prosdo.ru   1 ... 12 13 14 15 16
2. Путешествие двадцать третье. На присоске через Атлантику.

День второй.

КОРРЕСПОНДЕНТ. Мы находимся в Париже, откуда Конюх отправится в США на гигантской присоске, выпущенной из… Конюх, а вы уже придумали, как вы ею выстрелите?
- Да я-то придумал, только тут эти понабежали, ученые… из Саркомы.
- Откуда?
- Ну, из университета ихнего.
- Из Сорбонны!
- Да мне по фиг. Их еще зовут как-то странно… то ли футболистики, то ли баскетболистики…
- Баллистики?
- Ну, типа того. Они говорят - не долетит, сопротивление воздуха. А я говорю - бежите, играйте в свой мячик… сопротивление!
- Знаете, они, наверное, правы.
- И ты туда же! Ты что, за французов? Против нас, русских? Да мы вас в 812 году знаешь, как гнали? - аж до самого Берлина!
- Да нет, я не за французов…
- Тогда скажи мне, когда воздух чему сопротивлялся? Вот махни рукой.
- Махнул.
- Так вот, если ты рассек воздух своей хилой ручкой, которой ты ничего тяжелее микрофона не подымал, то уж моя-то стальная дура - ну, вот эта присоска, кто ей, на фиг сможет сопротивляться? Тем более, что я ее веду… так сказать, за рулем… а ты мне выпить предлагаешь!
- Я не предлагаю.
- А почему? Ты меня что, не уважаешь?
- Нет, я уважаю…
- Тогда где?
- Просто… вы ж за рулем.
- Да, кто там видит? Я ж над Атлантикой лечу, ментов нету… и воздухом обдувает, выветрится… А о чем я говорил?
- Ой, я не помню…
- А я помню, о французах. Противный народ - водки не пьют, едят лягушек… их же надувать надо, тогда смешно, а есть-то их зачем, от них же бородавки.
- Конюх, подождите, я вспомнил! Как вы будете выстреливать этой присоской?
- А это я не знаю. Ко мне завтра Колька приезжает, механизатор. Он у нас на все руки мастер - гусеницу на трактор руками надевает… живую. Все, пошел я, обидел ты меня. Пройдусь по Елисейским полям, посмотрю, какие у них виды на урожай… (Поет). "Поле, Елисейское по-о-о-ле…".

- "Наше Радио" продолжит следить за путешествием Конюха Федорова. Слушайте нас завтра.



3. Путешествие двадцать третье. На присоске через Атлантику.
День третий.


КОРРЕСПОНДЕНТ. Мы находимся в Париже, у подножия Эйфелевой башни,… (страшный грохот, пение) откуда Конюх отправится в США на гигантской присоске… Конюх, что происходит?
- Это Колька приехал, наш механизатор, прямо из Вышних Выволочек.
- Прилетел?
- Ну, вот еще! На тракторе приехал!
- Как же его пустили - на тракторе, пьяного?…
- А кто же его остановит - на тракторе, пьяного? Его только из зенитных орудий можно сбить, но для этого он лететь должен, а для этого он еще недостаточно пьяный…
- Это же скандал!
- Это еще не скандал. Скандал к вечеру начнется, когда мы пружину построим и отмечать это будем. Ты не знаешь тут поблизости какого-нибудь плохонького ресторанчика? А то тут везде салфетки… ножи, вилки… расслабиться невозможно.
- Знаю один в Бибирево…
- А-а… ну-ну…
- Конюх, а расскажите, с какой целью приехал Николай?
- Он приехал не с целью, он приехал с рессорой. От трактора "Беларусь". И не с одной. Мы их прикрепим… а к чему мы их прикрепим?… а к чему прикрепится. Вон хоть к той здоровой дуре в форме подковы.
- Это Триумфальная арка.
- Вот. Мы к воротам пружины присобачим, трактором оттянем, а потом как отпустим - и вперед, навстречу американской мечте.
- А каков конечный пункт вашего путешествия?
- Собираюсь присосаться к Эмпайр Стейт Билдинг.
- А цель путешествия?
- Ну, во-первых, доказать, что российские вантузы - лучшие в мире. Ты же помнишь, из чего у меня присоска сделана? Во-от, поддержим, так сказать, отечественного производителя. А во-вторых, открыть новую линию сообщения между Европой и Америкой. Я ж тебе не сказал, к присоске длиннющий канат будет привязан, восемь тысяч километров. Один конец к Эйфелевой башне привяжем, а другой - к Билдингу.
- А как же по этому канату сообщаться?

