prosdo.ru 1 2 ... 6 7
37. Беккариа


Проблемы совершенствования уголовного права в новых общественных отношений были главными в политико-правовом учении итальянского мыслителя Чезаре Беккариа (1738-1794). В труде "О преступлениях и наказаниях" Беккариа сосредоточил внимание на обосновании гуманистических принципов уголовного права и процесса. Его теорию разработан в русле естественного права, он разделял концепцию общественного договора и, следовательно, принцип равенства всех перед законом. На основе общественного договора люди отказались от естественной "абсолютной" свободы и создали гражданское общество, государство и позитивное законодательство. Но отказ от естественной свободы не означает отказа от свободы вообще. На взаимных началах люди пожертвовали только частью своей свободы, чтобы иметь возможность спокойно и безопасно наслаждаться другой ее частью. Исходя из этого, целью гражданского состояния является максимально большое счастье для максимального количества людей. А для этого первым делом следует обезопасить жизнь и свободу граждан. Именно для этого создаются государство и позитивное законодательство. Именно поэтому Беккариа считал необходимым реформировать механизм юстиции на основе принципов законности и разделения власти. Деятельность органов правосудия должна базироваться исключительно на законах, и "только законы могут устанавливать наказания за преступления". Судца "ни в коем случае и из каких соображений общественного блага" не имеет права устанавливать наказание, которое превышает предусмотренное законом. Беккариа не воспринимал и подвергал решительной критике положение, согласно которому судья обязан следовать духу, а не букве закона. В таком случае, считал ученый, граждане станут жертвой произвола судьи, его страстей и слабостей.

С принципом законности мыслитель связывал и одну из главных признаков правонарушения и юридической ответственности. Преступлением является только то, что запрещено законом. И наказание может быть назначено только тогда, когда оно прямо указано в законе. Наряду с формально-юридическим признаком правонарушений Беккариа стремился выяснить также их содержательный аспект. Закон должен относить к преступлениям соответствующее деяние лишь тогда, когда в этом есть "абсолютная необходимость". Законодатель не должен произвольно относить какие деяния к уголовное обиженным. Объективным критерием здесь выступают общие условия свободы, безопасности граждан. Только реальный вред, которую те или иные действия наносят общественному благу, является единственным и истинным мерилом преступлений. В тесной взаимосвязи с преступлением Беккариа рассматривал наказания. Юридическая ответственность и наказание - логическое следствие правонарушения. В этом аспекте ученый выдвинул ряд прогрессивных принципов, на основе которых должна осуществляться наказания. Это, прежде всего, размерность преступления и наказания, которые, собственно, является применением в уголовном праве более общем принципа - принципа эквивалента. На основе принципа размерности, соответствия преступления и наказания мыслитель предложил построить "точную и общую шкалу преступлений и наказаний", где преступления и наказания размещались бы соответственно и в зависимости от их вреда. С принципом размерности тесно связан принцип равенства граждан перед уголовным законом в назначении наказаний. Наказание должно быть неизбежным. "Влияние оказывает не столько строгость наказания, сколько его неизбежность", - писал Беккариа. Неизбежность наказания является необходимым аспектом законности и обязательным условием существования самого права. В противном случае разрушается правопорядок. "Уверенность в неизбежности хотя бы и умеренного, наказание всегда производит большее впечатление, чем страх перед иным, жестоким, но сопровождаемым надеждой на безнаказанность".


Согласно естественно-правового трактовка цели создания государства и позитивных законов Беккариа выступал за гуманизацию уголовной ответственности, против жестоких наказаний, в том числе и против смертной казни. Жестокость наказаний является свидетельством жестокости не только политической власти и ее законы, но самого общества. Это болезнь, которая разрушает принципы и цели человеческого общежития. Беккариа был первый в истории правовых учений, кто дал обстоятельный теоретический анализ того, что смертная казнь является неэффективным и антигуманным наказанием, которое не может и не должно иметь места в системе наказаний. Смертная казнь противоречит божественному и неизменном естественному праву. Она вообще не основывается на праве, поскольку человек не должен лишать себя жизни и, становясь членом общества, не может передать этого права другим. Разве есть смысл в том, что законы, запрещающие убийство, сами осуществляют его? Отмена смертной казни, по мнению ученого, ведет к морального подъема, гуманизации общества и государства.

