prosdo.ru
добавить свой файл
1 2 3 ... 24 25

Глава 1

Переправа Ли, нулевая миля


На так называемой переправе Ли, вечером накануне отплытия, Джей Ти, облокотившись на поручни своего восемнадцатифутового неопренового плота, неторопливо потягивал из банки пиво и сосредоточенно вспоминал, сколько же все таки раз его плот переворачивался в Гермите.

В недрах Внутреннего ущелья, в девяносто пяти милях от переправы Ли, валуны, принесенные с Гермит Крик, угрожающе выступали в потоке, образуя своего рода «американские горки». Это место в каньоне наиболее примечательно своими порогами. Волны здесь то подбрасывают плот, то швыряют в яростный водоворот, иногда с легкостью переворачивая его. Джей Ти стремился выдерживать курс, который позволил бы пассажирам получить максимум впечатлений от бешеной скачки, но при этом не оказаться в воде. Проблема состояла в том, что порой плот выходил из под контроля, в частности из за неравномерной загруженности. При этом, когда происходило лобовое столкновение со встречным валом, они взмывали в воздух, вокруг клокотала вода, и Джей Ти всей своей тяжестью наваливался на весла, чувствуя, как они ходят туда сюда. Бывало, он оказывался за бортом, в бурлящей воде, определяя, где верх, где низ, только по белому днищу плота, обычно находившегося совсем рядом. Такое случалось не однажды за тридцать лет, и хотя непременно находились те, кто не считал, что из подобных ситуаций можно извлечь какой либо положительный опыт, все окупалось с лихвой, стоило посмотреть на выражение лиц остальных, втаскиваемых им на днище опрокинутого плота. Шок, возбуждение, радость, страх, адреналин и снова радость… Неподдельный восторг людей, выживших в плавании по самой могучей реке Северного полушария.

Джей Ти подсчитал, сколько раз он переворачивался. Всего пять, если не подводит память.

Допив пиво, он бросил пустую банку в мешок для мусора на берегу и полез в сетку за следующей порцией. Солнце еще стояло высоко, темно зеленая вода обжигала холодом, если нога или рука оказывались в ней даже на несколько секунд. На противоположном берегу к воде спускались коричневые склоны холмов, поросшие сосняком, шалфеем и можжевельником. Ниже по реке розовые утесы отмечали начало Мраморного каньона.


Джей Ти был руководителем группы – то есть человеком, принимавшим принципиально важные решения в течение дня: где остановиться на привал, какое расстояние пройти, не задержаться ли в том или ином месте на целый день. Если появлялся проблемный пассажир, Джею Ти надлежало адаптировать его к предлагаемым обстоятельствам; если кто то получал травму, Джей Ти решал, стоит ли его эвакуировать. Джей Ти был готов исполнять обязанности главного не более двух раз в сезон: если задаться целью получать на этом поприще больше денег, то следует практически отказаться ото сна.

На берегу Дикси и Эбо, его помощники, укладывали палатки в огромный прорезиненный мешок. Джей Ти устал, проголодался и подумал, что было бы лучше, если бы они приготовили ему хороший ужин. Ведь после того как все утро во Флагстаффе пришлось заниматься погрузкой машины, они три часа добирались до переправы Ли, а потом целый день, под палящим солнцем, снаряжали свой плот. Пляж на переправе Ли был единственным на реке подходящим местом для спуска его на воду, а потому там было тесно и от людей, и от различных плавсредств. Здесь стояли два больших моторных и дюжина гребных плотов, а также целая флотилия разноцветных каяков. Пляж был завален коробками из под снаряжения, пакетами, веслами, спасательными жилетами, бутылками для воды. Это была настоящая барахолка, ориентированная на речников. И тем не менее, несмотря на хаос, все в точности знали, где находится та или иная вещь. В общем, Джей Ти понимал, что завтра к десяти часам все будет должным образом погружено.

Высоко в небе медленно кружит гриф, широко раскинув окаймленные белыми перьями крылья. На плотах расставили шезлонги и, конечно, зонтики, чтобы укрываться от солнца, однако никто пока не садился – еще слишком много дел, пусть даже их и выполняют с банкой пива в руках. На берегу Эбо, рафтер инструктор, заклеивает какую то книжку скотчем, а Дикси, которая поведет третий плот, готовит импровизированный ужин. На ней желтый топик и синий саронг, завязанный где то на бедрах. Мокрые пряди волос рассыпались по плечам.


– Почему у нас только пять сандвичей? – спросила она.

– Четыре мне, пятый пополам вам с Джеем Ти, – отозвался Эбо.

– Очень смешно. Кто то останется голодным, но уж точно не я.

Джей Ти украдкой улыбнулся. Все таки хорошо, что эти двое – в его команде. На Эбо можно положиться, если нужно будет сбросить напряжение; ему тридцать пять, он высок и худощав, с выгоревшими каштановыми волосами и ярко синими глазами. Никто не знал его настоящего имени, родом он был откуда то со Среднего Запада, изучал геологию в Аризонском университете, после того как раз проплыл по реке, решил возвращаться к лекциям. Зимой он подрабатывал строителем и расчищал лыжные спуски. Поговаривали, что у него сын от некоей калифорнийки, занимавшейся кинопродюсированием, с которой он познакомился в процессе одного из спусков по Колорадо. С точки зрения Джея Ти, Эбо был хорошим гидом – он не только был очень коммуникабельным, но и, как геолог любитель, знал склоны каньона лучше, чем кто бы то ни было другой.

