prosdo.ru
добавить свой файл
1 2 3 4
МОСКОВСКИЙ ГОСУДАРСТВЕННЫЙ УНИВЕРСИТЕТ


им. М.В. ЛОМОНОСОВА
ИСТОРИЧЕСКИЙ ФАКУЛЬТЕТ

Письменный доклад в семинаре

По истории России до начала XIX века

На первом курсе исторического факультета

МГУ им. М.В. Ломоносова

на тему:
АЗОВСКОЕ ВЗЯТИЕ

ГЛАЗАМИ ДОНСКОГО КАЗАЧЕСТВА

Выполнил:
Студент 1 курса группы №1082

Савченко И.А.
Научный руководитель:
Хитров Д.А.

Москва, 2007

ПЛАН:



  1. Введение. Постановка проблем…………………… 3




  1. Обзор источников……………………………………5




  1. Обзор литературы……………………………………9




  1. Основная часть:………………………………………12




  1. Планы Войска Донского касательно Азова до взятия крепости и после……………………………………………...12




  1. Мнение казаков о своих задачах относительно Мусульманского мира и Турции ………..………………………………………………………...16




  1. Мнение казаков об условиях своей службы Москве…………………………………………………………19



  1. Заключение……………………………………………23




  1. Источники и литература …………...……………………………………………………..25




  1. Источники……………………………………………...25




  1. Литература……………………………………………..25


ВВЕДЕНИЕ

XVII век вошёл в историю как Бунташный. Пожалуй, это наиболее противоречивый период в истории России, поскольку начался он со Смуты, которая ввергла страну в хаос, а закончился началом царствования Петра, периодом, во время которого страна стояла на пороге своего величия и мощи, которые будут достигнуты в первой четверти XVIII века. Первый правитель из династии Романовых – Михаил Фёдорович – вынужден был начинать всё фактически с нуля. Он взошёл на трон государства, разрушенного фактически до основания, потерявшего все внутренние связи в экономическом плане и беспомощного на внешнеполитической арене. В первые годы правления Михаила Фёдоровича угроза иностранной интервенции оставалась ещё довольно высокой, особенно с юга и запада. Поэтому в конце 1612 года было принято решение восстановить утерянные в период Смуты контакты с Войском Донским, которое могло обеспечить защиту южных рубежей Московского государства, что вскоре и было предпринято. На Дон пришла грамота от духовного собора, в которой содержался призыв «стать за царя, отечество и православную веру»1.


Однако в силу внешнеполитических интересов, в то же самое время Москва установила дипломатические отношения с Константинополем. Вследствие этого возникла довольно любопытная ситуация – Москва отправляла на Дон жалование за «службу», состоявшую в том, что донцы были обязаны защищать южные рубежи от набегов, крымских, ногайских и азовских, а также служить барьером, отгораживающим Московское государство от Порты. В то же самое время в сношениях с Турцией не раз подчёркивалось, что Москва не имеет никакого отношения к «вольному» казачеству. Что же касается татар, то они фактически находились в состоянии постоянной борьбы с донцами.

Несомненно, важнейшее событие первой половины XVII века, связанное с южными границами России – это Азовское взятие 1637 и осадное сидение 1641 года.

Необходимо сделать небольшую ремарку касательно истории крепости. Достоверно известно, что в X веке город был собственностью киевского великого князя Владимира, а затем перешёл во владения его сына Мстислава. Спустя некоторое время Азов был захвачен печенегами, а в XIII веке стал принадлежать генуэзцам и венецианцам. Азов попал в зависимость от Османской империи в 1471 г. и стал военной крепостью, важным элементом Турецкого присутствия в регионе, опорной точкой для турецко-татарской экспансии на южные территории Московского государства2. Кроме того, обладание городом позволяло Турции контролировать и устье Дона, тем самым фактически лишая казачий флот возможности выхода в Азовское море. Несомненно, представителей Донского казачества не устраивал данный расклад, и они непрерывно искали пути выхода из сложившейся ситуации. Однако всё, по всей видимости, сводилось к одному – к необходимости взятия крепости и установления контроля над устьем Дона.

