prosdo.ru
добавить свой файл
1
Каждое лето, когда я приезжал в Украину к бабушке с дедушкой я расспрашивал деда о войне.


Когда был мальчишкой, меня больше интересовали количественные показатели: сколько немцев застрелил, сколько танков подбил… Дед на подобные вопросы отвечал уклончиво, а вот историй рассказывал много. Многие из них я слышал несколько раз. Теперь, когда деду 86, многие из них мне впору пересказывать ему, потому, что память его уже подводит. Видимо новых историй я уже не узнаю от него. Истории остались в памяти какими-то обрывками, как обгоревшие письма…

Чтобы не забыть, то, что осталось в памяти о той войне, чтобы внуки знали как воевали наши деды, я решил записать всё, что помню и знаю в виде коротких рассказов.

Записки о Войне

Отец деда и мой прадед Андрей Степанович Богуш был сержантом царской армии и воевал с немцами в Первую мировую войну. Во время гражданской войны был камисаром красной конной бригады и вёл борьбу с отрядами Махно.

После войны, был директором Книгокультторга в Харькове. В 1937 году (возможны неточности) стал членом ЦК партии Молдавии, переехав с семьёй в Тернополь.

***************

В ночь 1939,Андрея Степановича арестовали. Забрали все вещи из квартиры, семью, жену и пятеро детей (Лариса, Кира, Анатолий, Роман и дед мой,)выкинули на улицу. Они поселились в подвале среди дров. Люди помогли с вещами, но открыто помогать семье репрессированного было опасно…

По рассказам знакомого, Андрея Степановича вскоре перевезли в Москву, где подвергали пыткам и дважды водили на расстрел…Но не казнили , а отправили этапом на Дальний Восток…

Мама, Любовь Соломоновна, нашла комполка прадеда, Царёва, который, рискуя своей жизнью устроил детей Андрея Степановича в детский дом в г.Ананьев (Молдавия). Не удалось устроить только старшего сына, Романа и Киру (младшую сестру).

****************

Старший сын, Роман, ушёл добровольцем на фронт. Он погиб под с.Волуйки в звании комвзода 24.07.43. Я каждый раз проезжаю эту станцию, когда еду на поезде в Украину…


За старшим братом пошёл на фронт средний брат, Анатолий . Погиб в западной Украине под селом Коломыя. Его жетон нашли только в 1946 г. и , посмертно, наградили медалью «За боевые заслуги».

******************

Любовь Соломоновну, с младшей дочерью, Кирой, эвакуировали куда-то на Южный Кавказ. Но там им не удалось спастись от немцев.

Дед потом, после Войны, приезжал в то село, куда их эвакуировали.. Он нашёл женщину, которая везла на телеге его мать и двухлетнюю сестру ко рву на расстрел… Эта женщина вспоминала, что девочка постоянно плакала и просила кушать… Маму и сестру дедушки, вместе с другими евреями, поставили у рва и расстреляли фашисты …

*******************

Отступление 1941 год

Детский дом отступал с частями Красной армии. Люди шли сплошным потоком. Всё смешалось…

Дед видел, как отступающие танки сбрасывали с моста машины, телеги, людей… Чтобы задержать наступление немцев, мосты часто взрывались прямо с отступающими…

Отступление было паническим, поэтому воспитанники детского дома бежали не вместе. Девочки отстали, а мальчишки на лошадях форсировали реку и дошли до Херсона, потом в Николаев и Одессу. По пути не прекращались бомбёжки. Беглецов снова определили в детдом.

*********************

1942 год. Доброволец

1942 году деду исполнилось 17 лет. На фронт брали с 18-лет, но под угрозами деда уйти на фронт без документов, ему выписали солдатскую книжку и его 180-ый учебный запасной полк направили за Кавказский хребет. Обучали их 29 дней. Форма и обувь побились за долгие переходы по горам. Дед рассказывал, что они уже ноги сбивали вкровь, когда как-то раз за боевым шагом их застали, проезжавшие мимо Ворошилов и Петров, командующий Северокавказским фронтом. Ворошилов был возмущён внешним видом солдат и приказал их одеть и обуть. Им выдали английские ботинки, форму, забрали оружие и отправили на студебекере на фронт под Туапсе.


