prosdo.ru
добавить свой файл
1
Бабурин А.Ю.

ОФИЦЕРЫ – ЧЕЧЕНЦЫ НА СЛУЖБЕ В РУССКОЙ АРМИИ В 70-90-х ГГ. ХIХ ВЕКА.
Русское правительство в различные периоды истории создавало отдельные части и национальные формирования из представителей народов Северного Кавказа, в том числе и из чеченцев, которые использовались для осуществления внутренней политики и ведения внешних войн. После получения специальной военной подготовки горцы распределялись в регулярные и казачьи войска, в национальные формирования, по военным учреждениям.

Зачисленные в состав русской армии офицеры-чеченцы быстро приобщались к новой для них жизни. Оценив выгоды службы, они связывали свою судьбу с Россией и растили преданными ей своих детей. Из них воспитывались наиболее верные царскому правительству кадры офицеров.

В командный состав конно-иррегулярных частей назначались представители горских верхов, потомственные военные. Так, в кавказско-конно-горском дивизионе служили чеченцы штабс-капитан Ибрагим Казамбиев, выходец из Аксаевских узденей, прапорщик Нока Сабуров, из чеченских старшин.1 Половина офицеров-чеченцев происходила из средних сословий и для многих служба в армии становилась потомственной профессией и источником существования.

Для бедных горцев военная служба являлась заманчивым делом. За убитую лошадь и сломанное в бою оружие платили деньги. Иногда трофеи делились между всадниками. Награжденным георгиевскими крестами выдавали пожизненную пенсию, в случае смерти всадника ее получала семья. Представители же горских верхов добровольной службой в армии стремились закрепить свое особое положение и приумножить привилегии: получить землю, чины и награды.

Х.А. Акиев приводит примеры верности русскому царю среди офицеров-чеченцев. Бата Шамурзаев в стычке с чеченцами был взят в плен, после чего отдан на воспитание брату бывшего главнокомандующего войсками в Грузии барона Г.В. Розена. Служил в конвое генерал-фельдмаршала И.Ф. Паскевича-Эриванского в г.Варшаве, позднее проходил службу на Кавказе в качестве переводчика и проводника русских войск против Шамиля. Дослужился до чина майора. 2


Офицерские кадры в конно-иррегулярные части набирались, как правило, из привилегированного сословия горцев. Отбор и подготовка офицеров осуществлялись по следующим направлениям:


  1. из крещенных горцев: аманаты, пленные, сироты;

  2. из горцев, проходивших службу в конвое императора, командующих войсками и административных начальников;

  3. из горцев, служивших в разных милиционных формированиях, в регулярных и казачьих войсках;

  4. из представителей духовенства и влиятельных горцев, служивших в гражданском и военном управленческом аппарате / переводчиками, депутатами судов и т.д. /.3


Одним из средств привлечения горцев на службу в русскую армию была раздача чинов и наград, другим – раздача земельных угодий.

Временные правила по награждению горцев, утвержденные в 1872 году, устанавливали следующие награды:

- серебряные и золотые медали;

- знаки военного отличия 4-х степеней.

За особые отличия юнкер милиции мог быть пожалован серебряным темляком на шашку.4

Офицеры и всадники Чеченского полка носили папахи и черкески черного цвета. На светло-синих погонах были вышиты большие буквы: Ч-Г.

За усердную службу чины иррегулярных полков наделялись земельными угодьями. Х.А. Акиев приводит данные, что в качестве награды за отличную службу получили землю чеченцы – полковники Курумов, Арцу Черлюев и поручик Турло Алханов - по 556 десятин, майор Бата Шамурзаев – 576 десятин.5

Лица из высших сословий по истечению 6-летней службы в войсках после юнкерского чина награждались чином прапорщика. Быстрее чин прапорщика можно было получить, сдав экзамены на офицерское звание. Дети раненых и погибших офицеров-горцев в виде льгот зачислялись в учебные заведения, иногда их брали на воспитание русские офицеры. Нуждающиеся офицеры и всадники получали от казны жалование: 40 рублей и 8 рублей 88 копеек на питание и фураж.


В конно-иррегулярных частях в среднем на одного грамотного приходилось 27 неграмотных. Среди офицеров процент грамотности был намного выше. Вот что отмечал известный корреспондент и писатель В.В. Крестовский о составе Терско-Горского конно-иррегулярного полка: «Между офицерами найдется, пожалуй, несколько неграмотных, но зато все они с практического навыка знают свое дело, все они украшены тремя-четырьмя серебряными и золотыми знаками военного ордена и почетными боевыми шрамами на лице… Все офицеры превосходные стрелки.»6

Многие офицеры поступали в конно-иррегулярные полки по протекции высокопоставленных лиц и начальства. Начальник области с согласия командующего Кавказской армией назначал командира полка, который в свою очередь подбирал командиров сотен и взводов. Самые знатные и почетные представители горских верхов могли дослужиться до званий генерал-майоров, флигель-адьютантов, после чего зачислялись в свиту царя.