- А это я продемонстрирую на обратной дороге. Билдинг же выше башни на сто метров. Значит, уклон есть. Я ремень накину, маслом смажу и обратно заскольжу… главное - не заснуть.

- Чтобы руки не отпустить?
- Да нет, руки я шурупчиками прихвачу. Чтобы в арку не врезаться. А то потом отдавай им нашу, с Кутузовского.
- "Наше Радио" продолжит следить за путешествием Конюха Федорова. Слушайте нас завтра.


4. Путешествие двадцать третье. На присоске через Атлантику.
День четвертый.


КОРРЕСПОНДЕНТ. Мы находимся в Париже, возле Триумфальной арки, к которой прикреплены рессоры от трактора "Беларусь". Их вчера привез в Париж механизатор села Вышние Выволочки покойный Николай.
- А чего ж покойный-то?
- Вы же сами сказали, что он мертвый.
- Так это он вчера был мертвый, а с утра опохмелился, и опять живой.
- А-а, понятно. Эти рессоры, сработав, как одна огромная рогатка, выбросят в воздух гигантскую десятиметровую присоску, на которой Конюх пересечет океан и присосется к Эмпайр Стейт Билдинг. Ой, Конюх, что там происходит? (Шум, лязг).
- Это Колька едет.
- Он же их раздавил!
- Сами виноваты - чего они на проезжую часть выскочили?
- Так они же от него и побежали, потому что он на тротуар выехал.
- Плохо бежали. А что это значит? - что не очень-то и хотели. Значит, сами виноваты. И потом, это же японские туристы. А мы с японцами до сих пор в состоянии войны. Так что мы их с Колькой давили, и давить будем.
- Да, логично… возразить нечего.
- Ты это… подбери их фотоаппаратики… чего добру пропадать. Вот Колька молодец - аккуратно подавил. Ладно, пора рессоры оттягивать. Отходи, корреспондент.
- Подождите, Конюх, подарки.
- А, ну, давай.
- Вот вымпел футбольной команды "Знамя Труда" из Орехова-Зуева с гербом города, на котором изображен некто Зуев, колющий орех. Кстати, просили не путать с гербом Орехово-Борисово, там изображен этот же орех, а вот Зуев совершенно другой, потому что там он Борисов.
- Ага. Ну, спасибо… наверное. Колька, заводи трактор.

- Вот мы видим, как огромный трактор… которым, будем надеяться, управляет Николай, оттягивает пружины… вот Конюх оседлал присоску, которая смотрит в сторону Америки…

- (Кричит). Колька, отпускай!
- (Кричит). Подожди, я зацепился! Счас, отрежу… (Ба-бах!).
- И наконец в небо над Парижем взмывает гигантская присоска… за ней летит трактор "Беларусь", зацепившийся за присоску гусеницей… а за ней ничем ни к чему не прицепленный, летит Колька, который делает прощальный круг над Парижем, разворачивается и отправляется на Родину. А мы продолжим следить за путешествием Конюха Федорова. Слушайте нас завтра.

6. Путешествие двадцать третье. На присоске через Атлантику.
День пятый.

КОРРЕСПОНДЕНТ. Мы находимся в Париже, откуда Конюх вылетел вчера в сторону Нью-Йорка на огромной присоске, точно такой же, как от детского пистолета, только больше и другой. Мы связываемся с нашим героем. Конюх, вы нас слышите?
- Лыжник, ты опять?
- Конюх, это я.
- А-а! напугал, корреспондент.
- Что вы так волнуетесь?
- Да, понимаешь, прицепился ко мне один… летел рядом, подмигивал.
- Кто?
- Прыгун с трамплина. Поначалу-то нормально, разговорились. А потом я сообразил, что больно долго он летит - часа два. Говорю - ты как это? А он говорит - так я мертвый. Год назад в Гермеш-партен-кирхене разбился, приземлился неудачно. Представляешь, мертвый, а такие слова знает - Гермеш-партен-кирхен!
- А вот вместе с вами трактор вылетел - случайно, зацепился. Что с ним?
- Да все нормально. Сперва рядом летел, а потом пошел на снижение и потопил американский авианосец.
- Как потопил?
- Ну, как трактора авианосцев топят? Снизился, начал бомбить… а когда боезапас израсходовал, пошел на таран.
- Конюх, у вас все в порядке?
- В порядке. Температура за бортом минус пятьдесят, приборы в норме, пассажиры поужинали и спят. Только лошадь по проходу ходит.
- По какому проходу?

- По правому. Потому что по левому проходу гонки "Формулы-1" проходят. Ну, то есть, как проходят - иногда проходят, а иногда не проходят, проход-то узкий, а в него еще пассажиры ноги выставляют… вон двум уже поотрывало.