(Судьба несколько раз сводила деда с известными военноначальниками и партийцами. Так дед рассказывал, что в детстве, когда они жили в Харькове, он был дружен с сыном Якира Петром. Бывал у него в гостях. Рассказывал как их часто ругали за совместные хулиганские мальчишеские выходки )

Когда приехали к фронту, местный старшина, выдавая деду карабин, спросил, умеет ли тот стрелять.Дед был очень молод тогда и не привык подчиняться, поэтому из 29 дней учёбы, он просидел на губе 24 дня и мало чему выучился, но сказал, что конечно умеет стрелять. После чего, взял карабин и нажал на крючок… Выстрел оторвал старшине половину уха.

И деда направили служить в сан-роту к девчонкам, помогать раненых вытаскивать с поля боя.

Так начинался его боевой путь)

Сан-рота

Бои шли тяжёлые. Немцы рвались к нефтяным запасам Кавказа. Наша армия вгрызалась в каждый метр своей земли.

Дед вспоминает, как ему, старшему группы, и трём девочкам сан-роты приказали доставить тяжелораненого в голову немецкого «языка» в штаб. Нести надо было несколько километров, на носилках, карабкаясь по обледеневшим горам. Немец был постоянно без сознания и стонал. Вскоре вся группа выбилась из сил. Все плакали навзрыд, но тащили носилки. Передвигаться получалось медленно, буквально ползком. Не донесли.

Думали, расстреляют их теперь…

Но командование, за то, что принесли носилки, хоть и пустые не стали наказывать деда, а направили в стрелковый полк. Так дед стал солдатом.

Вскоре он проявил себя в бою, получил звание ефрейтор и стал командиром отделения.

Затем ему дали миномёт 50 мм. Позже 80 мм и,уже сержантом, он получил миномёт 120 мм и 7 человек расчёта в своё командование.

Миномёт 120 мм

Продолжалась оборона Кавказа. Миномётчикам было не просто. По уставу, расчёт должен сделать 10выстрелов и сменить позицию, чтобы не успели засечь и накрыть ответным огнём.

Дед рассказывал про бой, который продолжался уже несколько часов. После каждых 10 выстрелов, расчёт быстро разбирал тяжелейший миномёт и переносил его, станину (150 кг.) и ящики с минами на 100-150 метров по горам. Жара и этот «челночный бег» с миномётом уже вконец утомили бойцов. И после очередных десятка выстрелов, солдаты взмолились ,чтобы дед разрешил сделать ещё хоть пару выстрелов ,не меняя позиции… За эту слабость тут же получили наказание. Их накрыли вражеские миномёты. Трое солдат погибли, дед был ранен и попал в госпиталь…


В госпитале он научился играть в шахматы. Играли там на колбасу) Шахматы прошли через всю дедову жизнь. У него много призов и первый разряд по шахматам. Благодаря этому и я играю в шахматы)

Про окружение

Помню историю про то, как где-то на Кавказе дед попал в окружение. Бились в «котле» несколько месяцев. Заканчивались еда и патроны. Ели кору с деревьев и жёлуди. Их прижали к горам и атаковали раз за разом. И вот, изнеможенных и израненных бойцов осталось всего человек 12. Они разделили оставшуюся горстку патронов поровну на всех и приготовились принять последний бой. Но рано утром, с гор к ним спустился какой-то старец и вывел их горными тропами через перевал…

Бойцов сразу определили в госпиталь, все были изранены и болели желтухой. Еды не хватало и там. Дед рассказывал, что некоторые ели с помоек остатки селёдки... Почти все умерли в госпитале.

**********************

Дедушку наградили медалью «За героическую оборону Кавказа».

Новороссийск, где воевал дед, стал городом Героем.

На Малой земле, после кровопролитных боёв, где приходилось вгрызаться в камень, чтобы спастись от мощнейших бомбовых ударов немцев, где отступать было нельзя и некуда, от полка, в котором воевал дед, (около 2000 человек) осталось всего 21 боец в их числе и мой дед. За эти бои он получил медаль «За отвагу».

Про подбитый танк

Одна из самых первых историй от деда про войну, была про первый подбитый им танк. Он рассказывал, как страшно было лечь с гранатой под движущийся танк. Когда танк проехал над ним, дед встал и бросил гранату на баки с горючим. Танк загорелся и из него полезли немецкие танкисты. Автоматными очередями он доделал начатое…

Про зенитку

После ранения, деда определили заряжающим на МЗА (зенитка).

