prosdo.ru   1 ... 5 6 7 8

Когда телефонный звонок разбудил Билла Сиддонса и он понял, о чем идет речь, то буквально взвился: "Ну, хватит уже об этом!" В конце шестидесятых годов Моррисон регулярно умирал каждый уикенд. Это стало уже чем-то вроде привычно шутки в офисе "Дорз". Каждый понедельник Билл приветствовал Джима примерно так: "Да ведь ты, кажется, умер". А Джим ему отвечал: "Как, опять? А как на этот раз?" Тем не менее звонок через океан обязывал выяснить ситуацию. Поэтому Сиддонс набрал парижский номер Джима, не сомневаясь ни минуты, что сейчас он услышит голос Джима. Но к телефону подошла Пэм. Она сказала, что хорошо бы ему приехать прямо сейчас, но ничего не захотела объяснить. Пэм всегда недолюбливала Сиддонса, поэтому Билл следующим же рейсом вылетел в Париж, рассудив, что уж если она просит его приехать, значит, действительно что-то случилось.

Во вторник 6 июля Сиддонс, прибыв в Париж, сразу же отправился на квартиру Джима, где нашел Пэм, заколоченный гроб и свидетельство о смерти, в котором сообщалось, что Джим умер от сердечного приступа, осложненного удушьем. На следующий день гроб был захоронен на кладбище Рeгe Lachais. В четверг Сиддонс и Памела вернулись в Лос Анжелес, а в пятницу Билл сделал заявление для прессы, в котором излагались подробности уикенда, рассказанные Пэм.

По ее информации, Джим вернулся в квартиру рано утром в субботу (вероятно, после киносеанса), у него началось кровохарканье, и он сказал, что хочет принять ванну. Пэм ушла спать, а когда проснулась часов в пять, Джим все еще был в ванной. Пэм решила, что он уснул. Сначала она подумала, что он разыгрывает ее, но когда она попыталась его поднять, то поняла, что это не шутка. Тогда она позвонила в парижский центр пара-медитации. Приехала полиция и врач, который и констатировал смерть.

Заявление было сделано для того, чтобы пресечь слухи, которые всегда сопровождают подобные события. Но попытка оказалась безуспешной, основной причиной недоверия к этой информации было то, что официальная версия была представлена спустя шесть дней после предполагаемой смерти, а этого времени вполне достаточно, чтобы сочинить какую-нибудь историю. Явным несоответствием в рассказе Пэм было то, что она сообщала, что полиция прибыла в субботу в день смерти Джима. Это было 3 июля, но когда спустя 2 дня британское отделение компании "Электра" звонило в парижскую полицию, там ответили, что никто, кто бы соответствовал описанию Джима и с такой фамилией не умирал в этот уикенд. Не может не вызывать подозрения факт, что 48 часов спустя о смерти Джима никому не было известно, если полиция была подключена с самого начала. Конечно, можно попытаться объяснить это тем обстоятельством, что в Париже, как и везде, бюрократическая машина движется очень медленно.


Причина смерти также подвергалась сомнению. Общее мнение было таково, что самое последнее, отчего бы мог умереть Джим, так это от старости или от сердечного приступа. Упоминание о каких-то нарушениях дыхательных функций также ставит в тупик; правда, он дважды болел пневмониями (болезнь прошла без лечения), но это было два года назад, и все, кто видел его в Париже, заверяли, что Джим, если не считать запоев, чувствовал себя лучше, чем когда бы то ни было. Фил Трейнер заметил, что у Джима был кашель курильщика, но от этого страдают многие люди в гораздо худшей физической форме, чем Джим, но они же не умирают в ванне.

