prosdo.ru
добавить свой файл
1 ... 24 25 26 27 28
Глава 28

АМУН СХОДИЛ С УМА. Хайди умерла. Умерла. Ее сердце остановилось, ее разрушенное тело стало прежним и глаза ее стали безжизненными. У нее не было дыхания внутри легких, даже когда он накачивал ее грудь в течение несколько часов, ее кровь была на его руках. А потом она исчезла. Просто исчезла, словно она никогда не существовала.

Он кричал в течении многих часов и Секреты кричал вместе с ним.

В то время как Амун занимался любовью с Хайди во второй раз, демон понял, что она никогда не навредит им, какой бы могущественной она ни была. Что она всегда будет стремиться сделать жизнь лучше для них.

С осознанием этого, любовь к ней росла. Не только потому, что у нее так много тайн, а из-за нее. Хотя она была убийцей демонов, дилером правосудия, она была любимой игровой площадкой демона.

Как могла Фемида приговорить такую драгоценную женщину к смерти? Где же справедливость в таком мерзком действии?

Амун был внезапно счастлив, что богиня в настоящее время гнила в Тартаре с остальными греками. После всего, что она сделала, она заслужила это и даже больше.

Только, если бы не ее действия, Амун никогда бы не имел этот второй шанс с Хайди. Или даже встретить ее вообще. Она была подарком. Его даром. А он подвел ее. Во всех смыслах этого слова, он подвел ее. Дважды она умерла из-за него.

А она ненавидела смерть, боялась боли, потери своих воспоминаний.

Это я виноват, думал он.

Первый раз был несчастный случай с его стороны. Во второй раз, она бросилась очертя голову навстречу опасности, чтобы спасти его. Он был слишком сосредоточен на убийстве своего врага, чтобы принять к сведению ее план. Глупо с его стороны. Он был хранителем Тайны, черт побери! Он, должно быть, догадался о ее намерениях, и он должен был остановить ее.

Когда она соединила Ненависть, Амун не знал, что делать и как разделить их. Все, что знали Секреты что, от разрыва связи между парой Хайди будет гораздо больнее, чем позволить ей закончить принимать демона в себя. Но затем Ненависть начал борьбу с ней, дробя ее, царапая ее, а Амун не заботился о ее боли - он заботится только о сохранении ее жизни. Он разорвал их.


Но он опоздал

Рана на шее Хайди была смертельной.

Амун прошелся. Если он вызовет ангела, Захариила, он проводит его домой. Его демон знал это, чувствовал это теперь, будто знание всегда было, но Амуна не мог заставить себя сделать это. Это было последнее место, где он видел Хайди, последнее место, где он держал ее, вкушал ее, и он не хотел уходить еще, не хотел отдавать ее сладкий запах, задержавшийся в воздухе или ее холод, что был, обернут вокруг него, как плащ.

Он, должен разработать план. Без вмешательства со стороны его друзей.

Хайди говорила ему, чтобы не пытаться найти ее пещеру. Именно это он проигнорирует. Он найдет эту пещеру. Он должен помочь ей пройти через те волны ненависти. Если она все еще обладала каким-либо намеком демона в ней, что являлся. Тварь поднялась от нее, и казалась нетронутой. Ничего не пропало.

Но даже без демона, она не останется мертвой. Так она сказала себе. Она вернется к нему.

А если она была даже без той маленькой части, она могла очень хорошо его помнить.

Вдруг, надежда вспыхнула в нем. Во-первых, он должен был найти ее.

И он будет. Она была там. Она должна быть там.

Если она не помнит его и сразится с ним, он отпустит ее, не причинит ей боль, даже чтобы спасти себя. Но что потом?

Что делать, если она вернулась к Ловцам?

Он бы просто наблюдал за ней, охраняя ее на расстоянии.

Он проскользнул мимо ее защиты один раз. Может сделать это еще раз.

Все, что он должен сделать, это связаться с ней.

Определив свой курс действий, он схватил рюкзак и, наконец, крикнул Захариил в своем сознании. Несколько секунд спустя, как и ожидалось, явился ангел. Никакого яркого света, только мерцание, и крылатый воин был там. Эти крылья нависали над широким простором его плеч, белые пронизанные золотом. Он по-прежнему носил бесцветную робу, его темные волосы были гладко зачесаны назад от лица.