Взятие Азовской крепости - событие уникальное. Уникальное тем, что казаки, состоявшие на «службе» у московского государя, не известили его о намерении совершить действо подобного масштаба. Тем, что казаки, которых на момент начала осады было около 6000 человек, сумели в течение трёх месяцев отражать атаки войска, чья численность составляла от 180 до 250 тысяч человек. И, наконец, тем, что после стольких героических поступков, на предложение Москве принять Азов под «государеву руку», Земский Собор, специально созванный по этому вопросу, ответил отказом. В данной работе нам предстоит ответить на главный вопрос, а именно: какую цель преследовали казаки, приняв решение взять Азов?


Чтобы дать ответ на подобный вопрос необходимо рассмотреть данную проблему с нескольких сторон. Во-первых, следует ответить на вопрос касательно планов донцев в отношении Азова до взятия крепости, а именно, собирались ли казаки передавать крепость под государеву руку, или же имели на крепость свои, не связанные с передачей Москве крепости, виды, а также выяснить, изменились ли они после взятия оной. Во-вторых, следует рассмотреть его сквозь призму отношений донцев с Москвой, поскольку, состоя на службе у Российского царя, донские казаки не могли не оглядываться на Москву в своих действиях, и Москва играла в них не самую последнюю роль. Однако политика Войска Донского зачастую различалась с политикой непосредственно Москвы, а потому нашей задачей будет ответить на вопрос – какими видели казаки условия своей службы Москве? Вдобавок ко всему, следует взглянуть на взятие крепости с ракурса отношений донцев с мусульманским миром в целом и с Турцией в частности, а также определить в чём, по мнению донских казаков, заключались их задачи относительно Турции, поскольку, опять таки, данные задачи могли отличаться от задач самой Москвы, на службе у которой состояло Войско.
Теперь же, когда цель ясна и задачи определены, приступим непосредственно к поиску решений данных задач, что в результате должно дать нам ответ на главный вопрос – вопрос о цели взятия крепости Азов.

Обзор источников

В данной исследовательской работе мы будем использовать четыре источника, которые позволят нам в полной мере решить проблему, поставленную перед нами. Три из них – «Историческая», «Поэтическая» и «Сказочная», условно разделённые таким образом по характеру, содержанию, жанровым и некоторым другим признакам А.С. Орловым3 - объединены в «Повести об Азовском взятии и осадном сидении». Ещё одним нашим источником станет «Войсковая отписка о взятии казаками Азова; об убийстве на Дону Фомы Катакузина; о сношениях казаков с ногайцами; о предложении царю принять Азов под свою высокую руку; о предстоящем походе турецкого султана для возвращения Азова».


Для начала возьмём «Историческую» повесть, наиболее раннюю среди повестей, если рассматривать её сквозь призму хронологии описываемых в ней событий. Дата создания «Исторической» повести, повествующей непосредственно о взятии Азова в 1637 году, точно не установлена, хотя многие исследователи считают, что создан этот документ был вскоре после описанных в нём событий, когда воспоминания о них были достаточно свежи. Впервые «Историческая» повесть была опубликована М.М. Щербатовым в 1771 году в «Летописи о многих мятежах» под заглавием «О граде Азове, как взят». Не установлено и авторство документа, хотя не вызывает сомнения тот факт, что повесть была создана непосредственно представителем донского казачества. Большинство исследователей приписывает создание текста казаку Фёдору Ивановичу Порошину.

Данный источник, пожалуй, представляется наиболее бедным для нас в том плане, что по большей части в нём дана информация хорошо известная и фактически не дающая нам почвы для размышления в отношении нашей проблемы. Трудно отыскать необходимые нам элементы, позволявшие бы определить, в чём, по мнению самих казаков, заключались их задачи в отношении Москвы. В то же время довольно чётко проступают контуры позиции донцев по отношении к мусульмано – «бусурманскому» миру, и в частности к Турции. Не может дать данный источник и ответа на вопрос изменились ли планы донского казачества относительно судьбы крепости после её взятия, поскольку события, отображённые в нём, обрываются на моменте взятия крепости. Данный документ по большей части лишь пересказывает реальные события в выгодном для казаков свете, т.е. пытается сделать оправданием казачьих действий некую глобальную цель – в данном случае, «очистку» региона от «бусурманов» и установления в Азове христианства «по-прежнему». Таким образом, источник представляет ценность только при рассмотрении его в совокупности всех данных, используемых автором в своей работе.