- Я понял, что с вами. У вас видения, вам кислороду не хватает.
- Мне не только кислороду, мне много, чего не хватает. Квартиры трехкомнатной… машины с водителем, водки всегда не хватает…
- Держитесь, Конюх, вы по моим расчетам должны уже подлетать к Нью-Йорку.
- Да?... о, что-то и правда полегче дышать стало. Вижу, вижу, корреспондент!
- Что видите?
- Нью-Йорк. Вот город контрастов - то не было его, а то вот он. И как быстро приближается! А как тормозить-то? Тормозить-то как, корреспондент???!!! (Звук присасывания, за ним - скрежет, удар, мат).
- Конюх, что это были за звуки?
- Ну, по порядку. Первый - это присоска к Эмпайр Стейт Билдингу присосалась. Второй - этот Билдинг накренился. Третий - это я в стену по инерции въехал. Четвертый - это я высказался по поводу того, что въехал. (Звук сирены). А вот чего ты сейчас слышишь - это полиция приехала. А у меня визы нет. Почухал я обратно.
- А как?
- У меня ж к присоске канат был привязан, который другим концом к Эйфелевой башне прикреплен. Я по нему.
- Не хотел вас расстраивать, но Эйфелеву башню только что из земли с корнем вырвало - канат короткий оказался. Вот она лежит.
- Хм. Ну, значит, надолго я здесь. Ты это, корреспондент, отковыряй от башни кусочек на память, жене отвезу.
- И все равно мы поздравляем Конюха с очередной победой. "Наше Радио" продолжит следить за подвигами великого путешественника. Слушайте нас на следующей неделе.


Путешествие двадцать четвертое. На одной ноге через Гренландию.


День первый.

КОРРЕСПОНДЕНТ. Мы находимся в Гренландии, в самой северной точке этого огромного острова – городке Норд. Как известно, Гренландия – это бывшая датская колония, ее административный центр на местном наречии называется Нуук, а по-датски Готхоб…
- Во-во. Я из-за этих названий маршрут экспедиции удлинил на почти полторы тысячи километров.
- Как это?

- Сначала собирался пересекать остров с востока на запад, это всего тысяча триста километров, а придется с юга на север, а так он в два раза длиннее.

- Ну и пересекали бы с востока на запад…
- Ага! Только, понимаешь, стартовать я должен был из города… обожди, сейчас прочту… Итто-ггортоор-миит, а финишировать в городе… да елки-палки… Кангерлуссваг. Вот, скажи мне, пожалуйста, кто это выговорит?
- А какая вам разница?
- Я ж для людей стараюсь. А как им рассказать об этом моем подвиге? «Великий Конюх Федоров пустился в путешествие…» откуда? А финишировал… где? Твои же коллеги, дикторы центрального телевидения – отказываются произносить, говорят, лучше мы три раза объявим этого… Ястрж… Ябсрж… Ясрж…
- Ястржембского?
- Ага, его. И еще одна причина есть, личного характера.
- Какая?
- Понимаешь, я когда жене чего-нибудь рассказываю и начинаю заикаться, она сразу понимает, что я налево ходил. А эти же слова без заикания – поди произнеси.
- Но вы же на самом деле в путешествии…
- Я ж и говорю, обидно – скалкой по башке за такой подвиг. Вот, если б я к Вальке заглянул, тогда другое дело, так мне, значит, и надо, козлу похотливому.
- Что вы такое говорите?!
- Да это не я, это жена говорит. Красиво, да?
- Ну… наверное.
- Короче, пойду отсюда, с севера – на юг, в этот их Нуук. Кстати, не знаешь, как Нуук расшифровывается? Ну, первая буква понятно, это «Научно…», а дальше должно быть «исследовательский», а там «у».
- Так это же не аббревиатура.
- А я и не говорю, что аббревиатура, я спрашиваю, как расшифровывается?
- А-а… это… ну-у…
- Ладно, ты пока думай, чего это я такое спросил, а я пошел готовиться к экспедиции. Ну, то есть, спать.
- Спокойной ночи… э-э, в смысле, Наше Радио» продолжит следить за путешествием Конюха Федорова. Слушайте нас завтра.


2.

Путешествие двадцать четвертое. На одной ноге через Гренландию.
День второй.

