prosdo.ru
добавить свой файл
  1 ... 2 3 4

«Если прикладывать лекарственные повязки с редькой и медом – это исцеляет злокачественные язвы, а семена ее с уксусом окончательно исцеляют гангренозные язвы» – так говорит Ибн Сина во второй книге «Канона» об обыкновенной редьке. «Если скорпион ужалит человека, который поел редьки, то человеку вреда не будет». Или еще: «Если выпить мяты до отравления, она отразит действие смертоносных ядов».

Почти восемьсот простых лекарств растительного, животного и минерального происхождения с указанием их лечебных свойств и способов применения описал Ибн Сина во второй книге «Канона». Эта книга дает возможность ознакомиться не только с научной, но и с бытовой, народной медициной того времени. Лечебники и травники Древней Руси также постоянно упоминают его имя «Ависен», дают его рецепты. А многие лекарства, предложенные Ибн Синой, прочно вошли в фармакопею и применяются по сегодняшний день.

Третья и четвертая книги подробно разбирают болезни всех человеческих органов с головы до ног, иными словами она посвящена частной патологии и терапии. Голова, мозг и нервы, глаз, ухо, горло и нос, зубы, легкие и сердце, пищевод и желудок, кишечник, печень и желчный пузырь, почки и мочевой пузырь – обо всем подробно рассказал Ибн Сина, назвал способы лечения, методы операций. Как лечить переломы черепа, носа, челюсти, ключицы, ребер – об этом тоже рассказал он в «Каноне». Каждый раздел начинается с подробного анатомического описания соответствующего органа. Первым в мире Ибн Сина описал строение мышц глаза. До Ибн Сины многие, даже великие ученые считали, что глаз, словно фонарик, испускает лучи. Эти особые лучи, отражаясь от предмета, идут назад и дают изображение.

Книга пятая “Канона” представляет собой фармакопею. В ней излагаются способы изготовления и применения различных форм лекарств сложного состава. До тридцати семи веществ могут входить в них. «Это лекарство применял Гален, – часто пишет Ибн Сина, – это известное индийское лекарство, а это – открыто мной».


В «Каноне» Ибн Сина уделяет внимание и проблемам психологии. Психические расстройства интересовали его не только с чисто врачебных позиций, но и как объект психологического исследования.

Ученые и врачи, читая книги «Канона», переписанные Джузджани, а потом размноженные переписчиками, поражались. Новое, неведомое раньше науке встречалось в этих книгах на каждой странице.

Ибн Сина первый проанализировал причины, симптомы и способы лечения таких страшных болезней, как менингит и люэс, плеврит и язва желудка. Он первый отделил чуму от холеры, описал проказу, желтуху и сибирскую язву. Ибн Сина не знал, что пройдет больше восьмисот лет, и только тогда Пастер подтвердит его гипотезу о вирусах – о невидимых возбудителях болезней, которые живут и в воде, и в воздухе.

В «Каноне» Ибн Сины содержится много тонких наблюдений над детьми и разумных советов по всестороннему их воспитанию. Он заботился о том, чтобы из ребенка вырос добрый, умный, умелый и здоровый человек.

Большое внимание Авиценна уделял и физическим упражнениям, называя их “самым главным условием” сохранения здоровья. На следующее место он ставил режим питания и режим сна.

Еще одной необычной стороной “Канона врачебной науки” является точное описание клинической картины болезней, тонкости диагностики. Описания ряда клинических явлений, их объяснения говорят о необычайной наблюдательности Ибн Сины, его таланте и опыте. В диагностике же Ибн Сина пользовался определением влажности или сухости кожи, осмотром мочи и испражнений, ощупыванием и наблюдением за пульсом. Ибн Сина создал такое учение о пульсе, к которому с тех пор трудно что-нибудь добавить.

Ибн Сина не знал, что его «Канон» скоро станет медицинской энциклопедией во всех странах мира. В Европе будут учить по нему врачей.

Сложность окружающей обстановки по-прежнему отрывала Абу Али от занятий наукой и лечения, от написания книг. Но, несмотря на все преграды, он пишет новую книгу – «Книгу справедливости».


А вскоре была написана поэма «Урджуза». Поэма эта особенная. Ее героем была медицина, все медицинские знания. «Она составлена в простом изложении, понятными стихами, так, чтобы было нетрудно ее читать», – написал сам Ибн Сина в предисловии. По этой поэме даже школьник мог изучать медицину. Очень скоро «Урджузу» перевели на латинский язык. А потом ее издали во многих странах. 600 лет изучали поэму во многих медицинских школах.

Поэма написана красивыми, образными стихами. В прозе начало ее звучит примерно так: «Поэты – принцы вселенной; врачи руководят телом. Красноречие упомянутых выше радует душу; преданность последних исцеляет болезни. Эта поэма содержит всю теоретическую и практическую медицину. И я в ней излагаю в стихах все мои знания этой науки… Медицина – это охрана здоровья и лечение болезней...» Он любил медицину и уделял ей большую часть своего времени.

Одновременно с «Урджузой» Ибн Сина написал книгу по языкознанию – «Язык арабов». Современники говорили, что подобную этой книге в области языка, еще никто не писал.

