, и тот прохвост. Он ушел глазеть вместе с ними. (Грозно.) Ты еще не надел сандалии?

СОКРАТ (торопливо обувается, не без хитрости). В гневе ты еще прекраснее, Ксантиппа. Твоя красота...

МЕЛЕТ (пробегая мимо дома). Простите, почтеннейшие, это путь на Рыночную площадь?

КСАНТИППА (лениво-кокетливо). А вы не в суд, случайно?

МЕЛЕТ. В суд, девушка.

КСАНТИППА (опять кокетливо). Ну что вы, какая я девушка. Даже неудобно как-то... (Оглядев Мелета и сразу потеряв к нему всякий интерес.) Молодой человек, помогите дойти этому кроткому старцу. Ему тоже в суд. Поддержите его за плечо и, главное, проследите, чтобы он не задумывался по дороге и не потерял сандалии. (Целует Сократа.) Иди осторожнее. Смотри по сторонам – теперь по дорогам развелось столько всадников. (Нежно.) Чудовище! (Шепотом.) И только не задавай на суде вопросов. Помни, что это раздражает. Я знаю по себе. И пусть помогут тебе боги! (Падает на колени, поднимает руки к небу.) О боги, помогите Сократу!

СОКРАТ и МЕЛЕТ бегут по улице.

МЕЛЕТ. Только следите, чтобы я не сбился с дороги, а то я недавно в Афинах.


Бегут.

А зачем вам в суд?

СОКРАТ. Я раздумывал над этим целое утро... А зачем вам, молодой человек?

МЕЛЕТ. Я иду обвинять Сократа.

СОКРАТ. Сократа?

МЕЛЕТ. Сократа!

СОКРАТА что же он вам сделал дурного?

МЕЛЕТ. Ничего. Я даже с ним незнаком. Просто мне с детства надоело, что все называют его мудрейшим.

СОКРАТ. Я понимаю, это может надоесть.

Афины. Акрополь, у стены Кимона. ХОР священного посольства в Дельфах. КОРИФЕЙ ХОРА немолод, с курчавой бородой и короткими седыми кудрями. ПЕРВЫЙ АКТЕР – юноша, почти мальчик В то время как ХОР, руководимый КОРИФЕЕМ, совершает свои молчаливые передвижения, ПЕРВЫЙ АКТЕР начинает облачаться: он надевает котурны, перчатки, удлиняющие руки, затем толщинки и поверх всего – белый хитон. Потом он надевает маску и вставляет в рот глиняный резонатор, чтобы звук был торжественным и гулким.

АКТЕР (пробует голос). Ой-йя... Эй-йя...

КОРИФЕЙ (Хору). Мы стоим на холме. Над площадью, где судят мудрейшего из греков. Мы сейчас, как великие боги, которые глядели с высот на битву троянцев с ахейцами. И смерть, и победа, и зубы, грызущие прах, – все зрелище. И актеры торопятся отыграть свою сцену.

АКТЕР. Обвинители закончили свои речи, и время отвечать Сократу.

Появляются МЕЛЕТ, АНИТ и ЛИКОН – древний старец. ЛИКОН только что закончил чтение обвинительной речи. Он садится и тут же засыпает. Вперед выходит СОКРАТ. ХОР отступает назад, образуя толпу афинян. Справа появляются ученики СОКРАТА – среди них ПЕРВЫЙ и ВТОРОЙ. Ропот толпы: «Сократ, отвечай, Сократ!»


СОКРАТ молчит.

ВТОРОЙ. Мне страшно.

ПЕРВЫЙ не отвечает ему. Ропот толпы.

СОКРАТ. Сначала я хочу задать вопросы обвинившим меня.

АНИТ. Вопросы ты будешь задавать своим ученикам. Здесь будут спрашивать тебя. Здесь суд, Сократ.

СОКРАТ. Чтобы иметь учеников, надо быть очень мудрым, Анит. Я не знаю за собой подобного качества. Поэтому у меня нет учеников, а есть только – беседующие с Сократом™ Афиняне! Вся моя жизнь протекла в этих беседах: я задавал вопросы вам и всегда был готов ответить на любой из ваших вопросов. Позвольте мне не изменять себе и в этот день.

ГОЛОСА ИЗ ТОЛПЫ (довольные его смирением). Пусть спрашивает!

СОКРАТ. Спасибо, сограждане. (Мелету.) Ты обвинил меня, пифиец Мелет. Но я хочу спросить тебя: давно ли ты меня знаешь?

МЕЛЕТ (насмешливо). Очень давно, Сократ.

СОКРАТ. Ты уверен, Мелет, что сейчас ты всех нас ловко обманул. Но ты сказал правду. Ты знал меня очень давно, с рождения. И все вы – тоже.

Ропот толпы.

Как только вы появились на свет, вы сразу услышали: «Есть в Афинах хитрец Сократ! Он исследует то, что под землей и над землей. Он добирается до неба – туда, где звезды образуют великий порядок. И этому хитрецу ничего не стоит доказать юношам, что белое – это черное, и не щадит он даже бессмертных богов!» Это говорил обо мне не ты, Мелет, не ты, Анит, не ты, старый Ликон. Это говорили вы все! Это говорила молва!

<< предыдущая страница   следующая страница >>