КОРРЕСПОНДЕНТ. Мы находимся в Гренландии, это, как известно, самый большой в мире остров… ну, кроме Австралии, которая вообще никакой не остров, а материк. Ну, и зачем это я сказал? Н-да… раз-раз-раз… так вот, Конюх собирается пересечь этот остров с юга на север… стоп! Конюх, я правильно понял, что вы…

- Правильно-правильно. Буду прыгать на одной ноге.
- Но почему?
- Потому что на двух ногах Гренландию каждый дурак пересечь может. А я – не каждый дурак. То есть, дурак, конечно, но не каждый.
- Ну, что вы так про себя… какой же вы дурак!
- А кто? Кто еще будет на одной ножке через Гренландию скакать? Только дурак. Ну, и я еще.
- А зачем же вы тогда…?
- Понимаешь, есть версия, что Гренландия – это та самая Атлантида.
- Она же утонула.
- Правильно. А что происходит с утопленником после того, как он утоп? Он переворачивается и всплывает. То же и Атлантида – перевернулась и всплыла другой стороной кверху. Все думают, что это Гренландия, а это Атлантида, только перевернутая.
- И как вы сможете это выяснить, прыгая по ней на одной ноге?
- Да никак. Я и не собираюсь выяснять, зачем оно мне?
- А в чем тогда смысл?
- А в том, что если окажется, что это так, то я буду первым человеком, который пересек Атлантиду на одной ноге.
- А если не так?
- То первым человеком, который пересек Гренландию. Остается ерунда – пересечь.
- И как вы готовились?
- А ты посмотри вот сюда.
- Ой! Что с вашими ногами? У вас же одна раза в три толще другой.
- Правильно. Это ж у меня рабочая. Я ее качал. Я бы даже сказал – ею качал.
- И что, если просто качать ногой, будут такие результаты?
- Будут – если трактор привязать. Покачай неделю ногой с привязанным к ней трактором, и, если она у тебя в первые же часы не оторвется, то очень сильно накачается. Он же на полном ходу, в поле рвется, на свободу, а ты его – назад. Так что, думаю не как Гренландию проскакать, а как потом с разгону в Канаду не уфигачить.
- Н-да-а… «Наше Радио» продолжит следить за путешествием Конюха Федорова. Слушайте нас завтра.


3. Путешествие двадцать четвертое. На одной ноге через Гренландию.
День третий.

КОРРЕСПОНДЕНТ. Мы находимся в Гренландии, которую Конюх собирается пересечь с севера на юг, прыгая на одной ноге. Вот мы видим, как Конюх тренируется… похоже на детскую игру в классики. Конюх, что вы делаете?

- Бу-бу-бу-бу-бу…
- Не понял.
- Бу-бу-бу.
- Я не понимаю, что вы говорите.
- Бу-бу… тьфу, тьфу, тьфу, тьфу, тьфу.
- Ой… Конюх выплевывает на землю песок… зачем вам столько песка во рту?
- Эх ты, корреспондент, все тебе объясни… А ну-ка, прыгни.
- Куда?
- Куда хочешь. Только на одной ноге.
- Ну, ладно… (Ба-бах!). Ой!
- Вот, видишь? Перелом ноги и сотрясение мозга. А почему?
- Потому что я упал.
- Нет, потому что Гренландия – очень скользкая, зараза, вся покрыта льдом. Даже песня есть такая: «Весь покрытый зеленью, абсолютно весь»… только она не про это. Короче, что нужно, чтобы лед был не таким скользким?
- Чтоб его не было.
- Правильно. Но технически неосуществимо. Зато можно посыпать песком.
- Всю Гренландию?
- А я смотрю, ты сильно саданулся… ты лежи, лежи, Гренландию к голове прикладывай, она же холодная. Перед прыжком я осуществляю точечный плевок песком в направлении прыжка. А потом прыгаю в направлении плевка. Потом опять плевок-прыжок, плевок-прыжок… пока Гренландия не кончится. Способ «дворника-верблюда-пеликана».
- А почему так называется? В честь изобретателя?
- Нет, в честь дворника, верблюда и пеликана. Дворники догадались песком посыпать, верблюды плюются, а у пеликанов зоб огромный, много песка поместилось бы, если бы ему это было хоть зачем-нибудь нужно. Ладно, пойду готовиться.
- Конюх, а как же я? Я же ногу сломал.
- И что?
- Меня же надо куда-то…
- Ну, на, держи трос.
- Зачем?
- Ты его в зубах зажми, а я тебя в травмпункт отбуксирую. Не в салон же тебя класть, ты вон весь в песке.
- (Сквозь зубы, трясясь на ухабах). «На-ше Ра-дио» про-дол-жит следить за пу-те-шест-вием Конюха Федорова. Слу-шайте нас завтра.



<< предыдущая страница   следующая страница >>