Тот факт, что не было произведено вскрытия, удивляет, принимая во внимание столь скоропостижную смерть. То, что имя врача, констатировавшего смерть, не было обнародовано, послужило еще одной причиной того, что многие отнеслись с недоверием к официальной версии. Не стоит и говорить, что поползли самые невероятные слухи. Одно из предположений звучит наиболее правдоподобно. Говорят, что Джим вместо кино, а, может быть, после просмотра фильма пошел в "Циркус", парижский клуб, где он был завсегдатаем, этот клуб был к тому же центром героинистов, там он, пытаясь снять депрессию, принял чрезмерную дозу героина. В этой версии есть одно слабое место. Джим вряд ли стал бы колоться героином: у него был патологический страх перед шприцем. Хотя, если он нюхал наркотик или пил (а это возможно), то все это выглядит правдоподобно. Действие героина усугубляется наличием алкоголя в крови, двух порций наркотика в сочетании с алкоголем вполне достаточно, чтобы выключить нервные и дыхательные механизмы и вызвать легкую безболезненную смерть. Что касается ванны, то почему-то именно таким образом обычно пытаются привести себя в чувство после большой дозы героина, а вот почему - загадка, никаких медицинских оснований считать, что это помогает, нет.

Другой широко распространенной версией является то, что Пэм не была с Джимом во время уикенда, и только вернувшись в понедельник, обнаружила его мертвым, и то, что сообщение о смерти Джима поступило со значительным опозданием, делает эту версию наиболее вероятной.


То, что никто не видел, как именно умер Джим, позволило Херве Мюллеру прокомментировать этот факт так: "В том, как умер Джим, кроется какая-то тайна, но лишь одно можно сказать с уверенностью, это то, что он мертв".

Это утверждение подводит нас ко второй, самой невероятной стороне Тайны Смерти Моррисона. Существует еще одна версия, по которой Джим Моррисон не умер, а просто ушел со сцены общественной жизни. Такая теория базируется на тех неопровержимых фактах, что никто из свидетелей не видел мертвого Джима, и неизвестно, где находился труп в течение всего уикенда, если Джим действительно умер в субботу, а это вызывает серьезные сомнения, поскольку труп нужно было где-то хранить в холоде, и если полиция действительно приезжала в тот день, как это утверждает Памела, то самым подходящим местом для этой цели был бы полицейский морг, но никаких записей об этом нет. Один писатель выдвинул гениальную идею, что Джим исчез, чтобы подождать, пока приговор в Майями потеряет силу, после чего он появится вновь. Когда вопрос о такой возможности задается музыкантам группы "Дорз", они держатся единым фронтом и высказывают свое мнение очень осторожно. Вот что сказал Джон в интервью в 1977 году: "Через несколько месяцев после случившегося я встретил Пэм, и как только я заглянул ей в глаза, я ясно почувствовал, что Джим умер... а с другой стороны из всех знакомых мне людей он был единственный, кто мог бы выкинуть такую штуку; он мог бы махнуть на Греческие острова, не сказав никому ни слова".

За исключением Памелы, разумеется. Ведь если был какой-то сценарий, то она должна была принять в нем участие. А поскольку и сама она умерла в 1974 году от смертельной дозы наркотика, так и не сказав ничего ни за, ни против этой версии, то такая возможность, пусть даже очень слабая, всегда остается. В одном из ее высказываний можно усмотреть намек на то, что Джим жив: "Душа Джима часто покидала тело, а когда он возвращался из странных городов, он рассказывал волшебные сказки", и добавила: "На этот раз он просто не вернулся... вот и все".


Конечно, Джима разыскивали и в окрестностях Сан Франциско, и на Греческих островах. Рассказывали, как однажды "Джим" неожиданно появился на пороге какой-то неизвестной западной радиостанции среди ночи и дал большое интервью, а потом исчез в темноте. Разумеется, никаких фотографий, записей или свидетелей не осталось, но, похоже, эта сказка имела отношение к "Комедии Призрака", альбому, выпущенному в 1974 году студией "Кэпитол Рекордз", в записи которого участвовали: ударник X, бас-гитары Y и W, клавишные - Z, вокал, гитара и фортепьяно -Призрак. На обложке была расплывчатая фотография, намекавшая, что это Джим после серьезной пластической операции. Конечно, первая песня могла даже скептиков заставить призадуматься, но те люди, которые утверждают, что это Джим, очевидно, не слушали дальше, потому что дальше голос звучит точно так же, как у любого среднего исполнителя хард-рока. Интересно, что никто из тех, кто имел отношение к этому диску, никогда и не утверждал, что это Джим, просто записали такой диск, а слушатели делали свои выводы.

