prosdo.ru
добавить свой файл
1
Можно лгать в любви, в политике,


в медицине можно обмануть людей,

но в искусстве обмануть нельзя.

А.П. Чехов

И он ни единою буквой не лгал. Его творчество пропитано честностью, сюжеты его произведений – это сама жизнь во всех её проявлениях, с бременем всех страстей человеческих, не приукрашенная автором ради красного словца и копейки ложными деталями, а изображённая такой, какая она есть на самом деле. В своих рассказах, повестях, драмах А.П. Чехов рассказывал людям о людях, нам о нас самих. «Берегите в себе человека,» - писал он. И тем самым берёг. Себя. И нас.

Он ситал, что уходить от людей – это самоубивство. И приходил к ним. Через своё Слово. И приходит сейчас через Него же. Через своих героев он общается с нами и рассказывает о жизни - «жизни тленной и прекрасной», о том, что «люди только чай пьют, а в их душах совершается трагедия», что они «обедают, только обедают, а в это время слагается их счастье и разбиваются их жизни». И ведь не врёт.

А ещё он рассказывает об одиночестве человека, о его страданиях сомнениях, терзаннях и, конечно же, о любви. Всё это рассказывается так честно, так легко, ненавязчиво, что диву даёшься и понимаешь: жизнь прекрасна во всех её проявлениях – в проявлениях счастья и боли, встреч и расставаний, приветствий и прощаний, любви и измены, гармонии и противоречия…

Встречаясь с героями его рассказов мы встречаемся с реальными людьми, будь то Гуров и Анна Сергеевна из «Дамы с собачкой», «человек в футляре» Беликов и Варвара Саввишна, Алехин, Пелагея, Анна Алексеевна и Луганович из рассказа «О любви», Иван Иваныч Чимша-Гималайский и Буркин, образы которых условно объединяют «Человека в футляре», «Крыжовник» и о «Любви» в трилогию всё о тех же муках и страданиях, сомнениях и терзаннях, испытывая которые чувствуешь, что живешь, о вечных вопросах бытия человеческого, находя ответы на которые живеш, а не просто существуешь…

Герой «Дяди Вани»А. П. Чехова Астров считал, что «в человеке всё должно быть прекрасно: и лицо, и одежда, и душа ,и мысли… А праздгая жизнь не может быть чистою». Наверное, потому так прекрасны и его герои , каждого из которых он любил, понимал, оправдывал и прощал. Писатель простил Гурову его легкомыслие по отношению к Анне Сергеевне на первых порах и одарил его её любовью, простил он и легкомыслие самой Анны Сергеевны, одарив её взаимной любовью Гурова. Как волхв,Чехов сделал своё дело, одарив людей. Сделал он его и как порядочный человек и как хороший писатель: сколько важних вопросов найдёт внимательный и вдумчивый читатель на страницах произведений Чехова, сколько возможных ответов, и ни одного – точного.


То же понимание счастья, например. У чеховских героев оно разное. Анна Сергеевна и Гуров из «Дамы с собачкой» всё искали решение, как же им поступить, чтобы быть вместе: «и казалось, что ещё немного - и решение будет найдено, и тога начнётся новая, прекрасная жизнь; и обоим было ясно, что до конца ещё далеко-далеко и что самое трудное только ещё начинается» - но они не боялись трудностей, не боялись быть счастливыми, они – любили. Иван Иваныч из «Человека в футляре» ситал, что «видеть и слышать, как лгут,и тебя же называют дураком за то, что ты терпишь эту ложь; сносить обиды, унижения, не сметь открыто заявить, что ты на стороне честных, свободных людей, и самому лгать, улыбаться, и всё это из-за куска хлеба, из-за теплого угла, из-за какого-нибудь чинишка, которому грош цена, — нет, больше жить так невозможно!», и это его видение счастья. В «Крыжовнике», рассказывая о своїм брате Николае, Иван Иваныч рассуждает так: «Надо, чтобы за дверью каждого довольного, счастливого человека стоял кто-нибудь с молоточком и постоянно напоминал бы стуком, что есть несчастные, что как бы он ни был счастлив, жизнь рано или поздно покажет ему свои когти, стрясется беда — болезнь, бедность, потери, и его никто не увидит и не услышит, как теперь он не видит и не слышит других. Но человека с молоточком нет, счастливый живет себе, и мелкие житейские заботы волнуют его слегка, как ветер осину, — и все обстоит благополучно». Как тонко подмечено, как применимо к ХХ1 веку ! Алёхин в рассказе «О любви» вспоминал: «Я понял, что когда любишь, то в своих рассуждениях об этой любви нужно исходить от высшего, от более важного, чем счастье или несчастье, грех или добродетель в их ходячем смысле, или не нужно рассуждать вовсе.» Разве и это – не счастье?

Чехов оставляет право выбора счастья за читателем. Не потому что боиться навязать своё, мнение и допустить ошибку, а потому что уважает читателя, любит его и… одаривает свободой, правом выбора. Воистину гуманизм, великая любов к гордому человеку, в котором есть что-то мистическое, как утверждал чеховский герой Трофимов из «Вишневого сада».

А Елена Андреевна из «Дяди Вани»промолвила: «Надо всем верить, иначе жить нельзя». Давайте поверим по крайней мере Чехову. Ведь не самый худший вариант, правда?