prosdo.ru   1 ... 14 15 16 17 18 19 20

Глава семнадцатая
Ах, понедельник! После злоключений прошедших выходных я всей душой стремилась вернуться в пекарню. Когда я спустилась вниз, Джейсон был уже на месте. Одетый и обутый как положено, он засыпал муку в тестомешалки и тихонько напевал себе под нос. Итак, с Джейсоном все в порядке. Чтобы мальчишка немного заморил червячка, я приготовила ему несколько сырных рогаликов с чатни. Мы начинали день в абсолютной гармонии.

Ржаной хлеб, обдирный на заказ, пшеничный, зерновой. Хлеб для всех национальностей. Джейсон отправился в кафе «Вкуснотища» подкрепиться как следует, а вернувшись, создал новый шедевр – малиновый маффин для малоимущих, тех, кому шоколадные не по карману. Пекарня благоухала словно рай на земле. Я остро почувствовала это, когда открыла дверь, чтобы выпустить на улицу Мышиную Полицию.

Дождь на время стих. Я глубоко вдохнула, вбирая пропитанный влагой воздух. Появилась миссис Доусон в красном дождевике и купила буханку ржаного хлеба.

– Рада, что вы замечаете перемену погоды, Коринна. Думаю, несколько дней будет ясно. Многое можно узнать о погоде, если встречать восход и закат, – добавила она со значением и заторопилась дальше. Но тут на ее пути вырос Махани, который совершал последний объезд с «Супами рекой».

Миссис Доусон нисколько не смутилась, а лишь посмотрела на великана, и тот шагнул в сторону, уступая ей дорогу.

Торговля шла бойко. Оба сорта маффинов раскупили на ура. Хлеб был разослан заказчикам.

Когда пришла Кайли, я оставила на нее магазин и отправилась собирать корпоративную информацию. Это оказалось несложно. Из справочника городской недвижимости я узнала, что интересующее меня здание принадлежит компании «Люсинда Три». Никогда о такой не слышала! Последующие поиски в Интернете показали, что «Люсинда Три» является ответвлением весьма крупной компании по работе с недвижимостью, называемой «Надежная собственность». Ох, не доверяю я тем, кто намеренно подчеркивает, что его собственность надежная! Я еще немного порылась в Интернете и нашла список членов правления. Конечно, там было указано имя и адрес домовладельца.


Ей ей, я не грохнулась в обморок только потому, что сидела. Как я раньше не догадалась! Темные делишки творятся у меня за спиной – и кто же за всем этим стоит? Конечно, мой бывший муженек Джеймс! Последний, с кем бы я хотела встретиться на узкой дорожке, если не считать Усамы Бен Ладена. Теперь понятно, почему он пытался убедить меня продать квартиру и купить акции компании, которая вознамерилась снести «Инсулу». Таков Джеймс. Мое любопытство распалилось до предела. Я просто обязана все разузнать. А к кому еще мне обратиться?

Признаюсь, когда я преодолела изначальное отвращение, идея поговорить с Джеймсом показалась мне не такой уж бредовой. Я решила пригласить голубчика на обед в один из дорогих итальянских ресторанов, в его любимую «Венецию». Благо там есть бизнес ланчи за тридцать долларов. И пусть не надеется, что я заплачу хоть на цент больше!

– Я пригласила этого паскуду Джеймса на обед, так что жди часа через два самых гадких новостей, – предупредила я Дэниела, который просматривал видеокассеты в компании Горацио.

Он кивнул.

Я тщательно выбирала одежду – черные брюки, белая блузка и черный пиджак. Мне кажется, в подобном наряде я должна внушать доверие. Я сунула в портфель распечатки своих поисков в Интернете, что прибавило мне солидности.

