prosdo.ru
добавить свой файл
1
Б.С.Интерберг. ПЕРВЫЕ РАБОЧИЕ СОЮЗЫ В РОССИИ:ИСТОРИЯ ИЗУЧЕНИЯ





В эпоху, когда господствовало крепостное право, подневольные рабочие выступали против феодальной эксплуатации и крепостнических порядков на предприятиях, но в то время «о выделении рабочего класса из общей массы крепостного … сословия не могло быть и речи». После отмены крепостного права в стране ускорился процесс промышленного развития, усилилась концентрация рабочих на крупных предприятиях, активизировалось выделение пролетариата из общей массы населения, обострились социальные противоречия, расширилась борьба рабочих со своими угнетателями. Основной формой борьбы в 60-х годах XIX в. были стихийные волнения рабочих, связанные в основном с реализацией реформы 1861 г. в промышленности.

Новый этап рабочего движения в России принято датировать стачкой 800 рабочих на Невской бумагопрядильной фабрике в Петербурге, происшедшей в мае 1870 г. Это выступление ознаменовалось повышением интереса к «рабочему вопросу» в России. «Рабочие стачки, — писала либеральная газета «Русские ведомости», — явление еще новое в России и в таком размере, как стачка невских рабочих, можно сказать, небывалое». В целом же легальная печать, оценив возможности появления «рабочего вопроса» в России, пришла к выводу, что эта проблема не может быть столь революционной, как она проявилась в Западной Европе. Значительно дальновиднее оказался московский губернатор А.А. Ливен, заявивший в 1871 г.: «Можно сказать, что и на наших часах подходит стрелка к тому моменту, который может прозвучать над нами рабочим вопросом, вопросом антагонизма между трудом и капиталом». Действительно, 1870-е годы показали, что рабочее движение в России приобретает сравнительно широкий размах: в стачечную борьбу втягивались рабочие многих отраслей промышленности и различных районов Российской империи — текстильщики и металлисты, строители и железнодорожники, шахтеры и сельскохозяйственные рабочие. Несмотря на то, что стачечное движение было разрозненным, носило оборонительный и стихийный характер, оно имело большое значение для формирования пролетарской идеологии. В.И. Ленин писал, что «стихийный элемент» стачечного движения представлял в сущности «зачаточную форму сознательности», так как рабочие начинали «…чувствовать необходимость коллективного отпора, и решительно порывали с рабской покорностью перед начальством».


Среди наиболее сознательных, пытливых и активных рабочих начали возникать кружки, важную роль в организации которых играли представители демократической интеллигенции. Такие кружки действовали в Петербурге. Москве, Киеве, Одессе и других промышленных центрах России, способствуя развитию самодеятельности рабочих. Из их среды выделяются вожаки рабочего дела: Василий Герасимов, Петр Алексеев, Виктор Обнорский, Степан Халтурин, Петр Моисеенко и другие. В стране возникают первые рабочие организации — «Южнороссийский союз рабочих» (1875) и «Северный союз русских рабочих» (1878).

Изучение рассматриваемой темы вызвано ее важностью, а также наличием источников, позволяющих оценить исследуемый вопрос. Выявление и публикация источников происходили на протяжении длительного периода: пополнение различными материалами, относящимися к первым рабочим союзам, продолжалось около ста лет — с 1870-х до 1970-х годов. Появление всякого нового документа конкретизировало изучаемую проблему, часто меняло уже сложившиеся представления, открывало пути для всестороннего исследования первых шагов организованного рабочего движения в России. Такая особенность источниковедческой базы заставила нас отойти от традиционного рассмотрения в отдельности источников и литературы, а в основу изложения положить хронологический принцип.

«Южнороссийский союз рабочих» и «Северный союз русских рабочих» — первые рабочие организации с уставными и программными документами, в которых была поставлена задача борьбы за политические свободы. Именно этим, в первую очередь, и выделялись рабочие союзы в общем потоке революционно-демократического движения 70-х годов XIX в. «Южнороссийский союз рабочих» и «Северный союз русских рабочих», писал В.И. Ленин, «стояли в стороне от направления русских социалистов; эти рабочие организации требовали политических прав народу, хотели вести борьбу за эти права, а русские социалисты ошибочно считали тогда политическую борьбу отступлением от социализма».

Первые рабочие организации были разгромлены царскими властями. Но характер расправы над их участниками оказался различным: дело «Южнороссийского союза рабочих» с 23 по 27 мая 1877 г. рассматривалось в Петербурге Особым присутствием Правительствующего сената: по «Северному союзу русских рабочих» специального судебного процесса не было, хотя его участники были в разное время арестованы и осуждены. Эти обстоятельства отразились и на истории изучения вопроса.

