prosdo.ru
добавить свой файл
1 2 ... 17 18
Путешествие в Кеттари



— Хороший день, Ночной Кошмар! — улыбка Мелифаро выходила за пределы его лица.
— Плохая ночь, Дневная Греза!
Какую-то долю секунды Мелифаро оторопело пялился на меня, потом с облегчением кивнул.
— Понял! А что, не худшая из шуток! Сам придумал?
— Нет, Лонли-Локли научил.
— Иди ты! — Мелифаро жизнерадостно заржал.
Мы сидели в «Обжоре Бунбе». Мой коллега ужинал после тяжелого рабочего дня, а я завтракал перед не менее тяжелой рабочей ночью. Скорее всего, мне предстояло сидеть в собственном кабинете, вдыхать головокружительные весенние запахи, нахально проникающие в казенное помещение из распахнутого окна, и заниматься дыхательной гимнастикой, которой меня действительно научил Лонли-Локли. В этой области наш неулыбчивый сэр Шурф и правда был крупным специалистом…
Начало весны — не лучший сезон для склейки разбитых сердец, так что я был не самым счастливым человеком в последнее время. Если бы Мелифаро был знаком со мной дольше полугода, он безошибочно смог бы понять это по ядовитым интонациям моих, обычно безобидных, шуточек… Грешные Магистры, а ведь действительно — еще и полугода не прошло с тех пор, как я оказался в Ехо! Я изумленно покачал головой.
— Ты чего? — полюбопытствовал Мелифаро.
— Вспомнил, сколько я тут торчу. Всего ничего получается, а…
— А сколько народу загубил! — уважительно подхватил Мелифаро. — А какие планы на будущее!..
— Не без того! — хмыкнул я. — Вы у меня еще все попляшете!
— Джуффин просил тебе передать, чтобы ты не слишком тщательно пережевывал! — отсмеявшись, сообщил Мелифаро. В его голосе чувствовалась легкая зависть.
— Он хочет испытать на мне какую-нибудь новую клизму, так, что ли? Его надежды напрасны: мой желудок способен переварить и вовсе непрожеванные куски! — сварливо отозвался я.

Но сердце радостно екнуло: если сэр Джуффин затеял торжественное возложение на мои плечи какой-нибудь неразрешимой проблемы… Грешные Магистры, это же именно то, что мне требуется!

Мелифаро вздохнул.
— Он собирается с тобой секретничать. На челе нашего шефа огромными буквами начертано: «Осторожно! Страшная тайна!» Думаю, тебе предстоит перегрызть глотки нескольким десяткам мятежных Магистров, чтобы вырвать из их преступных рук великий секрет какого-нибудь Вселенского слабительного… Подозреваю, что мне суждено всю жизнь оставаться несведущим свидетелем ваших зловещих интриг!
— Тогда я пошел. «Зловещие интриги» — это звучит слишком соблазнительно.
— Ты что, и доедать не будешь? Сгоришь ты на работе, Ночной Кошмар… А я еще попляшу на кучке твоего пепла!
— Не буду ни доедать, ни платить! — гордо сказал я, запахнувшись в теплую Мантию Смерти. — Я такой страшный, что мне все можно! Так что на твоем месте я бы не особенно рассчитывал на балетную карьеру, бедняга…
С этими словами я стремительно стартовал: наш диалог мог продолжаться бесконечно, а меня окрыляла гремучая смесь любопытства пополам с надеждой.

Сэр Джуффин Халли как раз принюхивался к содержимому кувшина с камрой. Удовлетворенно кивнул и наполнил кружку.
— Эксперимента ради изменил своим принципам. Эта камра не из «Обжоры», Макс. Заказал ее в «Толстяке на повороте». Дай, думаю, узнаю, чем это женушка нашего Луукфи на жизнь зарабатывает? Оказалось, очень неплохо… Ты уже был там когда-нибудь?
Я помотал головой.
— Это очень нехорошо. Непатриотично, я бы сказал! Раз уж хозяйка «Толстяка» — жена нашего коллеги, значит, мы просто обязаны… Да ты садись, Макс! Мог бы и доесть, между прочим. Что-то я тебя не узнаю: променять еду на работу…
— Не вы один у нас любопытный! — вздохнул я. — Все-то вы обо мне знаете, Джуффин. Даже о том, что остается на дне моей тарелки, — уму непостижимо!
— Не все, а только самое важное… У меня к тебе серьезный разговор, Макс. Действительно очень серьезный. Хочу озадачить тебя одной проблемой.