Ибн Сина долго откладывал переписку ее начисто. Джузджани был занят переписыванием двадцати томов «Книги справедливости», «Язык арабов» так и остался в черновике. После смерти Ибн Сины книга эта, видимо, погибла, или, быть может, хранится до сих пор в какой-нибудь мусульманской библиотеке среди других неизученных рукописей. Такая же судьба ожидала и «Книгу справедливости» – грабители увезли ее с собою, все двадцать томов.

Эта книга была очень дорога Авиценне, он вынашивал ее в сердце своем многие годы. Эта книга была приговором всей западной философии, всем законам черной, яростной жизни.

И вот, как будто по иронии, жизнь еще раз доказала Ибн Сине свою несправедливость: навсегда пропала именно эта книга – «Книга справедливости».

После потери этой книги, так одиноко ему стало. «И руки ослабли, устали, и ноги вот подогнулись. Пусто кругом. Одиноко и пусто. Зачем, для кого я писал свои многотомные книги? Кто читает их? Несчастная сотня грамотных людей в городе. А потом приходит правитель, повелитель алчных воинов, и сажает этих ученых в ямы, выгоняет из дому. И книги горят, исчезают. Так много все рассуждают о силе познания, о торжестве разума. А сила – вот она, в жестокости. И торжествует не разум, а невежество, злое, тупое невежество… Да будет ли когда-нибудь время, когда они, ученые, станут необходимыми людьми? Когда правители будут советоваться со знаниями, а не со своей дикой волей. И весь мир будет объединен в единое, общее, справедливое государство. Без войн, захватов и убийств.


Но, несмотря на все отчаяние и боль, надо все-таки подниматься... Ведь завтра сюда придут ученики. И надо будет говорить им что-то о пользе знаний…»

Почти непрерывные скитания по городам Мавераннахра и Ирана, постоянный напряженный труд, бессонные ночи, неоднократные тюремные заключения надломили организм ученого. Когда-то он написал книгу о желудочных коликах, теперь сам он страдает этой болезнью.

От праха черного и до небесных тел я тайны разглядел мудрейших
слов и дел.

Коварства я избег, распутал все узлы, лишь узел смерти я распутать
не сумел.

Это были последние слова Великого Учителя.18 июня 1037 года Ибн Сина умер.

О последних часах Ибн Сины есть такая легенда: Великий врач, почувствовав приближение конца своих дней на земле, решил дать бой смерти. Не зря он дни и ночи, многие годы, изучал свойства разных растений, тайны лекарств. Ибн Сина решил победить смерть, оставшись в живых надолго. Напрягая ослабевшие руки, приготовил сорок разных лекарств, разлил лекарства в сорок разных сосудов, на каждом сосуде написал номер. Потом он вызвал самого верного своего ученика.

«Слушай меня внимательно, – сказал он ученику. – Силы мои ослабли, и, вероятно, завтра я уйду. Но я не умру, если ты применишь все эти сорок лекарств в том порядке, как я тебе продиктую».

И он стал диктовать. Первое лекарство полагалось влить в рот. Вторым лекарством натереть грудь. Третьим – спину. Четвертым – ноги. Пятое снова влить в рот. И так до сорокового.

На следующий день великий врач потерял сознание. Перед учеником лежало безжизненное тело изможденного старца. Сухие слабые руки, щеки ввалились, и только высокий лоб говорил о глубоких тайнах ума Ибн Сины...

Ученик, волнуясь, взял первый сосуд с лекарством. Потом – второй, третий, четвертый. Он делал все так, как диктовал ему учитель. Взял десятый сосуд, двадцатый, тридцатый… Постепенно немощное старческое тело превращалось в цветущее тело юноши. Уже появилось дыхание, зарозовели щеки. Перед учеником лежал сильный красивый юноша с полным благородства, мудрым лицом. Осталось сороковое лекарство. Последнее лекарство должно было укрепить ту жизнь, которую вдохнули в Ибн Сину все тридцать девять лекарств. Испив последнее лекарство, учитель должен был открыть глаза, глубоко вздохнуть, улыбнуться и встать. И так поражен был ученик этим чудесным превращением, что внезапно из трясущихся от волнения рук выпал сороковой сосуд на землю и опрокинулся. Лекарство разлилось по песку, ушло в глубину земли... Через несколько минут перед учеником лежало безжизненное тело учителя.


Новый мавзолей Абу Али Ибн Сины, построенный в городе Хамадане (Иран).

Ибн Сину похоронили в Хамадане, у южной стены города.

Шли годы, проходили столетия. На краю Хамадана, на левом берегу горной реки, среди давно заброшенного кладбища высокий кирпичный забор огораживал небольшой дворик с несколькими кипарисами. Там, среди кипарисов, стояло здание из кирпича. Сюда, к мавзолею, каждое утро собирались люди. Среди них были ученые – старики и молодые, лишь входящие в жизнь. Были и больные, верившие в чудесное исцеление от одних только прикосновений к древней могиле. Внутри мавзолея, во мраке, на полу, устланном циновками, у надгробной плиты постоянно сидели старцы.

Проходило двести лет, четыреста и семьсот... И когда спрашивал какой-нибудь путешественник, проезжающий из Тегерана в Багдад: «Кто похоронен здесь?», ему негромко отвечали: «Это могила Абу Али Ибн Сины, Великого Врача и Великого Человека».

В ком воля есть и сильный дух, тот победит любой недуг.
Болезнь отступит перед гордым, перед бесстрашным, непокорным…

 


<< предыдущая страница