prosdo.ru 1 2 ... 34 35

Томас Харрис: «Молчание ягнят»

Томас Харрис
Молчание ягнят




Серия: Ганнибал Лектер – 2




Аннотация



«Молчание ягнят».

Роман-загадка. Роман-лабиринт.

Противостояние девушки, расследующей «деяния» серийного убийцы, – и ее «консультанта и союзника», маньяка и философа Ганнибала Лектера, сидящего в тюрьме за убийства и... людоедство. Здесь каждая фраза приближает читателя к волнующей разгадке – и одновременно заставляет искать эту разгадку самостоятельно!

Томас Харрис

МОЛЧАНИЕ ЯГНЯТ



«По рассуждению человеческому, когда я боролся со зверями в Ефесе, какая мне польза, если мертвые не воскресают?»

1-е послание к коринфянам
Должен ли я смотреть на зажатую в кольцо голову смерти, которая имеет мое лицо?

Джон Донн. Анатомия мира.

Глава первая



Отдел исследования человеческой личности подразделения ФБР, которое занимается расследованием убийств, расположился в цокольном этаже здания Академии ФБР в Куантико. Кларис Старлинг запыхалась, добираясь сюда – она неслась со стрельбища по узкой улочке Хоган.

В волосах и на ее форме еще оставались травинки и зеленые пятна – во время недавних занятий по задержанию преступника ей приходилось неоднократно кидаться на землю, якобы уворачиваясь от пуль.

В приемной никого не было, и она бросила взгляд на свое отражение в стеклянной двери, хотя была уверена, что выглядит хорошо. Руки еще пахли порохом, но мыть их времени не было – начальник отдела Крофорд приказал явиться НЕМЕДЛЕННО.

Джек Крофорд был в комнате один. Он стоял за чьим-то столом и говорил по телефону, а вокруг царил хаос. У девушки впервые в этом году появилась возможность оглядеть его с ног до головы. Увиденное неприятно поразило ее. Обычно Крофорд был похож на подтянутого инженера средних лет, который в свое время с успехом играл нападающим в университетской бейсбольной команде. Сейчас он сильно похудел, ворот рубашки казался слишком большим, а вокруг воспаленных глаз появились темные круги.


Все, кто читал газеты, знали, что его отделу досталось одно из самых ужасающих дел. Старлинг боялась, как бы шеф не запил. Это сказалось бы самым пагубным образом на всех сотрудниках. Крофорд закончил разговор коротким «нет», взял в руки ее дело и открыл его.

– Старлинг. Кларис М., доброе утро, – проговорил он.

– Доброе утро. – Ее улыбка была вежливой и только.

– Ничего страшного. Надеюсь, мой вызов не испугал вас?

– Нет.

Это не совсем так, подумала Старлинг.

– Инструктор информировал меня, что вы успешно осваиваете дело и должны подучить высшую квалификацию.

– Надеюсь, но мне они об этом ничего не говорили.

– Я сам спрашиваю их время от времени. это несколько удивило Старлинг.

В свое время она вычеркнула Крофорда из памяти, считая его двуличным сукиным сыном.

Она впервые увидела специального агента Джека Крофорда, когда тот читал им лекции в Вирджинском университете.

Его семинары по криминалистике и стали главной причиной ее прихода в ФБР. Перед сдачей вступительных экзаменов в Академию она написала ему письмо, но он не ответил. И в течение трех месяцев обучения в Куантико не обращал на нее никакого внимания. Старлинг была из той породы людей, которые не ищут поблажек, не навязывают свою дружбу, но, тем не менее, она была разочарована я даже озадачена реакцией Крофорда. И вот теперь, оказавшись здесь, она снова прониклась к нему симпатией.

Очевидно, с ним происходило что-то неладное. Обычно в Крофорде ее привлекали интеллигентность, особая проницательность, опрятность и умение носить одежду, даже ту форменную, которая обязательна для всех агентов ФБР. Сейчас он тоже выглядел аккуратно, но казался каким-то поблекшим и облезлым.

– Появилась работа, и я вспомнил о вас, – сказал он. – Скорее не работа, а любопытная прогулка. Уберите со стула барахло Берри и присядьте. Здесь вы пишете, что хотите работать в моем отделе, когда закончите курс в академии, верно?


– Да.

– К нам стремятся очень многие, но закон весьма суров: нам необходим стаж не менее шести лет.

– Мой отец был шерифом. Я имею представление о работе.

– Что вы действительно имеете, – Крофорд вяло улыбнулся, – так это высшие оценки по психологии и криминалистике. Сколько раз летом вы работали в психбольнице? Два?

– Два.

– Ваши адвокатские права еще действуют?

– Да, два года. Я их получила до того, как вы читали нам лекции, до того, как приняла это решение.

– И вы твердо намерены работать с нами? Старлинг утвердительно кивнула.

– Мне немного повезло, – продолжала она, – я нашла время получить квалификацию по ораторскому искусству, а до экзаменов в академию поработала в лаборатории криминалистики.

– Вы писали, что хотели бы работать в моем отделе. А я вам не ответил. Да, действительно, не ответил. А следовало бы…

– У вас и без того слишком много дел.

– Вы знаете, что такое ПР-ПТП?

– Да. Это «Программа предотвращения тяжких преступлений». В «Ло инфорсмент бюллетен» писали, что вы активно работаете в этом направлении, но пока без особых результатов.

– Мы подготовили вопросник. Он основан на всех типовых убийствах нашего времени. – Крофорд протянул девушке брошюру в мягкой обложке. – Здесь есть глава и для следователей, и для выживших жертв, если таковые встречаются. Голубые листы для преступников, которые согласны отвечать на вопросы, а на розовых несколько вопросов, которые задает убийце следователь. При этом он фиксирует не только ответы, но и его реакцию. Вы провели большую теоретическую работу.