Прогрессивные принципы уголовной ответственности было бы невозможно осуществить без кардинальных преобразований в процессуальной сфере. Главный принцип, который предложил Беккариа, - презумпция невиновности. "Никто не может быть назван преступником, пока не вынесен обвинительный приговор, и общество не может лишить обвиняемого своей опеки до того, как будет решено, что он нарушил условия, при соблюдении которых ему и обеспечивалась эта опека". Отсюда следует, что обвиняемый имеет право на защиту; нарушение этого права является нарушением презумпции невиновности, а значит - и основных принципов, на которых основывается общество. Отсюда - безусловная запрещение пыток как средства добыть-я доказательств, отрицание главной основы средневекового процесса - признание обвиняемого как "царицы доказательств". "Преступление, - писал Беккариа, - или доказан, или недоказанный. Если доказан, то за него можно накладывать только то наказание, установленное законом, и пытки являются ненужными, поскольку признание преступника лишнее. Если же преступление не доказано, то нельзя мучить невиновного, которым, по закону, следует считать каждого, чье преступление недоказанный. Поэтому, вместо признания с помощью пыток, "царицей доказательств" должен быть выяснения подлинной виновности или невиновности обвиняемого на основе объективного и беспристрастного изучения всех доказательств. Для обеспечения этого судебное разбирательство должно быть публичным.


Значительное внимание ученый уделял и предотвращению преступности. "Лучше предупреждать преступления, чем наказывать за них. Именно в этом - главная цель каждого хорошего законодателя ", - писал он. А путь к этому - разумное законодательство и образованный народ, воспитанный на нормах свободы.

Беккариа заложил те основы уголовного права и процесса, которые впоследствии было воспринято всеми развитыми правовыми системами; под влиянием его концепций происходило дальнейшее развитие уголовно-правовой.

38. Учение о государстве Прокоповича и Татищева.

Василий Никитич Татищев (1686–1750) происходил из знатного дворянского рода. Он окончил московскую артиллерийскую школу, много времени посвятив самообразованию, в результате чего снискал известность одного из образованнейших офицеров эпохи. В течение своей жизни Василий Никитич занимал крупные политические и хозяйственные посты. Дважды назначался на Урал в качестве главного правителя горных заводов; был начальником Оренбургской экспедиции и астраханским губернатором. В 1745 г. он попал в опалу (при Елизавете) и доживал свои дни в подмосковном имении Болдино, где и завершил свой труд «История российская», а также написал ряд работ по географии, экономике, политике и просвещению. В своих рассуждениях о происхождении государства мыслитель использовал гипотезу о преддоговорном «естественном состоянии», в котором господствует «война всех против всех». Разумная нужда людей друг в друге привела их к необходимости создать государство, которое он рассматривает как результат общественного договора, заключенный с целью обеспечения безопасности народа и «поисков общей пользы». Татищев пытается внести в процесс образования государства исторические начала, утверждая, что все известные человеческие сообщества возникали исторически: вначале люди заключили договор супружества, затем из него возник второй договор между родителями и детьми, затем – господами-слугами. В конечном итоге семьи разрослись и образовали целые сообщества, которым потребовался глава, им и стал монарх, подчинив всех подобно тому, как отец подчиняет своих детей. В результате получается не один, а несколько договоров, и само их заключение, по-видимости зависящее от людей, на самом деле предопределено самой природой. Такие жесткие формы несвободы, как рабство и холопство, В.Н. Татищев осуждал. Анализируя причины возникновения крепостного права в России, Татищев относил их к возмущениям, сотрясавшим страну в Смуту. Однако последовательным он в этом вопросе не был. В.Н. Татищев настаивал на установлении юридического и экономического статуса основных сословий в государстве, упорядоченное состояние которых придаст прочность государственному устройству. Главным занятием дворян он считал военную и государственную службу, полагая, что их привилегии должны соответствовать их статусу. На государство возлагалась забота и о купечестве и установление правил вольной торговли. Купечеству же, в свою очередь, необходимо «знать состояние торга», а горожанам– «ремесел совершенные свойства и ухватки». Татищев беспокоился об экономии государственных средств. Поскольку он неоднократно выражал надежду на мирную политику России, то соответственно советовал войско в стране иметь только в целях обороны. Татищев хотел бы видеть в армии образованных и мыслящих людей, причем не только в офицерском корпусе, но и в нижних чинах. Все его рассуждения в этом вопросе сводятся к предложению о формировании небольшой, но хорошо обученной армии, содержание которой было бы необременительным для страны. Большое внимание Татищев уделял рассмотрению форм государства. Наличие той или иной формы правления он ставил в зависимость от размеров территории страны и степени обеспечения ее внешней безопасности. Наилучшей формой правления для России В.Н. Татищев считал монархию, при этом он отмечал преимущества опоры монарха на двухпалатный выборный орган, учреждаемый «для лучшей государственной пользы управления». Цель этого органа: подготовка законов, разрешение «дел внутренней экономии» и обсуждение важнейших проблем.