Я пробивалась сквозь толпу торопившихся на обед служащих, направляясь на встречу с человеком, который сделал все возможное, чтобы разрушить мою жизнь. Из за Джеймса я едва не превратилась в студнеобразную тушу в кремпленовой плащ палатке, постоянно занятую выпечкой пирожков для школьных завтраков детишек, не способную на самостоятельные суждения и ненавидящую всех и вся. Именно такой хотел Джеймс видеть свою жену, и он приложил немало усилий, чтобы воплотить во мне свой идеал. В конце концов мне надоело от него зависеть, и я ушла. Но надо признать, он изрядно надо мной поиздевался, и я до сих пор не простила его за это. Именно поэтому Мероу считает, что у меня не все в порядке с кармой.


Джеймс уже ждал меня, даже вспотел немного. С нашей последней встречи он еще больше полысел, под глазами появились мешки, наметился второй подбородок, а на носу проступили красные черточки капилляров. Это меня несколько подбодрило. (Ох, быть мне в следующей жизни тараканом, помяните мое слово!) Мы сели за столик. На нем уже красовалась полупустая бутылка вина. Я отстала от него бокала на два, не меньше.

– Коринна, как приятно тебя видеть! Ты, кажется, похудела?

– Нет, – возразила я, – я нравлюсь себе такая, как есть. Ты уже сделал заказ?

– Я ждал тебя.

Ба! Это что то новенькое! В прежние времена Джеймс всегда все сам решал.

– Я буду спагетти с соусом путтанеска и стейк с кровью, – сказала я официанту. – А ты, Джеймс?

– А мне суп и стейк, тоже с кровью, – пробормотал он.

– Что стряслось, Джеймс? Дела разладились? – начала я разведку боем.

– Нет, с делами все в порядке. Открылись новые перспективы в вашем районе, – охотно откликнулся он. – Совсем неподалеку от тебя – на Каликоу элли.

Господи, да он мне сейчас сам все выложит, и спрашивать не надо! Определенно небеса сегодня ко мне благосклонны. Выпытывать что либо у Джеймса всегда было задачей не из легких.

– Правда? Так «Надежная собственность» – это ты?

– Просто выкупил их портфель. Квартиры, – сказал Джеймс, уже рисуя в своем воображении шикарные апартаменты для богатеньких и знаменитых. – Сроем старую развалюху и построим роскошный дом.

– А как же нынешние жильцы? Там ведь сейчас кто то живет, верно?

– Все улажено, – сообщил он мне доверительно. – У нас достаточно средств, и я всем смог сделать хорошие предложения. А ты что – интересуешься?


– Возможно. А с кем ты имел дело в «Небесных наслаждениях»? – поинтересовалась я как бы между прочим, нанизывая на вилку горячую острую пасту.

Джеймс мне и это выложил. У меня все похолодело внутри. Но я продолжала щебетать как ни в чем не бывало, не забывая отдавать должное вину и отличному стейку с острым соусом. Я выпила еще бокал вина. И Джеймс тоже. После сытного обеда его азарт барышника вдруг как то иссяк.

– Так что же тебя гложет, Джеймс? – спросила я, приготовившись слушать. В конце концов, он сэкономил мне несколько часов, которые иначе пришлось бы потратить на поиски. Рот его дрогнул, и я заметила на губе крупинку перца.

– Это все Ивонна, – признался он.

– Твоя жена?

– Да.

– Та, которая щеголяет в голубых передниках с оборочками, печет бисквитные торты и сидит дома с твоими детьми?

– Да. Но теперь она отказывается это делать. Когда родился наш последний ребенок, она заявила, что наймет няньку, а сама вернется на работу.

– И чем же она занималась до того, как встретила тебя?

– Работала в банке. И была на хорошем счету. Но захотела иметь детей. Я думал, она счастлива. Всегда встречала меня дома и наливала что нибудь выпить, расспрашивала, как прошел день. Всегда сама вставала ночью к детям и давала мне выспаться. Мне не надо было нанимать уборщицу или заказывать еду в ресторане. А теперь она заявляет, что я эксплуатировал ее!

Что бы я ни сказала, вряд ли это просочилось бы через коросту непробиваемого эгоизма и равнодушия Джеймса. Поэтому я просто положила деньги на стол, молча похлопала его по плечу и удалилась.