Наиболее почетной службой для горцев была служба в собственном императорском конвое. Офицеры, набираемые для службы в царский конвой, должны были иметь военное образование, знать русский язык и не менее двух лет прослужить в одном из регулярных полков в кавалерии. Списки рекомендованных для службы в конвое проверялись в главной квартире царя в Петербурге. Попасть на службу в конвой царя означало добиться почета и больших привилегий, поэтому желающих поступить в конвой было всегда много. Конвой императора комплектовался прямо на Кавказе при самом строгом выборе людей исключительно из знатных фамилий. В конвой назначались сословные верхи из почетных княжеских или дворянских фамилий достаточного состояния, по преимуществу георгиевские кавалеры или имевшие боевые награды. Общее число горцев в конвое доходило до 50 человек. Через каждые два года половина полуэскадрона заменялась новыми людьми. Всего за 54 года существования царского конвоя службу в нем прошли 754 человека. За службу в конвое юнкер получал 200 рублей в год, а всадники – 180 рублей. В царский конвой зачисляли людей не старше 25 лет, наиболее здоровых и пригодных к службе, имевших хорошее оружие и отборных лошадей. Поэтому чеченцы, несмотря на приказ, ограничивающий национальный состав конвоя, могли попасть в него, благодаря протекции и личных боевых заслуг.7


Так, например, мать чеченца Ибрагима Губаева из почетной фамилии селения Чахкери продала дом, хозяйство и поехала в Петербург, чтобы устроить сына на службу в конвой царя. После неоднократных аудиенций у влиятельных людей, месяц пробыв в столице, растратив все свои деньги, она все же определила сына на службу. При этом необходимо учесть, что Ибрагим Губаев имел все данные для зачисления его в конвой: он был сыном прапорщика милиции, погибшего при подавлении восстания горцев, знал русскую грамоту, служил в конвое командующего Кавказской армии.8

О чрезвычайном, тщательном отборе всадников в конвой говорит тот факт, что в 1878 году из 725 человек выбрали лишь – 17, двое из которых были взяты в ординарцы к царю.9

Конвойную службу горцы несли также и при командующем Кавказской армией, при окружных и областных начальниках. Основная масса всадников царского конвоя владела русским языком, но была малограмотной. Так, в 1870-1882 гг. экзамен для производства в офицеры из 234 человек, прослуживших в конвое царя, смогли сдать лишь четверо.10

Одним из сложных вопросов остается выяснение причин добровольного участия горцев в составе русских войск в войне 1877-1878 гг., также у историков нет единого мнения о количестве горцев Северного Кавказа, принявших участие в этой войне.

Накануне русско-турецкой войны 1877-1878 гг. в русской армии было создано несколько национальных конно-иррегулярных полков, среди которых был и Чеченский. Всего в 1876-1878 гг. было привлечено на военную службу из числа горцев – 19 852 человека.11

Царское правительство охотно использовало горцев Северного Кавказа, но не зачисляло их на службу в регулярную армию. При их наборе обычно применялся принцип добровольности.

В ходе войны формирования из горцев показали высокие боевые качества. Они чаще всего использовались для действий небольшими летучими отрядами в разведке, сторожевой службе и рейдах в тыл неприятеля. Чеченцы участвовали в боях за Горный, Телиш, Плевну, Правец, Софию. Х.А. Акиев приводит пример, когда чеченский полк отличился в ночной разведке, проведенной с 7 на 8 августа 1877 года, и в боях в составе «летучего отряда» за Аладжадаг. За храбрость и воинскую доблесть, проявленные в войне 1877-1878 гг. Чеченскому полку было присуждено георгиевское знамя с надписью « За отличие ».12


М.П. Санакоев в статье «Страницы боевой дружбы», посвященной участию горских народов в русско-турецкой войне 1877-1878 гг., отмечал, что основной мотив стремления горцев на войну – это «чувство дружбы с русским народом, идеи защиты своей родины, верность воинскому долгу».13

Санакоев М.П. Народы Кавказа и формирование иррегулярных частей в годы русско-турецкой войны 1877-1878 гг. // Юго-Осетинский научно-исследовательский институт. Известия. Вып. 22. Тбилиси, 1977. С. 41-51.

2 Акиев Х.А. Социальный состав и образовательный уровень национальных формирований из горцев Северного Кавказа. (1877-1878 гг.) // Социальные отношения и классовая борьба в Чечено-Ингушетии в дореволюционный период. Грозный, 1979. С. 122-137.

3 Там же. С. 140.

4 Акиев Х.А. Привилегированное сословие горцев Северного Кавказа на службе в царской армии и милиции. // Вопросы истории классообразования и социальных движений в дореволюционной Чечено-Ингушетии. (ХУ1-начало хх вв.). Грозный, 1980. С. 73.

5 Там же. С. 86-95.

6 Крестовский В.В. Двадцать месяцев в действующей армии: 1877-1878 гг. Т.1.СПб.,1878.С.31.

7 Петин С. Собственный его Императорского Величества конвой. СПб, 1899. С. 17.

8 Там же. С. 27.

9 Там же. С. 43.

10 Там же. С. 45.

11 Зайончковский П.А. Самодержавие и русская армия на рубеже Х1Х-ХХ столетий, 1881-1903 гг. М., 1973.

12 Акиев Х.А. Участие горцев Северного Кавказа в войне 1877-1878 гг. // Вопросы истории. 1980. № 1. С. 174-176.

13 Санакоев М.П. Страницы боевой дружбы. Цхинвали, 1975. С. 127.


1



2


3


4



5


6