При общей оценке взглядов В.Н. Татищева необходимо принимать во внимание цензурные условия, а также трагические перипетии в его судьбе (неоднократные отстранения от должности, опалы), которые, несомненно, обусловили определенную осторожность в изложении его политических взглядов.

Основные работы: «Правда воли монаршей»; «Слово о власти и чести царской».

Содержание политико-правового учения. Соотноше ние духовной и светской власти. Прокопович отрицал идею превосходства духовной власти над светской и идею

неподчинения духовенства и монашества, считая, что эта идея есть: «Жало се змиино, папежский се дух».

Прокопович полагал, что в государстве есть разные «чины», каждый из которых занят полезным для общества делом. Священство — это «чин есть в народе, а не иное го сударство», поэтому оно подчинено государству так же, как и все остальные.

Прокопович был сторонником реформы православной церкви, суть которой сводилась к упразднению патриарше ства и подчинению православной церкви царю с помощью учреждения Духовной коллегии, а затем Синода. Прокопо-вич обосновывал эту реформу ссылками на историю (рим ские и византийские императоры имели и светскую, и ду ховную власть), а также ссылками на преимущество не единоличного, а коллегиального управления («известнее взыскуется истина соборным правлением, нежели единым лицом»).

Происхождение государства. Прокопович впервые в России обратился к договорной теории происхождения го сударства. Следуя положениям школы естественного права, Прокопович различал:

— > состояние первоначальной природной вольности лю дей, которое ему представлялось как «черное да безмерное беззаконий море»;

—> государственное состояние. В государственное состо яние, которое обеспечивает людям мир и общее благо, люди перешли «не без смотрения Божия», заключив согла шение об отказе от всех своих прав в пользу суверена: «Ты владеешь нами к общей пользе нашей».

Ссылка Прокоповича на волю Божию в рассуждениях о договорном происхождении государства принципиально отличает его теорию от западных теорий общественного договора (Гроций, Гоббс, Локк и др.).


Формы правления государства. Прокопович считал, что формы правления государства зависят не только от народ ного соглашения и воли Бога, но и от размера территории государства. Он полагал, что республики могут быть «раз-ве в малом народе» и на небольшой территории.

Прокопович отрицательно относился к республике как форме правления государства. Демократические республи ки не могут существовать без частых смут, а аристократи-

ческие республики потрясают разногласия между правящи ми. Поэтому лучшей формой правления государства Про- коповичу представлялась монархия.

Ф. Прокопович различал два вида монархий: наслед ственную и выборную. Каждая из этих форм имеет досто инства и недостатки.

Выборная монархия плоха тем, что во время выборов но вого монарха могут возникнуть смуты. Однако именно такая форма монархии позволяет сохранить монархическую фор му правления, если правящая династия прерывается.

Недостаток наследственной монархии Прокопович видел в том, что наследник по закону может оказаться недостой ным престола, т.е. «негодным», «неискусным», «ленивым». Преодолеть этот недостаток можно, если монарх назначит завещанием достойного наследника.

39. Воззрения Посошкова.

