prosdo.ru
добавить свой файл
1 2 3 4
Джоанн Кэтлин Роулинг


Это народный перевод «Квиддич с древности до наших дней»

«Квиддитч сквозь века»

Предупреждение: если вы разрежете, разорвёте, раскромсаете, изогнёте, сложите вдвое, испортите, изуродуете, измажете, испачкаете, выбросите или уроните эту книгу, если вы нанесёте ей какой-либо другой ущерб или же проявите к ней неуважение, то последствия будут настолько ужасны, насколько будет в моей власти сделать их таковыми.

Ирма Пинс, библиотекарь Хогвартса

Кеннильворти Висп

«Квиддитч сквозь века»

Bloomsbury

в сотрудничестве с «Книги Волшеб Ника»

Лондон,

Диагон Аллея, 129б

О книге «Квиддитч сквозь века»

Благодаря тщательным исследованиям Кеннильворти Виспа перед нами открылась настоящая сокровищница неизвестных до сих пор фактов о спорте колдунов. Увлекательное чтение.

Батильда Хлоп. История магии

Висп создал замечательную книгу. Поклонники квиддитча сочтут её и полезной, и развлекательной.

Редактор журнала «Все мётлы»

Исключительная работа о происхождении и об истории квиддитча. Настоятельно рекомендую.

Брут Скримгер. Откровение Отбивающих

Мистер Висп — безусловно, многообещающий автор. Если он продолжит успешно работать, то однажды он может даже оказаться на одной фотографии со мной!

Гилдерой Локхарт. Чудесный я.

Спорим, книга станет бестселлером. Ну же, спорим.

Людо Коробейник, защитник «Осмингтонских Ос» и сборной Англии.

Я читала и хуже.

Рита Москита, «Ежедневный оракул»

Об авторе Кеннильворти Висп — известный эксперт (и, по его словам, фанатик) квиддитча. Он является автором ряда книг, связанных с квиддитчем, среди них «Волшебство „Вигтаунских Воителей“, „Он летал как безумец“ (биография „Опасного“ Дая Левеллина) и „Бьём Бладжеры! Способы защиты в квиддитче“. Кеннильворти Висп делит своё время между домом в Ноттингемшире и тем стадионом, „где „Вигтаунские Воители“ играют на этой неделе“. Его хобби включают нарды, вегетарианскую кухню и коллекционирование мётел старых моделей.

Предисловие

«Квиддитч сквозь века» — одна из наиболее популярных книг библиотеки Хогвартса. Мадам Пинс, наш библиотекарь, сообщила мне, что эту книгу «молотят, колотят и ею всячески помыкают» почти каждый день, а это высокая оценка для любой книги. Игроки в квиддитч и болельщики безусловно получат удовольствие от книги господина Виспа, равно как и читатели, интересующиеся колдовской историей. Мы усовершенствовали квиддитч, и он усовершенствовал нас. Квиддитч объединяет ведьм и колдунов всех слоёв общества, собирая нас вместе в моменты веселья, триумфа и даже (для болельщиков «Палящих Пушек») отчаяния. Я вынужден признаться, что мне стоило труда уговорить мадам Пинс расстаться с одним из экземпляров, хотя бы на день, а это высокая оценка для любой книги. Игроки в квиддитч и болельщики безусловно получат удовольствие от книги господина Виспа, равно как и читатели, интересующиеся колдовской историей. Мы усовершенствовали квиддитч, и он усовершенствовал нас. Квиддитч объединяет ведьм и колдунов всех слоёв общества, собирая нас вместе в моменты веселья, триумфа и даже (для болельщиков «Палящих Пушек») отчаяния. Я вынужден признаться, что мне стоило труда уговорить мадам Пинс расстаться с объяснения мадам Пинс специально для ведьм и колдунов, приобретших эту книгу. «Comic Relief» борется с помощью смеха с бедностью, несправедливостью и бедствиями. Популярные развлечения превращаются в значительные суммы денег (174 миллиона фунтов стерлингов с момента основания в 1985 — более тридцати четырех миллионов Галеонов). Покупая эту книгу — а я советую вам купить её, так как в результате слишком длительного чтения этой книги без оплаты вы подпадёте под Воровское проклятие, — вы также сможете внести свой вклад в эту магическую деятельность. Я бы обманул читателей, если бы сказал, что это объяснение удовлетворило мадам Пинс и убедило её передать библиотечную книгу магглам. Она предложила несколько альтернатив, как, например, сообщить «Comic Relief», что библиотека сгорела, или просто сделать вид, что я скоропостижно скончался, не оставив указаний. Когда я сказал, что я по-прежнему предпочитаю мой изначальный план, она неохотно согласилась передать книгу. Несмотря на это, в тот момент, когда ей представало расстаться с книгой, самообладание изменило ей и мне пришлось по одному отрывать её пальцы от корешка. Хотя я и снял обычные библиотечные заклятия, я не могу обещать, что все чары рассеялись: известно, что мадам Пинс склонна накладывать необычные заклинания на вверенные ей книги. В прошлом году я сам в задумчивости начал что-то рисовать на «Принципах полиморфных преобразований» и в тот же момент почувствовал, что книга бьёт меня по голове. Пожалуйста, обращайтесь с этой книгой осторожно. Не вырывайте страницы. Не бросайте её в ванну. Я не могу обещать, что мадам Пинс не набросится на вас, где бы вы ни были, и не наложит большой штраф. Всё, что мне остаётся, — это поблагодарить вас за поддержку «Comic Relief» и попросить магглов не пытаться играть в квиддитч дома — это полностью вымышленный спорт и в него никто, конечно же, не играет. Я также хотел бы воспользоваться этой возможностью и пожелать «Дружной Луже» удачи в следующем сезоне.


