prosdo.ru 1 2 ... 87 88

Волхвы Скрытной Управы

Книга

«Я пишу эти строки тебе, потомок. Не знаю, умеет ли ваша наука датировать документы. Если нет – подождите, эти методы обязательно появятся в будущем. И будущем не столь далеком. Какая-нибудь тысяча лет после моей смерти, и появятся. Тысяча лет - миг на фоне истории. Может и меньше. Но это если наша экспедиция оказалась удачной. И мы сумели сделать, что хотели.

А пока ты можешь просто прочитать мои записи. Не поверишь сам - сохрани их для будущего. Когда-нибудь они сильно помогут историкам. Или, наоборот, окончательно запутают. Не знаю. И знать не хочу. Это будет уже ваша жизнь, а не наша. И не моя.

Я уже слишком стар, чтобы видеть будущее. Да и в молодости не умел. И никто из наших не умел. Мы не предсказывали события, мы поворачивали историю, куда нужно нам, а не «исторической неизбежности».

Кстати, советую, сначала убедиться в древности рукописи. Убедиться до того, как продолжить читать дальше. Иначе ты не поверишь. Боюсь, не поверишь и зная истинный возраст. В таком случае, прошу об одном - не выбрасывай, а передай тем, кто сможет проверить. Проверить и поверить. Надеюсь, что-то из вещей, наших вещей, сбереглось до ваших дней, и археологи уже сломали сотни копий, пытаясь объяснить необъяснимое. Попробую немного облегчить им задачу. Всегда был добр к ученому люду.

Время неумолимо. И бежит без устали. Без малого девяносто прожитых лет. И одиночество. Нет, я живу не один. Мои внуки и правнуки многочисленны, весьма сильны, уважаемы и являются одной из опор великокняжеского престола. Так что, я не отшельник, и не затворник. Я – последний из русинов. Последний из тех пятидесяти двух человек, что в лето 6447-ое от сотворения мира пришли на земли вятичей.

Ваши историки, подозреваю, не раз в пылу полемики доходили почти до поножовщины, выясняя, кто мы и откуда взялись. Ученые - люди горячие. Зря они это. Нож в печень - не аргумент. Если в переносном смысле. В прямом, наоборот, самый лучший. Так было всегда. И в наше время тоже. В оба наших времени.


Интересно, сколько экспедиций искало древнюю страну, из которой пришли князь Ярослав и воевода Серый со соратники. Ты, читающий эти записи, достучись до высоких кабинетов, скажи им, чтобы перестали разбазаривать силы и средства. Не стоит мелким бреднем проходить север Урала и просторы Сибири. Хотя у вас эти территории могут зваться другими именами. Неважно, где бы не искали, ничего не найдут. То, что они ищут, находится не там и не тогда. Главное – не тогда. Это началось в далеком тысяча девятьсот девяносто первом году от рождения Христа. Да, потомок, я не оговорился. Мы считали года не от Сотворения Мира и не от Взятия Царьграда. Мы вели счет времени от рождения Христа. Если не знаешь, кто это - больше наша слава. Мы сумели и это. Впрочем, неважно. Важнее, что всё началось через тысячу пятьдесят два года после нашего появления в Кордно. Или перед? Никогда не мог добиться чеканной четкости фраз и определений…»

Кордно, лето 782 от взятия Царьграда, травень

Высокий крепкий мужчина оторвался от чтения старинной книги. Закрыл том, затянутый в потрепанную кожу. Уперся взглядом в левый верхний угол горницы. В клуб паутины, раз за разом пропускающий мимо себя веник и ставший изрядным пылесборником. Усмехнулся, мотнул давно не стриженой головой. Как относится к этому документу? Рукопись якобы хранится в роду с незапамятных времен. По крайней мере, именно так дед говорил. И нет никаких оснований подозревать его в дурацком розыгрыше. Не тот человек. Но… Хочется подозревать, и ничего с этим не поделаешь. Слишком все явно указывает на шутку. Глупую и непродуманную. Многое, очень многое не выкладывается в единую картину. Язык совсем не архаичен. Очень близок к нынешней разговорной речи, хотя заметны и различия. Отдельные слова просто непонятны. Похоже на заимствования из других языков. Неизвестных, между прочим, языков. Или так «удачно» подобравшиеся слова из забытых говоров? И написание букв чуждое. Сейчас пишут иначе. И раньше тоже писали не так. Но все понятно, стоит лишь приложить немного усердия. А вот содержание…


Читавший не увлекался фантастикой. Тем более, стародавней, вышедшей из-под пера неведомого автора за много лет до его рождения. Но привыкший к аналитическому мышлению ум отказывался воспринимать книгу, как художественное произведение. Слишком много мелочей, которых просто невозможно выдумать. И из мелочей выстраивалось такое…

«Ладно, - подумал Буривой Володимиров Лютый, старший волхв Скрытной Управы Великого Князя, - прочитаем, проверим подлинность. А там и решим, что делать. Вот же удружил дед напоследок. Можно подумать, у меня мало работы. И паутину надо бы убрать. Не терем, а свинарник».



следующая страница >>