Его блестящие зеленые глаза смотрели на Амуна с удовлетворением.

- Итак, ты спасен.

Да, - вздохнул он. - А теперь отведи меня к моей женщине.

Его требование вызвало единственную встряску той темной головы.

Ангел никаким образом не выразил печали. Как и каких-то эмоций вообще.

- Я не могу этого сделать. Она умерла.

Так просто заявил. Амун почти колотился и нанес удар ублюдку в сердце.

Она будет возвращена к жизни в Греции. Ты отведешь меня к ней. Сейчас.

- Нет. Она не в Греции.

Да. Она там.

По-прежнему бесстрастно сказал Ангел, - Когда она привлекла остальную Ненависть внутрь себя, демон преобразовался во всей полноте. Когда она отпустила его, она выпустила все, даже ту часть, которая была связана с ней. Связь, которая никогда не должна была произойти. Она должна была привлечь и отпустить. Но поскольку она была связана, она больше не могла жить без Ненависти. Так же, как ты не можешь жить без твоего демона.- Уровень истины в его голосе был разрушителен. - Ты это уже знаешь.

Тем не менее, он боролся с самой идеей этого. Она жива, я тебе говорю. Аэрон умер, но потом он ожил.

- Амун, Хайди уже умерла. Она уже была душой, как те, что на небесах и в аду. Душа, которая теперь увядала раз и навсегда, ее источник жизни ушел.

Нет! Она там. Она жива. Она должна быть. Души возрождаются в аду. Я видел их. Ты сам так сказал.

- Те души никогда не были связаны с демоном. Никогда, к тому же, не теряли демона.

Нет! - повторил он. Ее благословила богиня.

- Богиней, которая позже отвернулась от нее.

Хайди жива, черт тебя побери. Благословение есть благословение, и его нельзя забрать назад.

- Так же, как благословенный не может впасть в немилость и быть, вышвырнут с небес?


Но это не тоже самое, и ты это знаешь. Иначе, почему же она продолжала возвращаться к жизни после того, как богиня отвернулась от нее, а?

- Потому что она была еще цела. На этот раз, она не была. Я могу взять тебя с собой в пещеру, если ты хочешь. Однако, я предупреждаю тебя, сейчас она пуста. Я проверил, просто чтобы быть уверенным.

Он не паниковал. Пока. Он сосредоточился на дыхании, на привлечении охлажденного еще воздуха через нос, давая ему наполнить свои легкие, очистить свое сознание. Но с дыханием, его демон - кому не нравился ангел, но не мог держаться подальше от его головы в поисках ответов - наконец понял, что было фантазией, желаемо Амуном и что было действительностью, которой он боялся.

Хайди не вернулась в Грецию.

Не было никакого способа, чтобы спасти ее.

Она. Была. Мертва.

Навсегда.

Захариил сказал правду. Как всегда.

Рев почти расколол голову Амуна надвое. Он схватился за уши, пытаясь перекрыть шум. Это не помогло. Снова и снова рев мучили его. Его барабанные перепонки разорвались. Кровь просочилась на плечи. В конце концов, его колени подкосились. Он упал на землю, с горячими слезами в глазах. Нет. Нет, нет, нет. Она не могла быть мертва.

Она была мертва.

Она ждет меня в своей пещере.

Она не ждала его в своей пещере.

Она будет помнить обо мне.

Она не будет помнить ничего. Она была мертва. Сейчас, всегда.

Любую иллюзию, которую он пытался создать, его демон немедленно уничтожал. В этот момент он ненавидел своего демона. Ненавидел так, словно обладал сущность демона, которого Хайди укрывала внутри себя. Правда... о, боги, правда. Ничто никогда не ранило его так сильно. Она мертва, она мертва, она мертва, и он ничего не мог сделать, чтобы вернуть ее.

Она не должна была умереть. Это он должен был умереть.


Почему он не умер?

Другие вопросы кружились сквозь сокрушительное горе, и он обнаружил, что уставился на ангела. Ты знал, что она... что она закончит, таким образом, когда привел нас сюда?

- Конечно,- ответил Захариил без всяких колебаний. - Ее смерть была единственным способом спасти вас.

Никакой реакции. Пока нет. Что ты имеешь в виду? Она вытащила демонов из Амуна и успешно освободила их, всех их без неразберихи с Секретами. После этого она была здоровой, цельной. До Ненависти. Но Ненависть не был частью Амуна. Таким образом, после того, как она его вылечила, она могла бы уйти.