Албус Дамблдор

Глава первая Эволюция летающей метлы.

Ещё ни одно придуманное волшебное заклинание не позволяет магу летать самостоятельно, при этом оставаясь человеком. Те зверомаги, которые превращаются в крылатых животных, конечно, могут насладиться полётом, но они, разумеется, редкость. Ведьма или волшебник, превращённые, скажем, в летучую мышь и оказавшиеся в воздухе, конечно, смогут полетать, но беда в том, что с мозгом летучей мыши они забудут, куда направлялись, ещё взлетая.

Левитация проста, но нашим предкам мало было подниматься на несколько футов от земли. Им хотелось большего — парить как птицы, но без неудобно растущих перьев. Сейчас мы уже привыкли, что каждая волшебная семья имеет как минимум одну летающую метлу, но мы редко спрашиваем себя, почему. Почему обычная, казалось бы, метёлка стала единственным предметом, разрешённым считаться легальным волшебным транспортом? Почему мы, жители запада, не летаем на коврах, которые так любят восточные маги? И почему не летающие бочки, кресла, ванны… Почему мётлы? Волшебники считали магглов корыстными и глупыми людьми. Они догадывались, что их соседи-магглы стали бы использовать их волшебные способности в свою пользу, узнав их реальные возможности. Так что ведьмам и волшебникам приходилось быть крайне осторожными и до того, как вышло Международное постановление о магической секретности. Поэтому, если они хотели иметь возможность летать, то транспорт должен был быть таким, чтобы его легко можно было скрыть. И тут появляется метла. Ведь она была идеальным решением этой проблемы; такой простой предмет быта не привлекал внимания магглов, её легко переносить, и стоила она дёшево. Тем не менее, первые мётлы, заколдованные для полётов, всё же имели свои недостатки. Документы показывают, что европейские ведьмы и волшебники используют мётлы аж с 962 г. до н. э. В древнем германском манускрипте того периода времени изображены люди, слезающие с мётел с лицами, явно не выражающими наслаждения от полёта. Гарти Локрин, шотландский волшебник начала XII века, пишет, что он бы с большим удовольствием посидел на бутылочных осколках и не заработал бы геморрой, от которого страдал после полётов на метёлочке…


Средневековая метла, представленная в Музее квиддитча в Лондоне, даёт объяснение дискомфорту Локрина. Тонкая буроватая ручка из необработанного ясеня, с веточками орешника, грубо обрубленными у верхушки, — уж это ни комфортабельно, ни аэродинамично. Заклятья, наложенные на такую метлу, примитивны: она полетит вперёд, на малой скорости, поднимется, опустится и остановится. Так как семьи волшебников сами мастерили себе мётлы, возникли большие изменения в её скорости, комфорте и управлении. К XII веку, впрочем, маги научились меняться удобствами, так что волшебник, делавший отличные мётлы, мог обменять метлу на зелье, которое его сосед делал лучше его. И вот в один прекрасный день мётлы стали удобными. Теперь на них летают больше для удовольствия, чем для того, чтобы добраться из пункта А в пункт В.