Как-то раз, дед вёл ночное дежурство по наблюдению за небом. Уже начиналось туманное осеннее утро и до смены оставалось минут 15. Сменщик почему-то пришёл раньше и дед отправился спать, сдав пост. Через минуты две в небе появился гул самолёта. Наблюдатель забил тревогу: «В небе вражеский бомбардировщик!». Открыли огонь и подбили самолёт. Оказалось, что сбили своего П-2. Это была тогда новая машина, к ней не привыкли и гул мотора нашего штурмовика напоминал гул вражеского бомбардировщика… Тут деда хотели уже отдать под трибунал. Наблюдатель, который ошибся, видимо не стал признавать свою вину, а спросили с того, кто по времени должен был нести дежурство… Разобрались. Кто-то из батареи, сказал, что тревогу забил не дедовский голос… Лётчик выжил, хоть и потерял ногу, а наблюдателя расстреляли, командира подразделения отправили в штрафбат…


Гора Индюк

Дед рассказывал про бои под горой Индюк, которая, по словам деда, закрывала нашим войскам путь на Туапсе. Высотой около 2000 метров, гора имела массу вражеских укреплений. С трёх сторон она была окружена болотистыми лесами, поэтому наши войска, раз за разом вынуждены были атаковать её «в лоб». Кроме того, с этой высоты, немцы удачно корректировали огонь своей артиллерии…

Более двух месяцев советские войска не могли взять эту высоту. Под ней погибли тысячи солдат. Командование приказывало срочно взять высотку и бросало всё новые и новые силы, как пушечное мясо. В бой шли, шагая по горам трупов своих бойцов.

И вот какой-то старшина, обратился к своему комполка с одной идеей, которая шла вразрез с приказом командования. Тот, на свой страх и риск дал « добро». В ту же ночь, старшина с бойцами стали рубить деревья и гатить болота. Вскоре, по этому настилу пошли наши танки с десантом. Танки обошли гору сзади и почти без единого выстрела захватили эту кровавую гору.

Старшину и комполка хотели сначала отдать под трибунал. Но потом одумались и наградили звёздами «Героя Советского Союза» их и генерала, что командовал войсками под горой Индюк.

Туапсе был быстро освобождён.

Уже после войны, когда моему дяде Тодору, болгарину нужно было поступить в институт в СССР, дед пошёл на приём к министру образования УССР. Обычно на подобные встречи, дедушка одевал китель с орденами и медалями, вот и этот раз не стал исключением. В приёмной его остановила секретарь и сказала,что у министра совещание и что нужно записаться на приём. Дедушку моего остановить не просто, если он чего-то решил, а записываться на приём ему было некогда, он приехал из другого города где его ждала работа. Он отстранил секретаря и шагнул в кабинет к министру. В огромном помещении стоял большой стол для совещаний и там действительно проходило какое-то важное собрание. Распалённая секретарь пыталась сбивчиво объяснит министру, что гость не послушал её и ворвался сам в кабинет. Министр внимательно посмотрел на деда и остановил причитания секретаря.


- Я вижу у Вас есть медаль «За героическую оборону Кавказа…» - спросил он у деда.

- Да,есть. - отвечал дед.

- А слыхали Вы про гору Индюк? –продолжал допытывать деда министр

-Да, я там воевал!

- Так и я тоже!- воскликнул министр

- Что-то я Вас там не видел, товарищ министр! –быстро нашёлся, что ответить ему дед…

Министр улыбнулся и попросил совещавшихся с ним товарищей, их было больше десяти, оставить кабинет до того, пока он их снова вызовет. А деда он пригласил к своему столу, достал конфеты и коньяк и они полтора часа с ним провели за воспоминаниями тех боёв. Затем министр набрал номер ректора института, и приказал зачислить Тодора, хотя вступительные экзамены уже прошли…

После боёв на Кавказе, деда перекинули куда-то под Киев. После освобождения Киева, были Карпаты и Чехословакия.

Чоп

А эту историю я слышал не только от деда. Советские войска вошли в Чехословакию. В приграничном городке Чоп, выбили немцев из какого-то родового замка. В подвалах замка обнаружилось много огромных бочек с вином различной выдержки. Изголодавшиеся солдаты, бросились открывать бочки и пить вино. Дед был не исключением, он набрал вино в пилотку и славно отпраздновал победу в бою. Бойцы всё прибывали в подвал, у кранов появились очереди, и солдаты от нетерпения стали стрелять по бочкам и пить из образовавшихся в пулевых отверстиях ручейков. Вино стало заполнять подвал, а хмель делал своё дело. Многие из солдат так и остались там навсегда, упав запьяно и захлебнувшись в вине… А до Великой Победы оставалось совсем немного…

Танк

В самом конце войны, деда пересадили на танк Т-34 механиком-водителем.