О, боги. Она могла бы просто уйти.

Если бы он призвал Захариила тогда...

- Ты что, еще не понял? Вам не нужно было ехать в ад, чтобы освободить этих демонов. Вам нужно было только научиться доверять друг другу. Это был единственный способ узнать Хайди правду о ее способностях. Это был единственный способ, который позволил быть ей достаточно близко, чтобы использовать эти возможности на тебе.

Тогда зачем ты послал нас сюда? Зачем? Я бы скорее умер сам. Я!

- Вы были посланы сюда, потому что ничто не сближает людей быстрее, чем опасная ситуация. Более того, я не говорил, что Хайди спасется. Только ты.

Но она не должна была умереть. Его движения были отрывистыми сейчас. Мы могли бы уехать до того, как Ненависть нашел ее. Ты мог бы прилететь.

- Она умерла, нашел бы ее Ненависть или нет. Она любила тебя. В конце концов, любовь ослабила бы ее демона. Так же, как твой демон питается тайнами, ее кормился ненавистью. В конечном итоге, любовь убила бы ее.

Нет. Она любила раньше. Другие любил ее.

Неужели она? Неужели они? Нет, она этого не делала. Они этого не делали. Многие преодолели свою неприязнь к ней, некоторые даже пришли, чтобы ухаживать за нею, но никто не любил ее всем своим сердцем. До тебя.


Секреты не обнаружил обмана в исповеди.

Так Амуна убил ее. Снова. Его любовь к ней была, обрекла ее. Жила бы она, если бы он оставил ее в покое, если бы не согласился привести ее сюда. Если бы он не поддался своей страсти к ней.

Он ненавидел себя.

Он также сейчас ненавидел Захариила.

Они перемещали ее, как шахматную фигуру. Они поставили ее на провал. И почему? Чтобы спасти его.

Если бы Хайди пережила это, Амун мог бы продолжать свою жизнь. Даже если бы она ненавидела его, он мог бы продолжать дальше, счастливый, зная, что она была где-то там. Но это... это раскололо его. Она ушла навсегда, и он несет за это ответственность. Знание уничтожило его. Он был ссадиной, вечно раненной, неспособной зажить.

И ему не нужны Тайны, чтобы подтвердить это.

Осталось сделать только одно.

Возьми меня домой, подписал он, так же решительно, как он потерпел поражение.

- Я обнаружил, что я странно … обеспокоен твоей реакцией. Я не ожидал этого, и не могу понять, что я чувствую. Что я знаю, что это мне не нравится и что-то должно быть сделано.

Менее чем за одно сердцебиение окружение Амуна изменилось. Исчезли унылые скалы, которые он делил с Хайди, и на их месте были гладкие белые стены его спальни. Он не принимал утешения от знакомой обстановки.

Он двинулся к своей кровати и сел на краешек. Ангел так и не появились, и это было, наверное, и к лучшему.

Амун хотел убить его за сокрытие правды - он же сделал так - и все благодаря Амуну, чтобы спасти себя и приговорить его женщину. И он убьет ангела. Скоро, но не сейчас, за действие он заслужит свой собственный смертный приговор. Приговор он будет приветствовать, как только попрощается со своими друзьями.

Это было все, что ему оставалось сделать.

Он не собирался жить без Хайди, это было так просто.

ПОСЛЕ ЗАХАРИИЛ ПРОИНФОРМИРОВАЛ ТОРИНА обо всем, что произошло с Амуном и Хайди, собрал всех ангелов и, наконец, навсегда покинул крепость, их работа сделана, хранитель Болезни изучал своего друга на нескольких компьютерных мониторах. Камеры, которые Страйдер поставили в спальне Секретов еще не были отключены, так что у Торина было четкое представление о его друге с разных углов.


Воин может и вернулся к нормальной жизни, но он даже близко не был счастлив. Опустошение, казалось, цеплялось за него.

Его темная кожа была тусклой, и его глаза были мрачнее, чем когда-либо видел Торин.

Торин переживал за него. Хотя он не понимал, как Амун попался на такую женщину, он все равно переживал за этого человека. И он не будет судить. Амун получит достаточно этого от других. В чем он нуждался сейчас - сострадание и безоговорочная поддержка. Поддержку Торин даст ему.