Глава вторая Старинные игры на мётлах

Спортивные состязания на метлах возникли практически сразу после того, как мётлы были усовершенствованы настолько, чтобы поворачивать, а также изменять высоту и скорость полёта. Раннеколдовские тексты и изображения позволяют нам предположить, как выглядели игры наших предков. Многие уже исчезли, другие сохранились или же, изменившись, стали сегодняшними спортивными состязаниями. Прославленные шведские ежегодные гонки на метлах восходят к X веку. Участники преодолевают немногим более трехсот миль — от Коппаберга до Арьеплога. Путь проходит через заповедник драконов, а серебряный приз победителя имеет форму шведского Короткорыла. Сегодня гонки являются событием международного масштаба — колдуны всех стран собираются в Коппаберге, чтобы ободрить вышедших на старт, а затем телепортируются в Арьеплог, дабы приветствовать доживших до финиша. Знаменитая картина «Guenther der Gewalttaetige ist der Gewinner» («Гюнтер Грозный — Победитель»), датируемая 1105 годом, представляет древнегерманскую игру штихшток. Двадцатифутовый шест был увенчан надутым драконьим пузырем. Задачей одного из игроков, привязанного за талию к столбу верёвкой, была защита этого пузыря. Верёвка не позволяла защитнику отлететь от столба более чем на десять футов. Все остальные игроки по очереди подлетали к пузырю и пытались проколоть его заострённым концом своих мётел. Защитник мог пользоваться своей палочкой для отражения атаки. Игра прекращалась, если пузырь был проколот, если защитник смог заклятьями вывести всех остальных игроков из строя или если он падал от изнеможения. В штихшток перестали играть в XIV веке. В Ирландии большое распространение получила игра айнгигейн. Она воспета во многих ирландских балладах (утверждается, что легендарный волшебник «Фанатик» Финган был чемпионом по айнгигейну). В этой игре игроки один за другим хватают мяч (называемый «дом») — на самом деле использовался желчный пузырь козы — и пытаются пролететь с ним через цепочку горящих бочек, подвешенных высоко в воздухе. Пузырь должен быть проброшен через бочки. Игрок, ухитрившийся пробросить его через все бочки быстрее всех и не загореться, считается победителем. Шотландия является родиной одной из самых опасных игр на метлах — креотценна. Эта игра описана в трагической гэльской поэме XII века. Первые строфы этой поэмы в современном переводе звучат следующим образом:


Вот дюжина смелых, здоровых парней

Укрепили котлы и готовы взлететь.

Их в небо рог зовёт поскорей — Но десяти суждено умереть… Каждый игрок в креотценн привязывал к голове котёл. По сигналу рога или барабана до сотни заколдованных обломков скал и камней, которые до этого висели в сотне футов над землёй, падают на землю. Игроки в креотценн взлетают в воздух и пытаются поймать в свои котлы как можно больше камней. Эта игра пользовалась большой популярностью в средние века, и многие шотландские волшебники считали её отличной проверкой на мужество и храбрость, несмотря на огромное количество несчастных случаев, происходивших во время игры. Игра была запрещена в 1762 году, и хотя Магнус «Вмятоголовый» Макдональд организовал в 60-х годах XIX века кампанию по возвращению креотценна, Министерство магии отказалось вновь разрешать эту игру. Игра сдвигудар была популярна в Англии, в Девоне. Она напоминает грубую форму дуэли, где основная цель игроков заключается в том, чтобы спихнуть с мётел как можно больше соперников. Победителем считается последний игрок, удержавшийся на метле. Игра деретеннис появилась в Херефордшире. Как и в штихштоке, в этой игре используется надутый пузырь, обычно свиной. Игроки садятся задом наперёд на свои мётлы и бьют прутьями метлы по пузырю, перебрасывая его взад-вперёд через ограду. Если один из игроков не попадает по пузырю, то его противнику засчитывается одно очко. Победителем становится игрок, первым набравший 50 очков. В деретеннис до сих пор играют в Англии, хотя эта игра никогда не была особенно популярной. Сдвигудар дожил до наших дней только в качестве детской забавы. Однако на болоте Квирдитч родилась игра, которая в один прекрасный день стала самой популярной среди волшебников.