— Наконец-то! — с восторгом сказал я и полез в карман за свертком с окурками, которые благополучно продолжал извлекать из Щели между Мирами. То есть из-под собственной подушки.

Педагогическая система сэра Мабы Калоха такова: очень много маленьких пряников и ни одного кнута. Действует безотказно. Измученный отвратительным привкусом местного табака, я целыми днями таскал сигареты с недостижимой территории собственной родины, не слишком ломая голову, чтобы понять, как это у меня получается…
— Я с самого начала приберегал эту задачку для тебя, — заговорил Джуффин. — Только мне казалось, что потребуется ждать несколько лет, дать тебе время привыкнуть к нашему Миру… А оказалось, что это не нужно: ты и так уже привык — дальше некуда!
— Я только что сам об этом думал, — кивнул я. — До меня вдруг дошло, что мы с Мелифаро знакомы меньше чем полгода. А ведь вы привели его в дом всего через пару дюжин дней после того, как я… Рехнуться можно!
— Да уж, — Джуффин пожал плечами. — Мне самому твои темпы кажутся фантастическими. И ведь вроде бы знал, с каким шустрым господином связался, а все равно удивляюсь… Так что я уверен, ты справишься. Да и момент сейчас самый подходящий… Небольшое путешествие на край света — именно то, что тебе требуется, так ведь?
— Джуффин, — жалобно попросил я, — не тяните! Вы меня уже так заинтриговали, что голова кругом.
— Да я и не тяну. Просто жду, пока ты нальешь себе еще камры, усядешься поудобнее, закуришь и приготовишься слушать. История длинная, Макс. И очень запутанная.
— Дырку над вами в небе, сэр! Я обожаю длинные запутанные истории!

— Что-то неладное творится с моим родным городом Кеттари, Макс.
Я даже рот открыл: чего-чего, но такого начала я не предвидел, это уж точно! Джуффин понимающе улыбнулся.
— Твои познания в географии Соединенного Королевства пока не слишком глубоки…
— Не щадите мое самолюбие, сэр, я никогда не беру его с собой, выходя из дома! Я совершенно не знаю вашей географии. Это — медицинский факт.

Джуффин кивнул и развернул карту. Я зачарованно уставился на нее: местная картография — отдельная область искусства! Коротко остриженный узкий ноготь моего шефа сухо постукивал по маленькому пестрому пятнышку, приютившемуся где-то на западе среди изящно вычерченных горных пиков.

— Это Кеттари, Макс. А Ехо — вот здесь, видишь? — Ноготь хищно царапнул миниатюрное изображение городка в нижней части карты. — Не так уж далеко, хотя… В общем, не так уж и близко! Знаешь, что значит этот пестрый кружок?
Я помотал головой.
— Это значит, что основным занятием жителей города являются разного рода прикладные искусства… Испокон веков Кеттари был знаменит своими коврами. Даже во времена моей юности они были неподражаемы, хотя тогда в Мире было куда больше фантастических вещей, чем сейчас… Таких шикарных ковров до сих пор нигде больше не делают. Разумеется, столица охотно торгует с Кеттари: здесь любят роскошь!
— Тот огромный ковер цвета темного янтаря, что лежит у вас в гостиной, оттуда! Я угадал?
— Угадал. Почему ты так подумал?
— Потому что… Потому что по краям вышита надпись: «Мед Кеттари»! — Я рассмеялся. Джуффин, разумеется, тоже.
— Вурдалака тебе в рот, парень! Ты слушать-то будешь?
— Буду, буду! — Я добавил себе камры и старательно изобразил на лице выражение тяжкого умственного усилия. — Нет, ну правда, рассказывайте!

— Несколько дюжин лет назад в Ехо даже возник обычай ездить в Кеттари большими караванами. Это действительно удобно, так что никого это нововведение не удивляло. Еще тогда я обратил внимание, что каждый караван непременно сопровождает уроженец Кеттари. Но подумал: если мои земляки хотят немного заработать, с какой стати я буду им препятствовать? Разумеется, поначалу не все желающие съездить за покупками соглашались путешествовать в большой компании, да еще и платить за услуги проводника… Было несколько забавных случаев: столичные балбесы не смогли найти дорогу в Кеттари. Возвращались растерянные, несли какую-то чушь, что Кеттари, дескать, разрушен… Удивляться тут нечему: дураков везде хватает, а какие только оправдания не найдет человек для своей глупости! Но все эти истории убедили наших купцов, что небольшая плата Мастеру Предводителю Каравана, как именуют себя мои земляки, — наименьшее из зол. Никому не хочется терять время, терпеть убыток и становиться посмешищем…