На обратном пути я размышляла над тем, что услышала. Джеймс не стал бы врать. Зачем? Но мне было тошно от того, что я узнала. Интересно, удалось ли Дэниелу обнаружить что нибудь новенькое? Прежде чем выкладывать этакую бомбу, мне надо все хорошенько проверить.


– Привет, – я поцеловала Дэниела в шею, туда, где кончался ежик стриженых волос. – Открылись весьма мерзкие обстоятельства.

– И у меня, кажется, тоже. Посмотри.

Я опустилась в его объятия, и мы стали вместе смотреть видеозапись.

– Видишь?

– Пусти помедленнее, кадр за кадром, – попросила я. У меня все расплывалось перед глазами. Наконец я увидела то, что хотел мне показать Дэниел. О боже!

– Что будем делать?

– Надо дождаться последнего подтверждения, – проворчал он мрачно. Мой смуглый ангел сегодня явно не был доволен человечеством. – А потом все им расскажем.

– Согласна. Тогда я пока пойду помогу Джейсону с уборкой. Скоро вернусь.

Но Джейсон не нуждался в помощи. Пекарня сверкала чистотой – хоть ешь прямо с пола; впрочем, в этом случае Мышиная Полиция наверняка потребует свою долю.

– Ты успеваешь выспаться? – спросила я его.

– Ага. Я теперь буду ходить в наркологическую консультацию. Сестра Мэри договорилась, – сообщил он. – По субботам. Все же я от этого не избавился, Коринна. Думал, что все прошло, но это не так. Постоянно словно кто то подначивает: «Давай, всего одну дозу». Буду ходить туда, пока это совсем не прекратится.

И ушел.

Жалюзи закрыты, Мышиная Полиция мирно дремлет, а меня переполняет яростная энергия. Я вернулась в квартиру и принялась мыть кухню: заливала пол водой и грохотала кастрюлями до тех пор, пока они не засияли. Тогда я перебралась в гостиную и пропылесосила ковер так, что он едва не приказал долго жить. Я взбивала подушки с таким остервенением, словно это были мои личные враги. Пыль и кошачья шерсть вздымались клубами.


Дэниел и Горацио благоразумно удалились на балкон, где было хоть и прохладно, но зато спокойно. Потребовалось четыре часа, чтобы угомонить мою ярость, к этому времени квартира сияла чистотой, а я была по уши в грязи. Я приготовила себе ванну с эссенцией каштана и надолго погрузилась в ароматную воду.

Тем временем Горацио и Дэниел вернулись в дом. Дэниел присел на краешек ванны и спросил:

– Ну что, полегчало, кетчеле? Моя мама тоже так драила, когда бывала в сердцах.

– Уж лучше, чем громить все, что под руку подвернется, – проворчала я, утопая в горячей пенистой воде. – Так хоть и чувствуешь себя погано, зато кругом чисто. Мне и на самом деле стало легче. Видеть не могу этого Джеймса! Он мне напоминает о том, какой я была прежде.

– И какой же? – Рука Дэниела нырнула под воду и погладила меня по груди.

– Старой клюшкой. И уродиной. Стыдно вспоминать.

– Ты была такой, какой он хотел тебя видеть, – сказал Дэниел. Рука его спустилась ниже. – Но это продолжалось недолго. Потом ты вспомнила, что ты сильная. И уверенная в себе. И красивая. И это чистая правда.

На этот раз я все же успела выбраться из воды. Уж раз я навела в ванной порядок, надо его поберечь.

Я лежала в объятиях любимого мужчины и просыпалась медленно, наслаждаясь ощущением чистоты и безопасности. До встречи с Дэниелом со мной такого никогда не бывало, и я все еще не могу к этому привыкнуть. Звонил телефон. Я заставила себя снять трубку.

Когда я разобрала, что говорит взволнованный голос на другом конце провода, я невольно села.

– Мы сейчас же придем, – пообещала я. Дэниел обо всем догадался по моему лицу.

– Хорошо, Коринна, – простонал он, спуская ноги на пол. – Пора с этим кончать.