Разумеется, единственной возможностью получить точный ответ было бы вскрыть могилу, как это было в случае с Ли Харвей Освальдом, и идентифицировать труп в соответствии с карточкой стоматолога. До тех пор, пока это сделано не будет, всегда найдется масса людей, утверждающих, что он где-то рядом с нами. Но принимая во внимание все свидетельства, факты и правдоподобные слухи, не приходится особенно сомневаться в том, что 7 июля 1971 года в Париже в гробу действительно находилось тело, и также мало сомнений вызывает тот факт, что это было тело Джеймса Дугласа Моррисона.

"Когда мы узнали о том, что случилось в Париже, - говорил Джон Денсмор в конце 1971 года, - мы были просто в шоке... Мы подумали только: „Что же теперь делать?"... мы были в растерянности, а потом, наконец, решили... продолжить заниматься музыкой. У нас троих было такое хорошее звучание, мы чувствовали, что не должны останавливаться. Джим был нашим другом, мы вместе жили, вместе писали музыку, но мы понимали, что у нас есть и своя собственная жизнь, что мы должны жить дальше. И когда мы это поняли, то стали думать, что нам делать дальше. Никто из нас не хотел уходить в другую группу, мы были вместе пять лет, мы сблизились и теперь решили все начать сначала".


"Мы даже пытались найти другого певца, - вспоминает Рей, - но Джима никем нельзя было заменить. Мы вчетвером так долго были вместе и так были привязаны друг к другу, что нам бы понадобилось слишком много времени, чтобы приспособиться к другому человеку. Да и этому парню было бы слишком тяжело, ведь он всегда оставался бы только заменой Джима".

Группа "Дорз" вернулась в студию и приступили к работе вместе с Брюсом Ботником. Большую часть вокальных партий исполнял Рей, название оставили прежним. В конце октября группа выпустила новый альбом. В основном он состоял из тех песен Джима, от которых он отказался, когда записывали последний альбом. Новый альбом назвали не без некоторого оттенка юмора "Other Voices" (Другие голоса). Нет сомнения в том, что будь это какая-нибудь другая группа, альбом бы был принят более снисходительно. Но это все еще были "Дорз", и к ним относились с пристрастием. Наиболее точное объяснение ситуации дал "Роллинг Стоун": "Они все еще „Дорз", но без той присущей им страсти и пронзительности, совершенно ясно, что Джим Моррисон был больше, чем солист".

Да, это правда. И они сами в этом скоро убедились. Гастроли группы в Торонто и Оттаве собрали совсем немного зрителей, а выступления в Нью-Йорке, равно как и в Линкольне, Небраске и Филадельфии были приняты благосклонно только потому, что в репертуар были включены их старые песни.

Гастроли по Европе также прошли с весьма умеренным успехом. А выпущенный в 1972 году альбом был весьма слабым и получил плохие отзывы как критики, так и публики. Они даже попытались найти нового солиста, что было совсем уж нелогично, для чего отправились в Лондон.

"Мы просто хотели подзарядить аккумуляторы, - сознался Рей, - так же, как это сделал Джим, когда уехал в Париж. Но из этого ничего не вышло. Настало время закрывать Дорз".

Потом были новые имена, новые идеи, новые альбомы. Но Рей оказался прав. Ни лучшие английские музыканты, приглашенные Робби и Джоном в начале 1973 года для создания новой группы "Бате Бэнд", ни сольные пластинки Рея, ни альбомы, записанные Робби и Реем совместно с другими группами, не смогли вернуть им даже части того внимания, которое приковывала к себе бывшая Дорз. Даже два альбома, собранные из записей Дорз "Weird Scenes Inside the Goldmine" и "Best of Doors", выпущенные студией "Электра Ре-кордз" в 1972 и 1973 годах, имели успех скорее как память о Джиме Моррисоне. Вновь о группе заговорили в 1975 году, когда кинорежиссер Фрэнсис Форд Коппола решил использовать музыку Дорз в своей будущей киноэпопее о вьетнамской войне "Апокалипсис сегодня". Но уже опыт Джима доказал еще раньше, что Дорз и кинематограф -недееспособное сочетание. По ряду причин так случилось и на этот раз.