Дикси Энн Джиллис было двадцать семь. Она относительно недавно стала гидом и успела провести лишь одну экспедицию с Джеем Ти. Тем не менее он уже имел возможность понаблюдать за тем, как она спасает незадачливого гребца в Саду камней. По поводу весьма многих вопросов Дикси имела свое непреклонное мнение, и Джею Ти это нравилось. Если бы его разбудили и спросили, влюблен ли он в Дикси, ответ, несомненно, был бы положительным, хотя все знали, что в Таксоне у нее остался парень, чью фотографию она носила в коробке со снаряжением. Джей Ти был не из тех, кто разрушает чужое счастье. И потом, после ста двадцати пяти спусков, он знал, как быстротечно все, что происходит на Колорадо, – можно влюбиться за считанные секунды, не успев даже миновать Мраморный каньон. Таков уж удел речного гида – постоянно влюбляться; Джей Ти уже отдал этому дань. Если он и научился чему нибудь, так это тому, что в подобных ситуациях лучше отойти в сторонку и не вмешиваться.

Джей Ти открыл ящик со снаряжением, стоящий у его ног, достал оттуда список пассажиров и пробежал глазами имена и пометки. Изначально предполагалось, что группа будет состоять из четырнадцати туристов, но в последний момент одна пара отказалась, а значит, придется заново распределять посадочные места, так чтобы сохранить балансировку. Оказалось, что среди путешественников двое вегетарианцев, троим запрещены молочные продукты, один «обожает мясо». У большинства – нулевой опыт рафтинга, что и неудивительно; один даже не умеет плавать – это уже хуже. Будет на борту и парочка детей, ну, в конце концов, и слава Богу – они обычно вносят нотку веселой бестолковости, столь недостающей взрослым, нередко впадающим в слишком благоговейное созерцание природы. Джей Ти решил непременно вменить мальчикам какую нибудь должностную обязанность – например открывать консервы, – чтобы они почувствовали себя полезными и самостоятельными.

Он продолжил изучение списка. Пара из Вайоминга – Митчелл и Лена; у женщины – аллергия на орехи, шерсть животных и пыльцу. Джей Ти понадеялся, что Лена прихватила с собой упаковку бенадрила. Кроме того, собираются приобщиться к экстремальному туризму мать и дочь – Сьюзен и Эми; потребует к себе внимание и молодой человек, не умеющий плавать, – некто Питер из Огайо, двадцать семь лет, путешествует соло.

Итого двадцать семь душ. Джей Ти взглянул на Дикси, сосредоточенно завязывавшую на себе цветастый саронг. «Даже не думай об этом, – мысленно приказал он Питеру. – Даже не пытайся».

Вечером, когда стемнело, все собрались на борту, пустили по кругу бутылку виски и принялись травить анекдоты, обмениваться новостями и шутить. Примерно в половине десятого, после второго захода, Джей Ти вернулся на свой плот. Он почистил зубы и разложил спальный мешок на большом холодильнике, занимавшем центральную часть плота. Хотя солнце уже село, стены каньона продолжали источать жар. Джей Ти закрепил на лбу фонарик, сел, тщательно смазал ступни лосьоном и надел чистые носки, чтобы кожа не потрескалась. Потом растянулся на спальнике, сцепил руки на затылке и взглянул на россыпь звезд над головой. Кожу ласкал теплый ветерок. Джей Ти машинально отметил, что он расположился прямо под Большой Медведицей и Кассиопеей…


С берега донесся взрыв смеха, но веки у Джея Ти уже слипались. Он изо всех сил пытался держать их открытыми, чтобы еще немного полюбоваться звездами, но уже через минуту крепко заснул.


3 июля

Я пишу в ванной нашего номера, потому что мама разложила все вещи на кроватях и буквально сходит сума, опасаясь, что она забыла что нибудь. Вчера собралась вся наша группа, чтобы мы познакомились друг с другом, а я и мама опоздали. Когда мы вошли, все уставились на меня. Наверное, из за моей огромной футболки. Пожалуйста, пожалуйста, пожалуйста, не заставляйте меня ехать. Там нет моих ровесников, и я все равно ничего не умею. А еще там будет черт знает как жарко и я скорее всего потоплю плот.

Может быть, если я выброшусь из окна, мама не заставит меня ехать?..

Завтра придется встать в половине шестого утра, автобус отходит в половине седьмого. Не знаю, как мне жить, если мать будет две недели стоять над душой. Зачем она потащила меня с собой? Я могла бы побыть дома одна. Но она все время твердит: «Нет нет, Эми, я хочу побыть с тобой, ведь через год ты уедешь в колледж. Нет нет, Эми, я буду беспокоиться. Нет нет, Эми, какой нибудь маньяк обязательно взломает двадцать пять замков на нашей двери».

А еще – кажется, я чем то отравилась.




<< предыдущая страница   следующая страница >>