Сведения о возникновении «Южнороссийского союза рабочих» первоначально поступили в редакцию издаваемого П.Л. Лавровым в Лондоне эмигрантского органа «Вперед!», еще до судебного процесса. В сентябре 1875 г. руководитель «Союза» Е.О. Заславский сообщал в своей корреспонденции, что в Одессе на последнем общем собрании рабочих, состоявшемся в июле, окончательно оформился «Союз южнороссийских рабочих». Далее указывалось: «В настоящее время этот союз разделяется на три общества — Одесское, Кишиневское и Ростовское; а каждое общество разделяется на группы». Узнав о возникновении рабочей организации на юге России, П.Л. Лавров в ноябре 1875 г. конспиративным путем сообщал петербургским революционерам: «Это дело, по-видимому, весьма серьезное, и при нынешнем стремлении к организации надо было им воспользоваться немедленно: целая федерация настоящих рабочих, с секциями в трех городах и с программой социально-революционной, совсем готова». Но «воспользоваться» «Союзом» не удалось — в декабре рабочая организация была разгромлена, это сразу стало известно революционной эмиграции. О разгроме сообщил в редакцию «Вперед!» корреспондент этого издания А.А. Дризо: получив письмо из Одессы, он сразу же отправил его в Лондон . 20 января 1876 г. секретарь редакции «Вперед!» В.Н. Смирнов в одном из писем так оценивал это событие: «Заславский арестован с 30 рабочими… Я не думаю, что правительство пронюхало о его обществе. Если так — перед нами возможен политический процесс, по важности превосходящий все бывшее. Что ему будет — даже сказать… трудно. Все может быть; вынесут смертную казнь. В самом деле, союз рабочих с целью бунта — это первый раз в русской истории. Жаль, если мои предположения оправдаются». «Первый раз в русской истории» — такими словами определил современник особенность возникшей в России рабочей организации. Судебный процесс по делу членов «Южнороссийского союза рабочих» в легальной печати не получил отражения. Но политическая эмиграция не молчала. Журнал «Вперед!» поместил подробный отчет (с текстом обвинительного приговора) об этом процессе. Процесс над «Южнороссийским союзом», отмечалось в нем, «занимает особенно выдающееся положение и заслуживает самого серьезного внимания как потому, что почти все обвиняемые, за исключением лишь Заславского и Рыбицкого, столь противоположных друг другу по их роли в процессе, принадлежат к среде рабочих, так еще более потому, что процесс этот касается попытки самостоятельной организации для революционных целей рабочих сил на юге России, организации, естественно и исторически выросшей на почве местных интересов рабочего класса».


Так появилась оценка «Южнороссийского союза» как первой рабочей организации. Примечательно, что редакция журнала сравнила политический процесс над «Союзом» с преследованием немецких социалистов в Германии, по поводу которых Либкнехт в своей речи на Кобургском конгрессе в 1874 г. сказал словами умиравшей за свободу римлянки Appiu: «Non dolet!» («Нам не больно!»). Журнал «Вперед!» продолжал: «Мы не стеснимся (так в тексте. — Б. И.) сказать, что если для Германии уже пришло время, когда удары, сыпящиеся на социалистическую партию, действительно могут быть встречены словами “Non dolet!”, то мы, русские социалисты, при каждой потере, при вырывании каждой отдельной деятельной личности из наших малочисленных рядов, пока еще можем живо чувствовать, что «нам больно» и «больно» — dolet. Удар, обрушившийся на «Южнорусский рабочий союз» нам больнее, чем многие другие удары подобного рода. Нам очень больно… Но и только! Одним болезненным ударом больше — и только».

Далее эмигрантский орган убеждал, что рабочее дело «не разорено», что «на место вырванных кусков нашего мяса у нас подрастает новое», что наше общее здоровье поправляется. «Заславскому и его товарищам пусть послужит эта надежда — или вернее факты, внушающие эту надежду, — утешением в тяжелую для них пору. Не загаснет память о них среди русских рабочих, не западет дороженька, по которой они шли…».