Глава третья Игра с болота Квирдитч

Своим знанием о зарождении квиддитча мы обязаны запискам ведьмы Герти Кеддл, жившей на краю болота Квирдитч в XI веке. К счастью для нас, она вела дневник, находящийся сегодня в Музее квиддитча в Лондоне. Отрывки, представленные ниже, являются переводом с неграмотного саксонского. Вторник. Жарко. Эта компания с другой стороны болота снова была здесь. Играют в дурацкую игру на мётлах. Большой кожаный мяч угодил в мою капусту. Я заколдовала того, кто пришёл его забрать. Он мне ещё полетает коленками назад, боров! Вторник. Сыро. Была на болоте, собирала крапиву. Идиоты на мётлах снова играют. Немного посмотрела из-за утёса. У них новый мяч: бросают его друг другу и пытаются засунуть в деревья с противоположных концов болота. Вздор, бессмысленный вздор! Вторник. Ветрено. Гвеног зашла на чашку крапивы, затем пригласила меня развлечься. Закончилось всё наблюдением за тем, как эти балбесы играют в свою игру на болоте. Этот большой шотландский колдун с холма тоже был там. Теперь у них есть ещё два тяжелых валуна, старающихся сбить их с мётел. К сожалению, пока я смотрела, этого не произошло. Гвеног сказала, что она сама часто играет. Ушла домой с отвращением. Эти отрывки сообщают нам много больше, чем Герти Кеддл могла бы догадаться — вне всякой зависимости от того, что она знала название только одного дня недели. Во-первых, мяч, угодивший на её капустную грядку, был сделан из кожи, как и сегодняшний Кваффл. Надутые пузыри, использовавшиеся в других играх на мётлах того времени, было бы сложно прицельно бросать, особенно при ветре. Во-вторых, Герти пишет, что игроки «пытаются засунуть мяч в деревья с противоположных концов болота» — очевидно, ранний способ забивания голов. В-третьих, она упоминает предшественников Бладжеров. Чрезвычайно интересно присутствие «большого шотландского колдуна» — был ли он игроком в креотценн? Его ли идеей было заколдовать валуны, так чтобы они угрожающе летали по полю, подобно камням в его родной игре? Мы не находим дальнейших упоминаний об игре с болота Квирдитч вплоть до XII века, когда колдун Гудвин Нин взялся за перо, дабы написать своему норвежскому родственнику Олафу. Нин жил в Йоркшире — что показывает распространение игры в Британии за сто лет, прошедших с момента, когда Герти Кеддл впервые засвидетельствовала её. Письмо Нина хранится в архивах норвежского Министерства магии.


Дорогой Олаф! Как дела? У меня все хорошо, хотя Гунхильда и подцепила драконью слепоту. В прошлую субботу мы смогли насладиться игрой в куиддич — и это несмотря на то, что Гунхильда не могла быть Хватателем, и её пришлось заменить кузнецом Рэдальфом. Команда из Илкли играла хорошо, но — куда им до нас! Мы упорно тренировались целый месяц и забили сорок два раза. Рэдальф получил Бладером по голове, из-за того, что старик Угга со своей дубинкой был не слишком быстр. Новые бочки для забивания оказались вполне удачны — по три с каждого конца, укреплены на ходулях. Их нам дала Уна из гостиницы. По случаю нашей победы она же целую ночь угощала нас бесплатным мёдом. Гунхильда была не очень довольна моим поздним возвращением… Мне пришлось уворачиваться от пары мерзких заклятий, но теперь всё в порядке. Посылаю с лучшей совой, которую удалось достать. Надеюсь, она справится.

Твой брат.

Гудвин Мы видим, какой прогресс произошел в развитии игры за сто лет. Жена Гудвина была Хватателем — возможно, устаревшее название Нападающего. Бладер (безусловно, Бладжер), ударивший кузнеца Рэдальфа, должен был быть отбит Уггой — очевидно, бывшим Отбивающим, так как именно он был вооружен дубинкой. Воротами теперь служили не деревья, а бочки, установленные на ходулях. Тем не менее, один важный элемент игры всё ещё отсутствовал — золотой Снитч. Четвёртый квиддитчный мяч был добавлен не раньше середины XIII века, и произошло это довольно странным образом.




следующая страница >>