Вторым документом, входящим в состав «Повестей», является «Поэтическая» повесть. Она делится на четыре редакции, первая из которых была создана, что достоверно известно, в 1642 году в период с приезда казаков в Москву (28 октября) до указа покинуть Азов (27 апреля). В данной работе мы будем опираться лишь на три первых редакции, не привлекая четвёртую. Повесть была создана на основе отписки казаков, по всей видимости, как раз той, о которой речь пойдёт ниже. Её авторство, как и «Исторической повести», приписывается Фёдору Порошину, чьё имя упоминается в первом абзаце документа: «Лета 7150-го году октября в 28 день приехали к Москве к государю царю ‹…› атаман Наум Васильев да ясаул Фёдор Иванов, а с ними казаков приехало 24 человека…»4. Впервые один из списков повести (а точнее – её четвёртой редакции) был опубликована в 1867 году П.Н. Рыбниковым, а в 1867 году И.Некрасов опубликовал ряд других списков третей редакции.


В «Поэтической» повести присутствует довольно сильный элемент тенденциозности – документ создавался Порошиным в Москве в период заседания Земского собора как своеобразный призыв к Московскому государству поддержать героическую борьбу казачества за Азов, а, следовательно, нам довольно трудно увидеть истинное отношение к Московской власти казачества. Однако, в отличие от «Исторической», содержание данной повести не ограничивается лишь описанием каких-либо событий (в данном случае – описанием осадного сидения), а содержит много элементов, позволяющих получить более цельную, объёмную картину касательно интересующих нас вопросов. Наиболее важной особенностью «Поэтической» повести является тот факт, что именно в ней наиболее сильно проступает социально-психологический аспект повествования – автор вложил в эту повесть-призыв все свои чувства, всё своё разочарование (конечно, внешне завуалированное), вызванное пассивностью Москвы, желание быть услышанным и повлиять на решение Земского Собора. Богатую почву для размышления даёт повесть по вопросу о задачах казаков относительно мусульманского мира, отношения донцев к туркам. Это становится реальным вследствие того, что автор получает возможность говорить о представителях вражеского войска всё, что он считал нужным, не стесняясь в выражениях, в некоторых моментах даже приукрашивая злодеяния ненавистных донцам мусульман, в стремлении вызвать у Собора чувства, сходные с теми, которые испытывал автор повести. В то же время, в связи с теми же факторами, Порошиным раскрывается и вопрос об условиях службы донского казачества, поскольку он обращает внимание Собора на явные действия по борьбе с общим противником Войска, состоящего из «воров» и «висельников» с одной стороны, и с другой – на пассивность огромного государства, которое, если бы захотело этого, взяло бы за один год «Ерусалим и Царьград по-прежнему, а в городех бы турецких во всех не стоял бы камень на камени от промыслу руского»5

И, наконец, третья повесть – «Сказочная». Она объединяет события первого и второго документа, однако отличается от них большим субъективизмом, дальше отдаляется от фактов и уделяет большее внимание мелочам. Текст имеет две редакции, первая из которых создана в 70-80-х годах XVII века. Тот факт, что со времени событий рубежа 30-40-х годов прошло n-е количество лет говорит о том, что следует рассматривать их сквозь призму критики, то есть критически оценивать содержание повести. Однако, несмотря на некоторые неточности (например, вместо 7145 года указан 7135)6, вымышленные события, персонажи (к примеру, крымский царь Старчия)7 «Сказочная» повесть ценна для нас. Её ценность состоит, в первую очередь, в том, что, несмотря на значительную роль вымышленных элементов, нам предоставляется возможность на основе мнения автора – представителя казачества – сделать некоторые выводы о взглядах донцев на интересующие нас вопросы. Фантастические элементы позволяют нам оценивать мировоззрение казачества, поскольку, отклоняясь от сугубо исторических фактов, документ даёт нам то, чего не может дать та же «Историческая» повесть, данные, не касающиеся непосредственно событий азовской эпопеи. Например, важную роль играют диалоги, явно выдуманные, между казаками и турецкими парламентёрами, однако ценные для нас тем, что в них звучат основные положения идеологии казаков в целом и автора как части донского казачества, в том числе и по интересующим нас вопросам. Однако всё же, если рассматривать данную повесть сквозь призму объёма информации, которую она может нам дать, то «Сказочная» повесть ближе всё-таки к «Исторической» нежели к «Поэтической», которая представляет для нас наибольший интерес.