Действительно, дело разгромленного «Союза» продолжалось на юге страны; в Петербурге возник «Северный союз русских рабочих», сведения о котором отразились в опубликованных прокламациях, ставших основным источником для изучения этой рабочей организации. 12 января 1879 г. «Петербургская вольная типография» выпустила важнейший документ — «К русским рабочим. Программа «Северного Союза русских рабочих». В нем убедительно объяснялись причины создания рабочей организации: «Сознавая крайне вредную сторону политического и экономического гнета, обрушивающегося на наши головы со всею силою своего неумолимого каприза, сознавая всю невыносимую тяжесть нашего социального положения, лишающего нас всякой возможности и надежды на сколько-нибудь сносное существование, сознавая, наконец, более невозможным сносить этот порядок вещей, грозящий нам полнейшим материальным лишением и парализацией духовных сил, мы, рабочие Петербурга, на общем собрании от 23 и 30 декабря 1878 г. пришли к мысли об организации общерусского Союза рабочих, который, сплачивая разрозненные силы городского и сельского рабочего населения и выясняя ему его собственные интересы, цели и стремления, служил бы ему достаточным оплотом в борьбе с социальным бесправием и давал бы ему ту органическую внутреннюю связь, какая необходима для успешного ведения борьбы».


Программа «Северного союза» ставила задачу борьбы за политические свободы, требовала свободы слова, печати, права собраний, обязательного бесплатного обучения, запрещения детского труда, ограничения рабочего дня и др. Она объясняла рабочим, что в них «заключается вся сила и значение страны», что от трудящихся зависит «участь великого Союза и успех социальной революции в России».

Участники возникшей в столице нелегальной рабочей организации активно включились в стачечную борьбу петербургского пролетариата. 24 января 1879 г. они выпустили новую прокламацию: «Рабочим от Центрального комитета Северного союза русских рабочих», в которой призывали стачечников к солидарной борьбе, объясняли значение возникшего «Северного союза», готового оказать помощь поднявшемуся на борьбу пролетариату.

Остановимся, наконец, еще на одном документе, позволяющем рассмотреть и оценить характер взаимоотношений «Северного союза» и революционных народников. Газета «Земля и воля» (№ 4) 20 февраля 1879 г. дала подробную оценку возникшего «Северного союза», тепло отозвалась о сплочении русских рабочих: «Манифест их об основании “Сев. союза рус. рабочих” доказывает нам, что социализм нашел среди русского пролетариата не только убежденных сторонников, но и людей, способных без всякой посторонней помощи организоваться в борющуюся партию, способных на самостоятельную инициативу». Далее следовал вывод: «Теперь мы можем сказать, что великая истина «освобождение рабочих должно быть делом самих рабочих» — отныне становится для русского рабочего не только теоретическим положением, но и лозунгом его практической революционной деятельности».

Отметив, таким образом, самостоятельность действий рабочих Петербурга, «Земля и воля» решила после этого «откровенно и серьезно» высказать свои претензии. Касаясь организационной части программы «Союза», народники упрекали ее составителей главным образом в том, что они не учитывали вопросов конспирации, что могло привести к роковым последствиям: проникновению в рабочую организацию шпионов и, в конечном счете, разгрому «Союза». Народники порицали рабочих и за то, что они не уделили достаточного внимания аграрным вопросам, проблеме всеобщего крестьянского передела земли. Но основное критическое замечание содержалось в оценке политической борьбы: «Вопросу о влиянии политической свободы в деле борьбы эксплуатируемых с эксплуататорами посвящается слишком много времени и решается он в программе слишком категорически в утвердительном смысле, — а положения революционной программы о значении пропаганды фактами об активной борьбе даже не дебатируются».


В пятом номере газеты «Земля и воля» было опубликовано «Письмо в редакцию от рабочих «Северного союза»». В нем вначале выражалась признательность за «искренние и честные замечания», а затем высказывалось отношение к ним. Наибольший интерес представляет полемика по поводу политической борьбы. Рабочие так объяснили свою позицию: мы сплачиваемся, организуемся, вступаем на путь борьбы и берем в свои руки знамя социального переворота; «но мы знаем также, что политическая свобода может гарантировать нас и нашу организацию от произвола властей, дозволит нам правильнее развить свое мировоззрение и успешнее вести дело пропаганды, — и вот мы, ради сбережения своих сил и скорейшего успеха, требуем этой свободы, требуем отмены разных стеснительных «положений» и «уложений»». Так передовые рабочие 1870-х годов объяснили свое стремление к завоеванию политических свобод, связали борьбу за политическое освобождение с задачами социального переворота в России.

Упомянутые документы «Северного союза русских рабочих» сразу стали достоянием многих современников. Они позволяют определить значение этой рабочей организации в революционном движении пореформенной России, выяснить потенциальные возможности российского пролетариата.

Историография рабочих организаций, их первые оценки появились в хронологической близости от их деятельности. Уже с конца 70-х годов в зарубежной журналистике публикуются высказывания и суждения о «Южнороссийском» и «Северном» союзах.