— Вы говорите, что взрослые люди в здравом уме не могли найти дорогу в ваш Кеттари? — удивленно переспросил я. — Неужели в Соединенном Королевстве так плохо с дорогами? Я-то думал, что…
— Хороший вопрос, Макс! Этому многие удивлялись: как вообще было возможно заблудиться?! Графство Шимара — не самая отдаленная провинция, да и Кеттари — отнюдь не деревня… Предводители караванов объясняли трудности тем, что большинство городков вокруг Кеттари в Смутные Времена были разрушены. Поскольку жизнь этих населенных пунктов зависела исключительно от нужд провинциальных резиденций Орденов, вокруг которых они были построены, возрождать их не было смысла… Упоминали и о разрушенных дорогах. Это уже казалось немного странным: никогда не слышал, чтобы во время Великой Смуты кто-то разрушал дороги! Да и зачем?.. Был, правда, один смешной случай с одним из Магистров Ордена Потаенной Травы, близким родственником нашего Мелифаро, между прочим! Покидая столицу, парень предвидел, что его будут преследовать, и заставил дорогу, по которой удирал, устремиться в небо. Зрелище было то еще: едешь по дороге и вдруг понимаешь, что она ведет вертикально вверх, к облакам! Я даже предлагал магистру Нуфлину оставить все как есть, но он в те годы был не слишком сговорчив… В общем, дорогу тут же привели в порядок, да и произошло дело не в графстве Шимара, а здесь, в окрестностях Ехо. Так что я здорово сомневался насчет разрушенных дорог. Но потом подумал: если местные жители так говорят, значит, они знают, да и какое мне дело до всего этого!.. Словом, проводникам все верили да и до сих пор верят. А почему нет? Наши купцы возвращаются из Кеттари, нагруженные коврами. И тоже сетуют на ужасное состояние дорог… Кеттарийские ковры, между прочим, становятся все лучше, а путешественники в один голос твердят о красоте и богатстве моего родного городка. Не знаю, не знаю! На моей памяти Кеттари никогда не был таким уж процветающим «культурным центром». Хотя, конечно, все меняется, и хорошо, когда к лучшему!

— А вы сами, — спросил я. — Сколько лет вы там не были, Джуффин?

— Очень долго. И сильно сомневаюсь, что когда-нибудь туда вернусь! В Кеттари у меня не осталось ни друзей, ни родни, так что ни нежность, ни обязательства больше не связывают меня с этой точкой на карте. Я совершенно не сентиментален, как и ты сам, между прочим… Но дело даже не в этом. Существует нечто вроде внутреннего запрета: я знаю, что ехать в Кеттари мне не только не нужно, но и нельзя. А мой опыт свидетельствует, что внутренний запрет — единственный реально существующий… Тебе знакомо подобное чувство, Макс?
Я задумчиво крутил в руках окурок.
— Думаю, что знаю, о чем вы говорите. Настоящий внутренний запрет — великая сила! Только я часто не могу отличить его от прочего хлама: всяких там параноидальных мыслей, суеверных привычек… Вы понимаете, да?
— Еще бы! Не переживай на сей счет: ясность ощущений — дело наживное… Ладно, давай вернемся к делу. Пару лет назад произошла совершенно дикая история. В этот самый кабинет явились два беглых преступника. Один из них истошно орал, что они желают сдаться господину Почтеннейшему Начальнику лично, а второй молчал, уставившись в одну точку… Ребята проходили по ведомству Городской полиции, куда угодили по какому-то пустяковому поводу. Они сбежали из-под стражи, что меня совсем не удивляет: при бардаке, царящем в Бубутиной конторе, это закономерно… Один из беглецов, по имени Мотти Фара, оказался моим земляком. Как и я сам, он не был в Кеттари довольно долго. С начала эпохи Кодекса или еще дольше… Но когда влип в неприятности, решил, что родной город — не худшее место, чтобы скрыться от столичной полиции. Так что ребята отправились в Кеттари. И заблудились.
— И вам кажется, что это уже слишком, да? — понимающе кивнул я. — А может быть, у вашего земляка просто беда с головкой? Ну, знаете, как это бывает?