Когда-то, Торин убил женщину, которую он жаждал.

Он поклонялся ей издали и, наконец, поддавшись, коснулся ее. Просто провел по ее смуглой щеке костяшками пальцев, но вскоре он был вынужден наблюдать, как она заболевает и умирает. Он был беспомощен, чтобы спасти ее.

Знание, что он был ответственным, разрывало его изнутри. И если Захариил был прав, Амун винил себя в потере Хайди.

А то, что Торин всего лишь вожделел, а Амун любил... ну, он сомневался, что их боль можно сравнить.

Торин потянул за мочку уха. Все было по-прежнему спокойно здесь.

Ловцы по-прежнему пропали, все еще скрывались, для чего, казалось бы, нет причин, теперь и Рея исчезла, что, впрочем, хорошо. Но как Крон поступил со Страйдером, он внезапно появился и сообщил ему. Так что...

Будут ли здешние воины судить Амуна или нет, Амун нуждался в них. Необходимо отвлечь его от вины. Это не совпало с состраданием и поддержкой, но это последует. Надо надеяться.

Поэтому Торин поднял свой сотовый телефон и послал всем одно сообщение. Амун здесь и в здравом уме. Ангелы исчезли. Вернитесь как можно скорее. Он нуждается в помощи.

Ответы начали прибывать через секунду после того, как он нажал отправить, и вскоре каждый из воинов (кроме Уильяма) согласился вернуться домой.

В пути. Он в порядке? Аэрон.

Прибываю. Что-то случилось? Люциен.

Удали меня из своей адресной книги. Уильям.


Буду это делать. Гидеон.

Камео и я только попали в город. Будем там в 10. Кейн.

Позволь мне забрать Эш, на 1st. Мэддокс.

Сделано и сделано. Сабин.

Я и Парис в Штатах. Может потребоваться некоторое время, но мы будем там. Страйдер.

Есть хвост 4 несколько дней. Покажусь, как только его потеряю. Рейес.

Довольный их шоу лояльности на фоне этого кризиса, Торин откинулся в кресле и стал ждать.
Переводчики: valentina34, Orhideya, svetlana8578, broccoli, Nelyshka
Глава 29
ДРУЗЬЯ АМУНА ПЫТАЛИСЬ РАЗВЕСЕЛИТЬ его, они реально пытались. Они обнимали его, хлопали по спине и рассказывали ему, что они делали. Страйдер боролся с Ловцами. Аэрон играл с его Оливией в облаках. Люциен охранял Клетку Принуждения с его Аньей. У Гидеона был медовый месяц с его Скарлет. Кейн и Камео рыскали по городу в поисках любых признаков врага. Мэддокс играл няньку его Эшлин, которая «была большой, как дом». Ее слова, не Амуна.

Сабин, умолял Неназываемых вернуть артефакт, с которым расстался Страйдер. Рейес охранял его Данику, в то время как она рисовала проблески будущего. Парис, получал высшую амброзию и готовился к войне на небесах.

Амун провел два дня с ними. Никто не упомянул Хайди. Все они избегали говорить о ней. Но, как он уселся за обеденный стол, он решил изменить это. Они этого не знали, но это будет его последний обед вместе с ними.

Завтра он покинет крепость. Завтра он бросит вызов Захариилу.

Завтра он потеряет голову.

Он знал, что Аэрон пережил после его смерти.

Знал, что душа воина ушла в другой мир, место, где ранее одержимые бессмертные якобы оказались в ловушке, неспособные запятнать любые другие души их темнотой. Баден был там. Пандора тоже.

Но Аэрон, Баден и Пандора просто умерли, как смертные. Их души не были сожжены в пепел, как мог сделать огненный меч ангела.


Эту смерть Амун хотел для себя. Конец. Всего, полностью.

Сначала, правда, он хотел, чтобы эти мужчины узнали какой женщиной была Хайди. Чтобы знать ее, а он, как сладость и свет. Как достойную. Как лучшую среди них.

Он хотел, чтобы они знали, что она бросила. И поэтому, пока они свалили свои высокие тарелки с едой, начал говорить.

- Хайди не была монстром, как мы рисовали ее. Она была сильной и смелой.

Разговоры сошли на нет, затихли, все смотрели на него в шоке. Прежде он никогда не начинал разговор. Редко говорил что-либо кроме воспоминаний других людей, с момента его одержимости.

