prosdo.ru
добавить свой файл
  1 ... 14 15 16 17

2

Еще в звуке этих шагов он ощутил что-то новое, страшное — и теперь увидел, чем оно вызвано. Как и Слон, Оксана постарела на много лет. Куда делась та веселая семнадцатилетняя девчонка? Тусклые волосы были собраны в хвост на затылке, лицо осунулось, за­острился подбородок, посерели щеки. На лбу появи­лись морщины, и глаза... Они потухли, жизнь исчезла из них.

Медицинский корсет плотно облегал шею, поддер­живая голову, в руке была трость. Прихрамывая, опира­ясь на трость, Оксана встала между Слоном и Змеены­шем, закрыв собою отца.

— Прекрати! — Голос был все тем же, звонким и чистым, и по контрасту ее вид казался еще ужасней. — Не смей!

Змееныш попятился, темные глаза его стали чер­ными. Слон сидел в той же позе, закрыв глаза. Бросив трость, Оксана схватила его за руку, повернулась к Змеенышу.

— Посмотри на себя! — выкрикнула она. — Кем ты стал?! Мне говорили... отец говорил... Скольких ты убил? Ты и твоя свора чудовищ? Ты теперь сам чудо­вище!

Она выдернула нож из подлокотника и швырнула его под ноги Змееныша.

— Если хочешь убить его — убей и меня! Зарежь обоих, теперь для тебя это легко, разве нет?! — Она бро­силась к Змеенышу, чтобы ударить его, и вскрикнула. Правая нога подогнулась, Оксана упала и зарыдала. Си­дящий неподвижно Слон открыл глаза и с немым со­страданием посмотрел на дочь. Змееныш шагнул к ней, нагнулся, чтобы помочь, но она отпрянула от него, буд­то от хищного зверя, оттолкнула его руки. В глазах плеснулся испуг — и это едва не заставило Змееныша вновь закричать. Она боялась его. Боялась!

— Ты был человеком, а стал хуже зверя, — прогово­рила Оксана, на коленях придвигаясь к отцу.

Змееныш хотел рассказать ей все: про убийство Ма­зая, из-за которого и собрал Свору, про то, что был уве­рен в ее смерти, что это ошибка и еще можно все испра­вить, что они могут уйти в Зону или он может покинуть Зону вместе с ней... и не сказал ничего. Он понял: все это бессмысленно, больше не будет ничего. И когда пришло понимание — что-то сломалось внутри. Будто из груди исчезла решетка ненависти, скрывшая прочие чувства, способные помешать мести. Голова закружи­лась, он отступил на шаг и впервые за много дней вдох­нул полной грудью. Оксана и Слон смотрели на него.


Тяжесть всего, что он совершил, всей этой череды кровавых убийств обрушилась на него. Змееныш засто­нал. Ссутулившись, не глядя на отца и дочь, он повер­нулся и медленно вышел. Спустился по лестнице, во двор, перешагивая через трупы, достиг ворот и побрел по склону к лесу.

В комнате под крышей башни наступила тишина. Оксана сидела на подлокотнике, обняв отца за шею, он положил широкую ладонь на ее руку и гладил запястье.

Послышался нарастающий рокот вертолета, здание дрогнуло — Ми-24 опустился на крышу. Стукнула крыш­ка люка, раздались быстрые шаги.

Придерживая фуражку за козырек, в дверь шагнул полковник Рябой. Дочь и отец сидели не шевелясь, хотя взгляд Слона переместился на гостя.

— Ну?! — закричал полковник.

Положив руку на затылок дочери, Слон вытянул другую, показал на север.

— Туда ушел.

Рябой развернулся и выбежал из кабинета, по веду­щей наверх лестнице загрохотали его сапоги. Оксана еще несколько секунд сидела неподвижно, не веря своим ушам, — и наконец поняла, отшатнувшись, вскочила.

— Зачем? — спросила она. — Что ты делаешь, папа? Зачем ты сказал, куда он...

— Чтобы его убили. — Слон пожал плечами. — А что ты думала — я прощу мутанту все, что он натворил?

— Ты... Это ты мутант! — крикнула она. — Ты хуже его! Потому что он понял, а ты — нет! Боже мой, и после всего этого ты остался таким же, каким был?! Я оста­новлю их!

Схватив с пола трость, она заковыляла к двери.

— Не остановишь, — сказал Слон, привставая. — Подожди, не ходи!

Оксана вышла из комнаты. Послышался рокот уле­тающего вертолета. Слон сидел, сжимая подлокотники трясущимися руками, и ждал. Издалека донесся частый стук пулеметов.


Эпилог

Потом говорили, что видели его мертвое тело под бревном, в ручье, текущем по дну оврага. А кто-то ут­верждал, что Змееныш брел мимо бара «100 рентген», хотя в том сгорбленном человеке с пустым лицом труд­но было узнать восемнадцатилетнего мальчишку. Но другие толковали, что он сдружился со старым контро­лером и ушел за ЧАЭС, будто он пересек Большой Се­верный Могильник и был убит охраной таинственного Бункера. Впрочем, многие не верили в это — ведь один прапорщик-забулдыга с КПП, проворачивающий вся­кие мелкие делишки со сталкерами и перекупщиками, всерьез уверял каждого, кто готов был выставить бу­тылку водки, что видел Змееныша, пересекающего Пе­риметр, — будто бы тот навсегда ушел из Зоны в боль­шой мир.

Много чего говорили, но правду не знал никто. И долгое время о Змееныше ничего не было слышно.




<< предыдущая страница