Мы оделись, взяли мешок с инструментами и решительно направились в «Небесные наслаждения». Джулиетт встретила нас в слезах, и даже Вивьен казалась взволнованной.

– Нам придется закрыть магазин, – рыдала Джулиетт. – Кто так жестоко обошелся с нами?

– Могу показать – кто. Принесите ка коробку с испорченным шоколадом. А ты, Георгий, пока включи видео, – распорядился Дэниел.

Георгий не стал артачиться. Дэниел положил отравленную коробку на металлический стол и выудил из сумки нечто похожее на фонарик.

– Я пометил все новые коробки специальной меткой, которая видна лишь в ультрафиолетовых лучах, – начал объяснять он. – Это ультрафиолетовая лампа.

– Как на дискотеке, – подхватил Георгий.

– Именно. Ты замечал, как там светится белая рубашка? Вот и здесь то же самое. Вся сложность в том, что в вашем случае на первый взгляд разорение магазина никому не выгодно. У вас есть свои сложности, и мне еще придется рассказать вам о неприглядных махинациях Георгия, но все же вы нужны друг другу. Никто из вас не собирался выходить замуж, так что ничто не угрожало вашему партнерству. Селима ко всему этому не имеет ни малейшего отношения. Итак, не только кто, но и как? Если в кухне все чисто, как отравленный шоколад мог попасть в продажу?

– Не знаю, – всхлипнула Джулиетт, вытирая нос.

– Непростая задачка, – сказал Дэниел. – Вот смотрите: видите метку? Это алеф. Сверимся с моими записями. Ага, эта коробка была у вас на витрине два дня назад. Ее вынесли из магазина, конфеты испортили и незаметно вернули коробку обратно.

– Но как? – резко спросила Вивьен.

– Сейчас покажу, – ответил Дэниел. – Коринна, включи ка запись.


Мы увидели, как в магазин вошли несколько посетителей. Потом появился приятный пожилой джентльмен в пальто с каракулевым воротником. Он смеялся и размахивал руками, заигрывая с Джулиетт.

– Нет, – пробормотала Вивьен. Дэниел остановил запись.

– Теперь смотрите внимательно кадр за кадром, – велел он. – Следите за левой рукой. Правая машет в воздухе – классический жест фокусника для отвода глаз. Не показывал он часом фокусов на тех ваших знаменитых детских днях рождения? А вот из кармана появляется левая рука – так быстро, что почти не видно, лишь на пленке можно заметить, и – раз! – подкладывает коробку на прилавок. Эту самую коробку, которую вернули из за того, что в шоколадный крем был подмешан соевый соус, – добавил Дэниел и спросил: – Показать запись еще раз?

– Да, – кивнула Вивьен. Она села и пристально уставилась на экран. Потом вздохнула. – Но почему? – спросила она.

– Вы получаете доход, потому что у вас низкая арендная плата. Была бы выше – не было бы доходов. Вашему дяде предложили весьма привлекательную сделку – домовладелец захотел перекупить право аренды на следующие сорок лет на очень выгодных условиях. Он намеревается перестроить этот дом и превратить его в многоквартирный, – объяснил Дэниел. – Дядя Макс взял бы денежки и был таков. А вы бы не знали, что делать, и в конце концов сдались и безропотно закрыли свое дело.

– Так бы и случилось, – кивнула Джулиетт и снова разрыдалась. Поднимаясь, она машинально оперлась на руку Дэниела. Я ждала, что снова испытаю приступ ревности, и приготовилась отогнать его. Но – никаких зеленых вспышек! Не иначе помогли многочисленные подтверждения страстной любви, которые я совсем недавно получила от Дэниела. Больше у меня не было повода ревновать. – Что ты делаешь? – спросила Джулиетт сестру, увидев, что та взяла в руки мобильный телефон.


– Позвоню ему, – ответила Вивьен, нажимая клавишу быстрого набора. – Хочу взглянуть ему в глаза и спросить, почему он так с нами поступил.

– Не надо, – простонала Джулиетт.