Он продолжил пока его демон не решил все взять на себя и не раскрыл тайны, которые скрываются внутри него. - У нее были все основания презирать нас. Демон убил ее мать, отца, сестру и ее мужа. Демон, так же как и мы. Черт, может быть, один из нас убил мужа. Мы были там, когда это случилось. А потом я помог убить ее. Я. Я бросил ее перед мечом своего врага. Неудивительно, что она вернулась к нам. Для мести. Мы бы сделали то же самое. Мы сделали то же самое.

К счастью, никто не пытался остановить его. Даже его демон.

- Демону, который убил ее семью, удалось заразить ее, дать ей кусочек себя. Ненависть. Тем не менее, каким-то образом, хотя она была немного больше, чем человек, она сумела победить, темные побуждения этого демона. Затем она была убита, снова и снова, и снова, и даже если каждые хорошие и достойные воспоминания были стерты у нее, и хотя она знала только печаль и боль, она нашла способ, чтобы любить меня, чтобы спасти меня... чтобы умереть за меня. Это - женщина, которую мы ненавидели все это время. Кто-то кому мы причинили боль первые. Кто-то с силой, способной убить всех нас, кто-то, кто использовался против нас, все же принимает решение спасти нас вместо этого. Через ее собственную смерть.

Тяжелое молчание охватило всю комнату.

Тем не менее Секрет не пытался говорить через него.


Возможно, потому что пятно воспоминаний было очищено внутри этой пещеры. Возможно, потому, что демон оплакивал проходящее с Хайди, как и он.

Его друзья продолжали смотреть на него, не двигаясь, не осмеливаясь даже дышать. Их мысли и эмоции накалялись, наконец, пронзили тишину. Некоторые жалели его.

Некоторые чувствовали себя виноватым за то, что осудили Хайди. Только Сабин отказывался отступать от своей ненависти.

Страйдер, хотя... Страйдер был хуже. Ее смерть это к лучшему, подумал воин. В конечном счете, она бы обратилась против него. Она ничего бы не смогла с собой поделать. И когда она навредила бы ему или нам, он бы винил себя. Он бы не смог простить себе, когда-либо.

Заявление толкнул Амуна через край. Ад. Нет.

Амун не понял, что сорвался с кресла, пока его руки не обернулись вокруг шеи Страйдера. Пока он не бросил воина в стену, штукатурка посыпалась вокруг него. - Какого черта, чувак?- нахмурившись, Страйдер потребовал ответа, когда встал.

- Ее смерть была не к лучшему! Она была прекрасна, черт тебя побери. Она заслуживает, чтобы жить. Я тот, кто должен был умереть. И вы можете облачить свои отговорки, так красиво, как вы хотите, но это не меняет того факта, что вас просто не волнует, что она мертва.

- Хорошо. Хорошо. Все равно. Просто расслабься. Ты имеешь право на свое мнение, и я имею право на свое.

- Мое - единственное, которое имеет значение!- с ревом, Амун снова бросился на Страйдера. Они упали на пол в клубке насилия.

- Стоп,- скомандовал Люциен. - Сейчас же.

- Пусть они закончат,- сказал Сабин.

Амун перестал обращать на них внимание. Кулаками стучал по Страйдеру, пинал ногами. Страйдер, конечно, стал сопротивляться. Они катались вместе и врезались в стол. Тарелки разбились, еда разлетелась. Они оба знали, как бороться и боролись грязно.

Знали, как помешать сердцу биться, как разбить бедра хорошо поставленным ударом, как разбить трахеи и перекрыть доступ кислорода в жадные легкие. Они сделали все это и многое другое.


И все же они продолжали сражаться, никто не пытался их разнять.

Руки Амуна вскоре распухли от постоянных ударов о кости, пальцы отказывались сгибаться. Головокружение охватило его, чернота мелькала перед его взглядом, но это даже не замедлило его. Когда это закончится, Страйдер пожалеет о своих мыслях и словах. Страйдер признает, какой особенной была Хайди.

Нос Поражения сломался от следующего удара Амуна.

Хлынула кровь. Этот красный поток, напомнил ему, что Ненависть сделал с Хайди - клыки впились в ее красивую шею - и это только увеличивало глубину его гнева.

- Скажи мне, что ты ценишь то, что она сделала для нас. Скажи мне!