— Мой земляк не производил впечатление полного идиота, — сухо возразил Джуффин. — По моему скромному разумению, у господина Фары должно было хватить ума, чтобы попасть в родной город. Но у него ничего не вышло. После этой передряги беглецы вернулись в столицу. Вместо того чтобы скрываться, они заявились прямехонько в Дом у Моста, что само по себе почти невероятно. И начали умолять о встрече со мной. Мое любопытство не позволяло пренебречь их просьбой: люди нечасто совершают такие нелепые поступки…

— Часто! — буркнул я. — Еще и не такие…
— По большому счету, ты прав, — улыбнулся Джуффин. — Но у нас, уроженцев Кеттари, практичность в крови!.. Ты не отвлекайся, самое интересное впереди.
— Извините, Джуффин! Что-то я сегодня не в меру веселый…
— Да уж, веселый, нечего сказать! Ты у нас в последнее время такой веселый, что смотреть тошно! — вздохнул шеф.
Он покинул свое кресло, подошел ко мне и неожиданно дернул меня за ухо. Это было так нелепо, что я нервно расхохотался. А отсмеявшись, с изумлением понял, что мое настроение действительно заметно улучшилось. Даже разбитое сердце казалось целехоньким!
— Ты заслужил передышку, — тяжелая рука Джуффина легла на мое плечо. — Это мой маленький подарок. Вообще-то все, что с тобой происходит, ты должен переваривать самостоятельно, без посторонней помощи. Но от любого правила иногда можно отступить — ежели недалеко и ненадолго… Тем более что мне сейчас требуется все твое внимание, а не его жалкие ошметки. Ясно?
Я молча кивнул, наслаждаясь отсутствием привычной ноющей боли в груди, верной спутницы каждой моей утраты… Джуффин вернулся на место и продолжил рассказ.

— Мой земляк выглядел смертельно перепуганным. Он утверждал, что Кеттари исчез. Вернее, лежит в руинах! Его спутник находился в сумеречном состоянии рассудка, а безумием от него пахло, как потом от фермера! Беднягу пришлось отправить в Приют Безумных, какая уж там тюрьма: он и имя-то свое грешное не мог выговорить, только мычал… Но сам Мотти Фара показался мне очень рассудительным господином. Он заявил, что два года в тюрьме Нунда, причитающиеся ему по закону, — сущие пустяки по сравнению с исчезновением нашего с ним родного города… А потом этот истинный патриот Кеттари сделал вот так, — указательным пальцем правой руки Джуффин два раза быстро стукнул себя по кончику носа. — И добавил, что за побег я ему, как земляк земляку, прибавлять не стану. Это наш любимый кеттарийский жест, Макс! Он означает, что два хороших человека всегда могут договориться. Я так расчувствовался, что был готов и вовсе его отпустить, но, к сожалению, Бубутины ребята уже знали, что хитрец сидит у меня под крылышком… Вот это я понимаю, патриотизм!

Я не мог сдержать улыбку: столько убийственной иронии было в интонации шефа.
— Пошли дальше, Макс. Через несколько дней из Кеттари прибыл очередной караван, нагруженный коврами. Пару дюжин надежных свидетелей процветания этого славного городка. Я мог расслабиться: все-таки мои беглецы просто заблудились! Но какой-то голос внутри меня упрямо твердил, что все не так просто… А уж если я обдумываю какую-то проблему дольше одного дня, это верный признак того, что дело пахнет кислым. Когда в Мире все в порядке, я и сплю спокойно. Такой уж у меня организм! У тебя, кстати, тоже, если я не ошибаюсь…
Я кокетливо вздохнул.
— Куда мне, сэр! Мой покой зависит от более приземленных вещей. Если не забыл сходить перед сном в уборную — сплю как убитый, если забыл — ворочаюсь с боку на бок и терзаюсь мрачными предчувствиями касательно ближайшего будущего Вселенной… Я же очень примитивно устроен, разве вы не знаете?
Джуффин ухмыльнулся и подлил мне камры: чистосердечное признание заслуживало награды!
— В придачу к моим собственным сомнениям, земляк чуть ли не ежедневно слал мне письма. Герб Королевской каторжной тюрьмы Нунда с тех пор так и стоит у меня перед глазами… Пришлось даже отвести специальный ящичек для его корреспонденции, чтобы не смешивалась с прочими бумагами… Содержание писем не отличалось разнообразием. Вот, взгляни на одно из них. Это, конечно, бумага: заключенным самопишущие таблички не положены. Но ведь, насколько мне известно, ты привык к бумаге?




следующая страница >>