prosdo.ru
добавить свой файл
1
Я сошла сума. Очень больно, когда жалишь того, кого любишь или хочешь любить. От этого вдвойне больнее. Любое страдание очищается слезами. Я плакала сегодня во сне, я помню, мне ты приснился и я не помню, что ты делал что делала я, но отчего-то я заплакала и проснулась немного от этого тоже. Любая религия в форме фанатизма опасна. Я давно не ревела.


Я молюсь, сейчас там открыто, и я хочу осознавать всё. Молюсь. Эта боль похожа на птиц, вылетающих из груди прямо наружу без моего крика. Мне тянет, мне мерзко, мне одиноко. Они меня покидают и рот молчит, я почувствовала себя на днях обманутой. А ещё мёртвой, видимо, до сих пор. «Любите нас, пока мы живы. Мёртвых слезами не вернёт». М. А. Булгаков.

Это было похоже на дурку. Мы в Макдоналдс. Какие задумчивые, потерянные. Внутренний жизненный мир_О_ритм равен О. куда от этого убежать при медленном погружении в болотный снег здешней весны.

Я слышала, как ты говорил со мной в первый день. Ты предостерегал меня, предупреждал меня. Потом это масло пачули падало небрежно на поверхности, раня мне глаза. Кто-то пишет лучше, читать бы их не напрасно. ты вдохновляешь меня, почему мы делаем друг другу больно? Прости меня, пожалуйста, я помолюсь без надобности острой и с сердцем только, только услышь моё безмолвие, я хочу увидеть тебя снова, чтобы понять, что ты меня принимаешь, что ты меня исправляешь.

Почистите мне рот с мылом. Обнимите потом крепко и скажите желательно, что вы со мной, и что мы найдём спасение. А я буду за это рядом, убаюканная излучающая нежно. И вместе или по отдельности, но мы узнаем нашу единственную правду, мы вырежем зАмки и приклеим картонные капли, размокнет ржаво-серебристое солнце в жидкое голубое небо. Я возьму эти волосы в охапку и повяжу крепко-крепко, чтобы и тебе и мне было просто. Я поцелую тебя нежно, а ты, ты целуй меня тоже…

Я хочу так положить ручки на головушку и спрятаться, спрятаться потому что мне страшно, так страшно принимать решения, уходить, менять, говорить смелости и совершать глупости, такое бесчисленное многоточие тьмы и глупости. Сна без слов и мысли. Давай, пометём в доме, давай, пригласим просвещение. Буквы

Пол.

Я стою на краю и спрашиваю: «Чего ты хочешь?»

Проспект огней, нарядных и весь свет через стекло. Морозный воздух свободы щиплет правотой и просто пребывает в своём всезнанье. Я думаю о тех, кто греет сердце, м мне мало страшно, я в лабиринте дУхов и звёзд. Моё морозное небо блещет свободой. Мы так же наивны и просты как лазурное сиянье небосвода. Мы так же верим в союз наших чувств.


***

Я бегу вниз по воздуху в снег, Ты святая. С 21-го этажа фигурки гениальности на асфальтовой ладони, и всё на свете ясно как-то, да только напрасно дрожать; идти, идти вперёд и не знать в стороны, не убежать вовсе. Я люблю тебя некто, я люблю тебя кто-то, не надо беречтся, главное – солнце; Луна – это то_же солнце.

Я помню твоё присутствие. Сегодня вечером я думаю о тебе, мне не понятно что-то. Прости, я засыпаю, прости, я болтаю, прости, я не знаю, прости, я люблю. Секунда сейчас – единственная в мире. Помогите цвести, пожалуйста.

Когда-нибудь мне будет известно больше, когда-нибудь я буду чиста разумом и сердцем, я пойму всё и скажу мало. Мне не нужно будет слов. Только ты и наши глаза. Не бойся ничего – он тебя тоже любит, - было сказано.

Возьмите меня за руку, прошу. Вы мне нужны так, умоляю.

Балкон. Подоконник. Москва.