- Ты хочешь, чтобы я соврал? Она была Ловцом,- кричал Страйдер, некоторых из его зубов не хватало. - Убийцей.

- Мы убийцы!- Еще один удар. Другим прямым попаданием. Два жемчужно-белых зуба плыли по воздуху.

- Черт побери!- Ярость Поражения также возросла, и он заехал коленом в пах Амуна. - Ей нельзя доверять. Я понял это. Почему ты не можешь?- Слова прозвучали невнятно, когда они пробрались через пустое пространство, где были его зубы.

Амун стряхнул боль. Что была физическая боль после эмоциональной агонии от потери его женщины, в любом случае? Он боднул Страйдера в живот, посылая воина с размаху на земля. От отдачи, Страйдер потерял дыхание. Воин быстро восстановился, и они покатились, продолжая бить друг друга - пока не врезались в одну из ножек стола и раздробили древесину.

Амун успокоился, глядя вниз на человека, которого он когда-то называл братом. - Я верил ей больше, чем я доверял кому-либо. Даже вам.

Страйдер толкнул, отправляя Амуна камнем на другую сторону комнаты. - Как ты можешь говорить такое.

- Нет, тебе не надо говорить.- Еще раз, он сократил расстояние между ними. Никакой пощады. Секреты знал, что Страйдер планировал удар, и так Амуна отпрыгнул в сторону, развернулся, ударил и пригнулся, ударил, и нырнул. - Ты хотел ее, но ты бы ее пытал. Ты бы ее погубил.


- Нет.- Так или иначе, Страйдер уклонился от каждого удара.

- Ты мог бы, может быть в состоянии любить ее, но только после того, как сломал.- Наконец, контакт.

Страйдер, горбился, пытаясь отдышаться - Разве ты не видишь, что происходит? Она мертва, но она все еще стоит между нами. Я люблю тебя. Я оставил эту крепость из-за тебя. Чтобы она была с тобой.

- Ты оставил эту крепость из-за себя.- Никакой пощады, подумал он снова. - Ты не мог победить ее, и ты это знал.- Амун ударила его коленом в подбородок, отправив Страйдера скатываться по другой стене. - Я бы женился на ней, баловал ее, и я бы ожидал, что каждый из вас примет ее. Но ты бы нет, не так ли? Она была просто еще одним вызовом для тебя. Но знаешь, что? Она отвергла тебя, и ты ушел от нее, не вспыхнув от боли. Что изменится сейчас. Ты сможешь почувствовать боль. Знаешь, почему? Потому, что я вызвал тебя, и ты проиграл.- С этим, Амун ударил его. Ударил так сильно, что вывихнул его челюсть полностью.

Страйдер потерял сознание. Уже тогда он страдал от физической боли, стонал от душевных мук своего поражения.

Амуна пинал его, когда он упал. Снова и снова.

Кто-то схватил его сзади и дернул его, держа его так сильно, что он не мог даже вздохнуть. Но он все еще боролся. Его женщина подверглась пренебрежению. Он не остановится, пока не будет удовлетворен. А он никогда не будет удовлетворен.

- Я собираюсь к ней,- прокричал он. - Ты меня слышишь? Я собираюсь умереть вместе с ней! И если ты не будешь следить за своим глупым ртом, я возьму тебя с собой, тоже!

Страйдер выпустил еще один стон, на этот раз гораздо более болезненный.

Воины, державшие Амуна, должно быть, поняли его намерение, потому что перестали пытаясь удержать его, и попытались его утихомирить.

- Ты нам нужен,- слышал он.

- Не говори так, хорошо.

- Ты пройдешь через это.

- Нет. Нет! - Его тело было уже сильно избито, ослаблено, но все же он боролся, его гнев был, как живое существо.


- Все будет в порядке, приятель.

- Нет!

Они сжали крепче.

- Позволь нам помочь тебе.

- Что, если мы поговорили с ангелом? Что, если можно что-то сделать?

- Да, кое-что можно сделать, - прорычал он.

Еще крепче.

Хайди, закричал тогда он в голове. Скоро, я буду с тобой скоро. Мы будем... Его мысли разбились на куски. Его движения замедлились. Мы снова будем вместе.

Тьма посыпалась, как отравленные стрелы. Он приветствовал шторм с распростертыми объятиями.
Переводчики: valentina34, Roxana, Centyri, Orhideya




<< предыдущая страница   следующая страница >>