И вот однажды Робби пришла в голову интересная мысль: "Я подумал о стихах Джима, которые он записал примерно лет пять назад. Я позвонил Джону Хаэну, он был тогда инженером звукозаписи, и спросил: „Что сталось с записями стихов Джима? У тебя не осталось каких-нибудь копий? А он ответил: "У меня есть кое-что получше". У меня остались оригиналы. Может быть, вы подъедете и выберете что-нибудь, из чего можно будет что-то сделать?""

Слух о том, что скоро легендарные стихи Джима Моррисона увидят свет, быстро распространился. Все ждали чего-то необыкновенного. Но сделать альбом было не таким легким делом, как показалось на первый взгляд.

"Этот альбом стихов Джима", - говорил в своем интервью Джон, - "не был закончен, и нам. Рею, Робби и мне, пришлось его дорабатывать... Это будет нечто вроде биографии: его детство, юношеские годы, молодость, популярность. Все это записано на шестнадцати дорожках, и мы собираемся писать новую музыку к этим стихам, а еще мы хотим включить истории о том, как он делал свои фильмы, всякие случаи из жизни... Это действительно жизнь Джима".

В этом же интервью был задан вопрос о перезахоронении тела Джима, поскольку во Франции нужно платить высокие налоги за могилы. "Я не очень много знаю об этом, - ответил Джон, - Рей, Робби и я действительно отправили некоторую сумму денег, чтобы о могиле Джима позаботились. Это была значительная сумма, и ее было вполне достаточно, чтобы все было, как надо, но тут кое-кто вмешался... Я не хочу говорить, кто именно, один из его близких родственников, или еще кто-то, но я больше ничего не знаю про могилу".

Слухи, как выяснилось, не имели под собой никаких оснований, и нет никаких свидетельств того, что могилу Джима вскрывали. Альбом Джима Моррисона "An American Prayer" с музыкой Дорз вышел в ноябре 1978 года, работа над альбомом была непривычной. Техника записи отличалась от прежней. Ведь уже невозможно было изменить что-то в речитативе Джима и приходилось подлаживать музыкальные отрывки под стихи.


Рей считал, что "в поэзии Джима есть особое чувство ритма. Поэтому нам, музыкантам, было очень легко войти в этот ритм... Мы словно работали с живым человеком... это было жутковатое чувство... его присутствие было осязаемым".

В преддверии выпуска альбома Рей, обращаясь к публике, сказал: "Я надеюсь, что те люди, которые захотят послушать альбом, поймут, что это уникальный опыт... это не такая пластинка, которую можно поставить на проигрыватель, пока вы возитесь на кухне или ремонтируете автомобиль. Вам нужно сесть и послушать. Он требует... он требует всего лишь сорока минут вашего времени, и если вы отдадите нам сорок минут вашего времени, мы уведем вас туда, где вы, возможно, никогда не были".

Опасения Рея по поводу того, что альбом не будут покупать, не оправдались, он занял 54-е место в рейтинге в Америке; может быть, это и не очень высокий результат в свете их предыдущих успехов, но для альбома разговорного жанра - это случай беспрецедентный. Отзывы на эту работу почти все были очень благожелательными. Однако совершенно неожиданно Пол Ротшильд высказал такое мнение: "Этот альбом - изнасилование". И дальше: "По-моему, то, что они сделали с "American Prayer" это все равно, что взять картину Пикассо, разрезать на сто маленьких кусочков и торговать ими в супермаркете. Это была первая распродажа Джима Моррисона".

Возможно, такое высказывание Пола Ротшильда несколько преувеличено, но в нем есть доля правды. Ведь никто не знал, как бы поступил Джим с этим материалом.