Немецкие самоходные орудия «Фердинанд», на тот момент не могли пробить лобовую броню наших тридцатьчетвёрок, поэтому они маскировались и пытались стрелять вбок наших танков, где броня была слабее и располагались баки с горючим. Один из таких выстрелов угодил в танк деда.


Башня танка сразу улетела на несколько десятков метров- взорвался боекомплект… Какой-то мизерный шанс выжить дед использовал. Его выбросило из танка метров на 150…

(Кстати сказать, что подобных мизерных шансов за всю войну было немало. Дед рассказывал, как у его ног, когда он сидел у входа в землянку, взорвался снаряд немецкого миномёта «Ванюша». Деда контузило и ранило в живот, а вот всех, кто был в землянке убило…)

Потом, уже в госпитале, деда отыскал командир полка. Он поблагодарил деда за проявленный героизм и вручил часы с этого танка. Бойцы их сняли с обожжённой машины, очистили, чтобы передать деду. Часы- это малое, что осталось от танка. Получается, что остались от танка лишь часы и дед…

Про обмороженные ноги

Долгие пешие переходы для солдат военного времени не редкость. Солдаты на марше преодолевали сотни километров пути в любую погоду. Спали прямо на ходу, по очереди , придерживая друг-друга. Случались, конечно, и привалы. В один из таких маршей, подразделению деда пришлось ночевать прямо на морозном зимнем льду реки.

Уставшие солдаты повалились на лёд , положив вещь-мешок под голову. Наутро многие из них так и остались лежать на этом льду. Они просто замёрзли насмерть. Деду же отморозило ноги…

Войска ушли, оставив деда в медсанбате. Диагноз врача был суров- ампутация ног…

При этом присутствовала медсестра. Это была женщина из близлежащего села, она, услышав диагноз, взмолилась, мол как же такому молодому и без ног…?! Госпиталь тоже двигался вслед за армией. Эта женщина оставалась в своём селе и попросила оставить с ней деда, она хотела выходить его, хотела попытаться спасти ему ноги. Главный врач приказал оставить ей кое-какие медикаменты , хотя в них была серьёзная нехватка.

Долго она его выхаживала. Отпаивала травами, делала обтирания ног, лечила народными средствами, так как других просто не было. И всё-таки ей это удалось! Дед встал на ноги, поблагодарил свою спасительницу и сразу пошёл догонять свою часть.


Из госпиталя

Вначале войны, после ранения ног, деду дали что-то вроде инвалидности на один год, записали это в солдатской книжке и направили в тыл на лечение. Дед же порвал книжку с этим вердиктом и пошёл пешком догонять свою часть. В те времена, в сторону фронта было много указателей, поэтому у деда были хорошие шансы найти свою часть.

Питался он в походных кухнях, их было немало по дороге.

В те времена, специальным приказом Сталина, уже действовали специальные загрядотряды, которые отлавливали дезертиров и расстреливали по закону военного времени без суда и следствия. Такой вот отряд и остановил деда по пути на фронт. Документы он порвал свои,

поэтому разбираться долго не стали, поставили на пустой ящик, накинули на шею верёвку и хотели повесить на дереве. В последний момент ящик сломался, а повторную попытку казнить деда прервал проезжавший мимо офицер, которого вдруг заинтересовало происходившее у дороги судилище. Офицер расспросил деда снова. Дед твердил, что идёт в свою часть после ранения ног. На что офицер попросил его задрать штанины. Увидев свежие шрамы на его ногах, офицер приказал отправить деда в штаб, где сделали запрос в госпиталь и подтвердили слова дедушки. И снова снарядили его в тыл…

История почти в точности повторилась. Дед снова сбежал на фронт. И его снова чуть не расстреляли в пути, но снова какая-то счастливая случайность спасла ему жизнь, и он нашёл-таки свою часть.

Про немца

Дед рассказывал, как в самом начале войны, оружия не хватало. Часто солдаты шли в бой с голыми руками, чтобы отнять оружие у врага в бою. В такую атаку ходил дед, будучи семнадцатилетним мальчишкой… Дед помнит, как на него тогда вышел огромного роста рыжеволосый немецкий солдат. Дед подумал, что это конец, немец был вооружён, в отличие от деда и опытен в боях. Дед уже готов был броситься на него и умереть, как вдруг, в последний момент, немец оступился и почти упал… Дед сильно ударил его кулаком в висок. Он сам не понимает откуда тогда взялось столько силы у семнадцатилетнего паренька , но удар оказался для немца смертельным. Дед забрал у немца его оружие и флягу. С этой флягой он прошёл всю войну и сейчас это одна из реликвий, напоминающих о той войне.