Теоретическую работу! Кларис затаила дыхание, как умная такса, унюхавшая добычу. Она почуяла приближение интересного дела.

Было весьма заманчиво попасть в Отдел исследования человеческой личности в качестве активного сотрудника. Старлинг прекрасно понимала, что случается с девушками, которые вынуждены идти работать секретаршами – это как пожизненный приговор. Появился шанс, и она хотела сделать правильный выбор. Крофорд выжидал.


Видимо, он уже задал вопрос. Старлинг пришлось покопаться в памяти, чтобы вспомнить его:

– Через какие тесты вы прошли?

– ММПИ, тематические апперцепции и детские, по системе «Бендер-Гештальт».

– Вы пугливы, Старлинг?

– Не особенно.

– Хорошо. Послушайте, мы попытались спровоцировать на беседу с целью анализа личности всех тридцать двух известных убийц, которые находятся у нас, и выстроить психологическую систему для выявления нераскрытых преступлений. Большинство из них прошли наши тесты. Думаю, многие высказались достаточно откровенно… Да, я уверен в этом. Двадцать семь согласились сотрудничать. Четверо после смертного приговора ждут ответа на свои апелляции – их можно понять. Но один, который нужен нам больше всех, остается недосягаемым. Я хочу, чтобы вы повидались с ним завтра в психиатрической клинике. Кларис Старлинг почувствовала учащенные удары сердца н что-то, похожее на страх.

– Кто он?

– Психиатр. Доктор Ганнибал Лектер, – ответил Крофорд.

Последовала короткая пауза, что принято в цивилизованном обществе.

Старлинг внимательно посмотрела на Крофорда и тихо спросила:

– Ганнибал стал каннибалом?

– Увы, да.

– Хорошо. Счастлива, что предоставился такой шанс. Но вы должны знать, что меня беспокоит вопрос: почему выбор пал именно на меня?

– В основном потому, что вы подходите для этого, – ответил Крофорд. – Я не очень надеюсь на успех. Он уже один раз отказал, но тогда с ним беседовал главный врач больницы. Мне следовало бы послать к нему более опытного эксперта, но таких людей сейчас нет. Впрочем, это наши внутренние проблемы.

– Знаю, отдел перегружен: дело «Буйвола Билла», происшествия в Неваде, – проговорила Старлинг.

– Вы все понимаете. Вечная история – нехватка толковых людей.

– Завтра… Значит, вопрос требует немедленного решения. Существует какая-то связь с текущими делами?

– Нет, но очень хочу, чтоб такая связь обнаружилась.

– Если он заартачится, я должна буду дать ему психологическую оценку?

– Не надо. У меня гора этих бесполезных заключений, и все они противоречат друг другу. – Крофорд высыпал две таблетки витамина «С» на ладонь, налил из сифона воды, чтобы запить их. – Понимаете, все это очень странно. Лектер сам психиатр, пишет статьи для журналов, но никогда не касается проблем собственных аномалий. Он притворяется, будто отвечает на некоторые вопросы главного врача Чилтона, пока тот измеряет ему давление, рассматривает картинки, а потом сам публикует то, что выведал от Чилтона, и тем самым ставит его в дурацкое положение. Он отвечает на весьма серьезные письма психиатров, не связанные с его собственным случаем. И это все. Если он не захочет говорить, предоставьте хотя бы самую простую информацию: как он выглядит, что представляет собой палата, чем занимается ее обитатель. Так сказать, чем, он дышит. Выясните, что за журналисты посещают его – они любят доктора Лектера больше, чем принца Эндрю.

– Кажется, один бульварный журнальчик предлагал ему пятьдесят тысяч за какие-то рецепты? – спросила Старлинг. Крофорд утвердительно кивнул:

– Абсолютно уверен в том, что «Отечественный сплетник» подкупил кого-то из персонала больницы. Они могут узнать о вашем приходе заранее. Крофорд наклонился вперед, пока лицо его не оказалось в двух футах от лица девушки. Она заметила, как в бифокальных линзах его очков отразились мешки под глазами.

– А теперь прошу максимального внимания, Старлинг. Вы меня слушаете?

– Да, сэр.

– Будьте очень осторожны с ним. Доктор Чилтон, главный врач психиатрической клиники, объяснит, как себя вести с больным. Не игнорируйте его советов. Ни при каких обстоятельствах ни на йоту не отклоняйтесь от его инструкций. Если Лектер разговорится, то в первую очередь попытается выведать все о вас. Простое любопытство заставляет змею заглядывать в птичье гнездо – вам известно, чем это заканчивается. Я понимаю, что необходимо как-то поддерживать разговор, но не рассказывайте ничего о себе. Он не должен знать никаких подробностей из вашей личной жизни. Вам известно, что он сотворил с Уиллом Грэхемом?


– Я читала об этом.

– Он порезал Уилла ножом для резки линолеума. Удивительно, что Уилл не умер. Теперь, благодаря Лектеру, его лицо напоминает рисунок Пикассо. Делайте свое дело, но не забывайте, кто он на самом деле.

– А кто он? Вы знаете?

– Я знаю, что он чудовище. Больше никто ничего не может сказать о нем с уверенностью. Может вам удастся разгадать. Директор сам будет читать отчет, если он окажется лаконичным и конкретным. Мне вы должны представить его в воскресение к девяти утра. Старлинг, действуйте согласно инструкции. Крофорд улыбнулся, но глаза его оставались безжизненными.



следующая страница >>