Наряду с возросшим интересом к творчеству Джима Моррисона, пристальное внимание стала привлекать его биография. В 1980 году издательство "Уорнер Букс" выпустило книгу "Никто не уходит отсюда живым". Авторами этой столь долгожданной биографии стали Джерри Хопкинс и Дэнни Шугерман. Последний взялся соединить и отредактировать черновики Хопкинса, при этом он не забыл описать в книге себя в качестве "помощника" Джима под псевдонимом Денни Сулливан. Американские читатели очень любят своих звезд, но уже после их смерти, поэтому нет ничего удивительного в том, что в 1982 году книга стала первым бестселлером и продержалась на этом уровне шесть недель. Высказывая свое мнение о книге, Джек Хольцман заметил, что она не представляла серьезного интереса, просто перебирала факты. "Она была слишком монументальна и тяготела к сенсационным сторонам характера Джима, о которых лучше было бы не упоминать совсем. Слухи вокруг смерти? Они были не только сильно надоевшими, но и маловразумительными. Что же касается самого Дэнни Шугермана, то он, как бы это потактичнее выразиться, не был настолько близким другом Джима, как это может показаться из книги... Я вообще сомневаюсь, есть ли такой человек, который так хорошо знал бы Джима".


Общее мнение рок-прессы было примерно таким: "Ну, что ж, пусть будет хотя бы это, пока нет ничего более достоверного". Читатели мало внимания обращали на критические замечания и продолжали активно раскупать книгу, что навело киноиндустрию Голливуда на мысль создать фильм о жизни Джима Моррисона, а Джон Травольта даже заявил, что будет играть в нем главную роль. При обсуждении кинематографической версии биографии Джима мнения неожиданно разделились на два лагеря, и каждая сторона отстаивала свое. С одной стороны, это была компания "Уорнер", которая, естественно, собиралась использовать за основу книгу Хопкинса-Шугермана. Другой стороной выступила, как ни странно, семья Моррисонов, которая еще раньше не согласилась на публикацию всех стихотворений Джима. Муж сестры Джима Алан Грехем заявил, что "фильм должен отражать точку зрения семьи, потому что, хотя этого никто не знает, к концу жизни Джим стал гораздо терпимее и сблизился с семьей". "„Уорнер Бразерз" предупреждены, - продолжил он, - что если они сделают этот фильм, то мы подадим на них в суд". Для семьи, которую Джим избегал в течение почти всей своей взрослой жизни, такая забота выглядит неожиданной.

Потом прошли слухи, распространяемые также рок-прессой, о том, что известный режиссер Уильям Фридкин собирается снимать фильм о "Дорз" и Моррисоне; что сестра Джима заявила о своем намерении поставить мюзикл "Рок Сага - Жизнь Джима Моррисона", что Джон Денсмор собирается писать книгу о "Дорз". В 1983 году издательства США и Великобритании совместно выпустили "Иллюстрированную историю Дорз". И "Дорз" действительно стала историей, а история "Дорз" превратилась в миф. Короткая трагическая жизнь Джима напоминает историю о жизни и воскрешении героев и богов. Подобно Орфею, он вечно молод. Подобно Адонису он умирает, чтобы вновь родиться. Смерть Адониса, жертва Мирты, случайная смерть Антиноя... Джим не смог бы жить, не разрушив тот миф, который создала публика.

"Со смертью Джима Моррисона группа канула в вечность"..., - писал Роберт Вайнштейн в "Нью-Йорк Гералд".


В 1980 году Робби признал: "Когда был Джим, это было, так, словно впереди звучит Голос Бога, и все остальные, казалось, уходили в тень при звуках этого голоса".

Как-то раз Джим бросил такую фразу: "Каждое поколение хочет иметь новые символы, новых людей, новые имена. Они хотят оторваться от своих предшественников".

Интересно, МОЖЕТ ЛИ ОН ПРЕДПОЛОЖИТЬ, что более двух десятилетий спустя уже другое поколение будет с не меньшим пылом, чем их отцы - и столь же безуспешно! - пытаться разгадать непостижимую тайну Джима Моррисона? Поэта? Музыканта? Хулигана? Чародея? Бога?



<< предыдущая страница