В 1879 г. о первых рабочих организациях в России были оповещены немецкие социал-демократы: в журнале «Jahrbuch fur Sozialwissenschaft und Sozialpolitik», за подписью P.L. была опубликована статья П. Лаврова «Социалистическое движение в России», в которой рассказывалось о том, что в 1875 г. образовалась «очень серьезная организация рабочих групп в Одессе, Ростове и других южных промышленных городах России», что арест Заславского не уничтожил всей рабочей организации, остатки которой «продолжают существовать тайно». Располагая текстом программы «Северного союза русских рабочих», Лавров дал ее подробное изложение на страницах немецкого ежегодника: уставные положения, структуру и задачи «Союза», остановился он и на полемике, развернувшейся на страницах «Земли и воли» между народниками и членами «Северного союза русских рабочих». «Таким образом, — приходит к выводу Лавров, — на почве чисто рабочего движения создалась задача для социалистической пропаганды, которая была отодвинута слишком далеко на задний план социалистами из интеллигентной молодежи, захваченными «нигилистической борьбой против правительства».


Краткое упоминание о рабочих союзах промелькнуло на Международном социалистическом конгрессе в Хуре (октябрь 1881 г.). Оценивая рабочее движение 70-х годов в России, П.Б. Аксельрод в произнесенной там речи признал, что в стране отсутствует сколько-нибудь значительная организация рабочих, которая имела бы связи с пролетариатом Западной Европы. «При всем том, — отмечал он далее, — в главных центрах не раз возникали рабочие организации, состоявшие из федерации нескольких местных групп. Бывали даже попытки образовать союзы между организациями разных городов».

В 1884 г. в первом выпуске «Рабочей библиотеки» Аксельрод, уже в качестве члена марксистской группы «Освобождение труда», специально останавливается на значении «Северного союза русских рабочих»: «…в лице «Севернорусского рабочего союза» рабочий класс первый выступил у нас даже наперекор так называемой революционной интеллигенции, с требованием политической свободы; совершенно самостоятельно довел он до сознания невозможности каких-нибудь улучшений в быту низших классов без приобретения ими для себя политических прав.

Эти краткие указания на успехи социалистической пропаганды среди рабочих достаточно убедительно говорят в пользу той мысли, что русский рабочий класс заключает в себе большие задатки для того, чтобы выступить сознательным представителем интересов всей трудящейся массы России».

Аксельрод далее доказывал, что кратковременное существование этого «Союза» — дело, начатое его основателями, найдет себе достойных подражателей «в среде развитых рабочих и искренних друзей самодеятельности рабочего класса из так называемой «интеллигенции», найдутся люди, которые вновь примутся за создание «самостоятельной» рабочей партии с целью одновременной борьбы против капитала и против царского самовластия».

Сосланный в Якутскую область революционер О.В. Аптекман в своих воспоминаниях, завершенных в 1884 г., признал догматизм народнической программы 1870-х годов, ошибочно оценившей «Северный союз русских рабочих», организатором которого был С. Халтурин: «Ему первому удалось поставить передовых рабочих на собственные ноги, создать организацию рабочих через рабочих же, собственными их усилиями». Рассказав далее о том, что программа «Союза» была напечатана отдельной листовкой и что в ней «прямо и категорически» высказывалась мысль, что «нельзя относиться отрицательно к политической борьбе», мемуарист приходит к выводу: «Севернорусский рабочий союз» в данном случае оказался более проницательным, чем многие в то время из землевольцев. Здравый смысл, не отуманенный слишком частыми справками за мнимым «историческим опытом», подсказал Халтурину и его товарищам, что осуществление народных требований немыслимо без одновременной борьбы с политической организацией, главной виновницей народного разорения», приведенные оценки первых рабочих организаций в России не имели систематического характера и не раскрывали всего процесса начального этапа борьбы российского пролетариата.

Первым историком рабочего движения 70-х годов в России следует считать Г.В. Плеханова. Но при этом нужно учитывать, что его концепция интересующей нас темы подчинялась одной проблеме — доказательству возможности и необходимости развертывания революционной деятельности среди городских рабочих для подготовки создания рабочей социалистической партии . С этих позиций он рассматривает и деятельность «Северного союза русских рабочих». Особое значение придавалось Плехановым вопросам взаимосвязи экономической и политической борьбы пролетариата, доказательству того, что политические права дают рабочим средство борьбы за экономическое освобождение. Обратившись в 1885 г. с письмом к петербургским рабочим кружкам, он в качестве примера привел «Северный союз русских рабочих», в программе которого выражалось убеждение, что «экономическое освобождение трудящихся неразрывно связано с их политическим освобождением».