Что касается последнего источника, то им, как уже было сказано, является Войсковая отписка донских казаков в Посольский приказ. Её создание относится к 3 декабря 16378 года и это известно нам достоверно, поскольку отписка датирована указанным числом. Этот документ стал основой для создания «Повестей…», что обуславливает их схожесть во многих элементах. Однако главным различием является то, что «Отписка…» - документ официальный, в нём в меньшей степени присутствует элемент социально-психологический, свойственный «Поэтической» повести. Для него характерен в первую очередь «оправдательный» тон, убеждение царя в верности ему Войска. Нельзя не принимать во внимание тот факт, что составление данной «Отписки…» протекало на фоне внешнего недовольства Москвы по поводу взятия Азова и убийства турецкого посла Фомы Катакузина, в частности, выраженного в грамоте казакам, датированной 20 ноября 1637 года. И в то же время официальность документа придаёт ему большую объективность в изложении исторической действительности, в частности, событий, связанных со взятием Азова донскими казаками 1637 года.

В отписке содержатся некоторые интересные моменты, позволяющие в большей степени понять мнение казаков о южных соседях: азовцах, крымцах, ногайцах и непосредственно самих турках – а также о задачах относительно них. Однако довольно большой объём данных в этой области компенсируется со знаком минус скудностью информации по двум другим поднимаемым нами вопросам. Как уже было сказано выше, «Войсковая отписка» – документ официальный, и это, о чём опять-таки говорилось выше, даёт нам субъективную оценку позиции казачества по отношению к Московскому правительству. Отсутствует материал по вопросу об истинных планах донцев в отношении Азова, как до, так и после взятия крепости.

Таким образом, источники, на которые мы будем опираться в ходе данной работы, по отдельности решают только довольно узкие проблемы. Поставленная же нами цель – выявление истинной цели взятия донскими казаками крепости Азов – в той или иной степени решается только в случае использования данных документов как комплекса источников, их совокупности, позволяющих получить наиболее полную и чёткую картину событий, происходивших в ту эпоху на Дону.


Обзор литературы
Прежде чем перейти к непосредственному обзору используемой нами литературы следует сказать несколько слов о том, как ставилась данная проблема прежде.

Борьба Войска Донского за Азов стала привлекать значительный интерес историков в XVIII веке. Большой вклад в исследование событий 1637-1642 годов сделал Г.З.Байер. Однако вне поля зрения оставались казачьи повести9, которые, как уже было сказано в обзоре источников, были опубликованы «Историческая» – в 1771 году М.М. Щербатовым, а «Поэтическая» – П.Н. Рыбниковым в 1867 году. Вплоть до 1898 не был разработан фонд Посольского Приказа, в котором содержалась переписка Дона с Москвой. Всё это приводило к тому, что у авторов не было материала, необходимого для монументального исследования.

Интерес к данной проблеме продолжал сохраняться и в первой половине XIX века. Кроме всего прочего, следует назвать имена таких исследователей как А. Попов, чьи взгляды во многом были схожи с взглядами Байера, Н.И. Полевой, В. Броневский, использовавший неизвестную Байеру литературы, и ряд других историков10. Однако задачи, которые ставили перед собой историки во многом, были различны, в частности Карамзин и Броневский рассматривали борьбу донцев за Азов сквозь призму борьбы Московского государства с южными соседями. В то же время для В.М. Пудавова, А. Попова, а в особенности известнейшего историка Дона В. Сухорукова, были интересны в первую очередь причины взятия крепости.

Со второй половины XIX века пристальное внимание уделяется Азовским повестям донского казачества. Наибольшую ценность представляют для нас работы В.Н. Королёва, в которых автор одним из первых уделил особое внимание действиям казачьего флота, в том числе и в борьбе за Азов.

Начало XX века ознаменовалось публикацией А. Орловым фонда Посольского приказа в сборнике «Донские дела». В связи с этим стали возможными новые исследования в данной области, которые проводил, в частности, сам Орлов, а также ряд других историков.