Политические идеи и социальные идеалы Посошкова во многом объясняются его происхождением и тем движением по общественной лестнице, которое представила ему бурная эпоха конца XVII—начала XVIII века. Мировоззрение его было весьма сложным, подчас неоднозначным, противоречивым.

Среди русских мыслителей начала XVIII века трудно найти более решительного приверженца сильной, беспощадной к “неправде” абсолютистской власти, как Посошков. Все, что в пределах Российской империи и “неисправно”, подлежит изменению, исправлению, регламентации — вплоть до размеров повинностей помещечьих крестьян. Все надо изменить, навести порядок во всем — таков основной мотив “Книги о скудости и богатстве”.

Критикуя действующее в стране законодательство и судопроизводство, Посошков ставил перед Петром I ворпос о необходимости составления нового Уложения взамен кодекса 1649 года. Посошков был очень высокого мнения о роли правовой культуры жизни общества. Он считал, что для ведения серьезной переборки Дома необходимо создание нового кодекса — фундамента преобразований.


Оригинальной была идея Посошкова созвать представителей от всего населения страны для составления нового Уложения. Для этого царю предлагалось собрать по 2-3 представителя от духовенства, администрации “высокаго и нискаго чина”, дворянства и купечества, “фискалов”(людей сыска и надзора —Ш.С.), солдат и опытных крестьян из старост и сотских, “которые во всяких нуждах пебывались”, а также “детей боярских” — холопов. Затем составленный кодекс необходимо “всем народом освидетельствовати...”[1].

Посошков призывал самодержца к диалогу с народом через его представителей. Он пытался убедить Петра что ведение “народосоветия” не снижает роли “его величества самодержавия”, но ради “истинной правды” следует прислушиваться к мнению представителей разных сословий. Мыслитель надеялся, что царь может создать такую общественную атмосферу, где каждый, “ничего не опасаяся подал бы ко исправлению” свои предложения. Посошков рекомендовал попробовать новые законы “на делах” и при необходимости внести поправки.

Есть некоторая связь посошковского проекта с идеями Соборного Уложения 1649 года. Действительно, в преамбуле этого кодекса внимание Посошкова привлекла практика утверждения законов, когда новые акты, не вошедшие в старые судебники, необходимо было “написати и изложити по его государеву указу общим совеиом”. Однако совет, предложеннный Посошковым, замето отличался от Земского Собора 1649 года. Последний состоял из двух палат — “верхней”, куда входили царь, высшее духовенство и Боярская дума, и “нижней”, которую составляли выборные представители дворянства, купечества и посадских людей.

Посошков предлагал совсем иное. Состав его собора представлял все “чины” и выражал в законах волю всех сословий госдарства. Более того, принимая окончательное решение, царю по существу предлагалось учитывать “раны народа”. Таким образом, Поошков значительно расширял социальную базу российского абсолютизма. Это означало, что Петр I должен был провести такие мероприятия, которые привели бы к радикальному изменению в расстановке сословно-классовых сил в обществе, а в конечном счете изменили бы черты политической системы.


Анализ текста “Книги о скудости и богатстве” позволяет заметить много интересного. Так в ней нет ни слова об обогащении гсподствующего сословия дворян. А в стремлении многих сословий общества к торговой деятельности Посошков видел высокий социальный статус купечества в российском государстве. “Нет на свете такого чина коему купецкий человек не потребен был”, — замечал мыслитель [1].

Посошков — сторонник жесткой сословной иерархии общества. “Чин”, по Посошкову, должен соответствовать характеру основной деятельности человека, а не просто пренадлежать ему: “как жить, так и надлежит слыть”. Поэтому людям других сословий он советовал “записатца в купечество и промышлять уже прямым лицом, а не пролазом”. Особенно одобрительно он относился к предпринимательской деятельности зажиточных крестьян.

Посошков выступал как активный противник “главной затеи” абсолютизма в 20-е годы XVIII века — введения поголовщины. В отчественной литературе более ста лет дебатируется вопрос: был ли Посошков противником крепостного права? Наперекор высочайшим обстоятельствам Посошков осмелился кретиковать новый крепостнический институт — подушное обложение.

Посошков достаточно ясно выразил чисто буржуазные идеи равенства всех сословий как перед государством, так и перед законом.

следующая страница >>