Вивьен не обратила на нее внимания. Георгий направился было к двери, но я схватила его за руку.

– Постой ка, – велела я ему. – Если, конечно, не хочешь, чтобы я рассказала твоему дяде Делу и Яй Яй, как ты обращался с Селимой. Мне тоже не в радость торчать здесь. Но мы досмотрим все до конца. Сядь.

И мы стали ждать. Мучительные полчаса. Наконец послышался бодрый голос, дверь распахнулась и впорхнул дядя Макс.

– Дорогуши, а почему такие хмурые?

– Зачем ты делал это, Макс? – проговорила Вивьен. Дядюшка собирался пожать плечами, но она продолжала, едва сдерживая возмущение. – Мы видели видеозапись. Это ты подложил на прилавок отравленную коробку. Нам известно о твоей сделке с домовладельцем. Зачем, Макс? Ведь мы тебе ничего плохого не сделали, мы всегда любили тебя.

– Давайте не будем обсуждать это при посторонних, – мягко произнес дядя Макс, указывая на Дэниела, Георгия и меня. Кажется, он еще надеялся вывернуться. Верил, что, если не будет свидетелей, сможет сыграть на женских чувствах.

– Нет, – отрезала Вивьен. – Говори, Макс. Или я позову полицию.

– Это подлог, – пришла я на помощь. – Он наверняка подделал ваши подписи на доверенности, чтобы заключить договор об аренде с «Надежной собственностью». Джеймс, конечно, идиот, но не настолько. А это уже преступление, посягательство на чужую собственность…

– Ладно, – вздохнул Макс. – Хватит. Да, я сделал все это. Но у меня были причины. Мы с братом были близки. Как горошины из одного стручка. Но вот он умер – и кому он завещал свое дело? Своему любящему брату? Нет, двум девчонкам!


– Он оставил тебе кругленькую сумму, – процедила Вивьен сквозь зубы.

– Деньги! Ха! Он оставил вам полученные по наследству формы и противни и вдобавок профессиональные секреты. Ему никогда и в голову не приходило научить меня. Я был просто Макс, глупый Макс, бездельник Макс. Злой Макс, – добавил он. В его некогда добреньких глазках блеснула ненависть. – Вы так гордились своими конфетами, хвалились своим умением. Вот я и решил проучить вас. Я бы получил деньги, открыл свой собственный магазин и, может быть, взял бы вас на работу. И я бы был главным, как всегда. А теперь зовите полицию, – произнес он с вызовом. – Стоит им заглянуть в бумаги – и вашей лавчонке конец.

– Виви, что же нам делать? – пролепетала Джулиетт.

Но Вивьен уже набирала номер. Макс весь сжался, Дэниел подставил ему стул.

Потом мы отправились в полицейский участок. Дэниел снова демонстрировал свою видеозапись и помеченную коробку, а я передала им документы, касающиеся «Надежной собственности». У меня было желание сдать им заодно и Георгия, но пусть то, что случилось, послужит ему уроком. Надеюсь, мальчишка понял, как опасна долго сдерживаемая ненависть: в конце концов она обращается против того, кто ненавидит. Возможно, это заставит его забыть об обмене населением. Хотя вряд ли.

Полицейский автомобиль увез двух расстроенных сестер домой, а мы с Дэниелом поехали на трамвае назад в город. Трамвай был новый, он не стучал, а посвистывал на ходу.

– Что то я подустал от постоянных визитов в полицейский участок, – проворчал Дэниел и тем ограничил свои комментарии по поводу случившегося. – Давай устроим сегодня роскошный ужин. Я плачу. Хочешь, поедем прямо в Карлтон, там есть отличный японский ресторан.

– Хорошо, – согласилась я, чувствуя, что совершенно вымоталась.

После нескольких токи терияки и изрядного количества зеленого чая мне стало получше. Но домой мы все же поехали на такси. И я уснула по дороге. Правда, у меня хватило сил, чтобы почистить зубы, но потом я свалилась в постель и уснула как убитая.

<< предыдущая страница   следующая страница >>