После некоторого упадка в разработке проблемы, связанного с известными событиями 20-30-х годов XX века, наступил новый этап исследования вопроса о взятии Азова. В руках историков находился фактически весь известный и в наши дни материал, вследствие чего стало возможным проведение монументального исследования, касающегося интересующей нас проблемы. Появились новые работы таких учёных как Б.В. Лунин, М.Я. Попов, С.Г. Пушкарёв и др. Конечно, советская идеология не могла совсем не сказаться на исследованиях данных историков, однако в целом следует признать их в большой степени независимыми от политических и общественных веяний того времени. Вследствие этого фактически неотделим от советского периода разработки данной проблемы период постперестроечный. Пожалуй, главным исследователем этого периода следует признать Н.А. Мининкова, хотя не стоит принижать заслуг других учёных современности, в частности В.Н. Королёва, в которых автор одним из первых уделил особое внимание действиям казачьего флота, в том числе и в борьбе за Азов.

Теперь же более подробно остановимся на тех работах, на которые мы опирались при решении данной проблемы.

Ценность работы «Историческое описание Земли Войска Донского» состоит, прежде всего, в том, что в данной работе В.Д. Сухоруков, будучи уроженцем Новочеркасска, а, следовательно, с особым трепетом относясь ко всему, что было связано с донским казачеством, уделил особое внимание именно позиции казаков, их взглядам. Однако, по большей части, данный труд представляет собой в большей степени источник, нежели монографию, поскольку если в нём и присутствует исследовательский аспект, то только в совокупности с фактическим элементом работы. В основном же текст данной работы – историческое описание событий, так или иначе связанных с Войском Донским. Те же проблемы, которые нас интересуют, в данной фактически не затрагиваются, в то время как прежде всего повествуется о перипетиях развития борьбы за Азов в 1637-1641 годах.

Что касается статьи А.С. Орлова «Песнь и повесть об Азове», то для нас представляет не столько сам текст монографии Орлова, сколько опубликованная им «повесть». Многие элементы данной повести перекликаются с элементами используемых нами источников, в особенности «Поэтической» повести и, возможно, эта повесть является одной из редакций «Поэтической». Интересующая нас проблема фактически не получает отражения в данном тексте, что не позволяет оценивать его как исключительно полезный, хотя, без сомнения, определённые кусочки мозаики в картину, которую мы пытаемся собрать в ходе нашего исследования, работа А. Орлова вносит.

В «Азовской эпопее 1637-1641 годов» Б.В. Лунина поднимается целый ряд вопросов, связанных с событиями взятия и борьбы за Азов, среди которых присутствуют интересующие нас проблемы. Автор уделяет большое внимание отношениям между донцами и южными соседями Московского государства, выяснению целей и причин взятия Азовской крепости, характеристике политики Москвы в отношении южных соседей. Таким образом, несмотря на то, что вопрос об условиях службы Войска Москве, данное исследование представляет для нас действительно неподдельный интерес и предоставляет нам довольно богатый материал.

В своей монографии «Азовская эпопея: последняя операция Донского казачьего флота» Королёв В.Н. основное внимание уделяет действиям казачьего флота в устье Дона в последние месяцы владения крепостью казаками. Нетрудно прийти к выводу, что вследствие этого в данной работе практически не затрагивается вопрос о планах казаков относительно Азова до и после взятия крепости. Небольшое место отводится и решению проблемы взаимоотношений Дона и Москвы. Однако вопрос о взглядах донцев на свою позицию относительно мусульманского мира получает довольно подробную разработку. Следует признать, что данная работа даёт нам очень небогатый материал по исследуемым нами вопросам.

Наибольшую ценность для нашего исследования представляет, пожалуй, наиболее монументальный в отечественной историографии труд по истории Донского казачества – «Донское казачество в эпоху позднего Средневековья (до 1671 года)» Н.А. Мининкова. Характерной чертой работы Мининкова является привлечение различных концепций, которые мы вправе принимать или же нет. Детальную разработку получает проблема взаимоотношений Москвы и Дона, взглядов донцев на свою службу Москве, а также вопрос о взаимоотношениях Дона и Порты в указанный период. Кроме того, автор уделяет значительное место и вопросу о причинах взятия крепости донцами. «Донское казачество…» даёт нам большой объём материала по поднимаемым нами вопросам, вследствие чего работа Мининкова представляет наиболее значительный интерес для нашего исследования.
В заключение хотелось бы ещё раз отметить тот факт, что достигнуть поставленной перед нами цели можно лишь в том случае, если в наших исследованиях мы будем использовать весь комплекс данной литературы. Каждая монография в отдельности, без сомнения, крайне любопытна, однако, только суммировав всю информацию, мы можем прийти к единственно верному решению интересующих нас проблем.




следующая страница >>