prosdo.ru
добавить свой файл
1 2 3
в ожидании совы

P. S. Что внутреннего «я» не нашли, это понятно, ибо - такового действительно нет! Ты вышел вовне, где тебе ослепительно - свет, ставший Словом... Посторонитесь же, совы! Я слишком долго вас ждал, а теперь в вас отпала нужда.
прозрение, как утоление жажды

власть твоего имени
Он называл себя берегом и, поэтому, выглядел

Соответственно имени: пустошью и скалой!

А а потом он назвал себя выменем,

А море назвал смолой,
Что течет из имен - играя:

Гонит волну за волной!

Навсегда застывая у края,

Что едва отделен скалой -
Ведь земля остается плоской...

А тебя он назвал дорогая,

И стала ты дорогой -

Обернувшись белой полоской,
Что делит небо и землю!

И все же - всегда под рукой

(ведь дорога - всегда под ногой)...

И поэтому я не приемлю власть твоего имени!
Ведь я не хочу быть выменем

И не хочу застывать:

Это море-аморе продолжает играть

И - изгибать прямые,
И - плоскости раздвигать.


А счастье, не правда ли, странный звук

В этом слаженном хоре и на этом просторе?

Если ты не во власти счастья...

Если ты не во власти рук -
Ибо ты во всем разговоре!

Если ты как берег и море...

Если ты за волной волна -

То в тебе тишина и горе...
То в тебе тишина и счастье...

То и ты на этом просторе не просто величина,

Которая может быть частью!

Которой вдруг повезло...
Ибо - если ты выше зла, ты добро!

Ибо - если ты выше добра, ты зло!

То есть как бы зола добра и как бы зола зла -

И нет у тебя весла!
И нет у тебя рук...

И нет у тебя веревки, чтобы к морю себя приковать:

Это море-аморе продолжает играть!

А счастье, не правда ли, странный звук?

И люди делятся на мертвых и живых,

Помимо тех, кто плавает по морю:

Им предстоит решать, куда вернуться?

Какою им природой обернуться -
Какою переменчивой погодой...
Ведь люди делятся на мертвых и живых:

В земной коре безумствуют уроды -

На их плечах не просто устоять

Тому, кто ждет ладью на берегу!
Или уже готов сойти с ладьи

На плечи твердокаменных уродов...
Тебя не пожелаешь и врагу:

Ведь ты желаешь своды раздвигать -

Где люди делятся на мертвых и живых...

А я всего лишь эта птичья рать -
Которую возможно собирать!
Или - рассыпать песней на просторе

Где люди делятся на мертвых и живых

И разделяют счастье или горе...

Помимо тех, кто плавает по морю.

легковесный текст о тяжести
Селение праведных, тот город на Неве:

Совсем не тот, что город на болоте -

Где бегемота тянут из болота!

Чтоб не смотрел он на людскую рвоту...
Селение праведных, тот город на Неве:

Как будто море ему стало небом!

И вот Нева уже как колос хлеба,

Пленительный как «Завтрак на траве» -
Раскинется как устье в синеве!

А мы с тобою на вершине устья:

Нектар нам поднесет нагая юность -

И место на болоте станет пусто
От рвоты и от прочих бегемотов...

И мы начнем с обычного полета:

Ведь город тот воздвигнут демиургом!

Прозрачна ночь, ей имя легион...
Прекрасны бесы как невидимые пурги -

Поскольку отлетают прочь!


p. s. ты ли свет, который ослеп? ты ли тьма, возжелавшая зрения? у моего поколения жизнь прошла в ожидании совы... а теперь в моих совах отпала нужда!
и опять, и опять утоление жажды и зрения


крысолов в горах
Крысолов, уведи за собой Москву!

Уведи из Москвы Москву...

Уведи из тоски тоску

Пистолета, что у виска -

Маяковского пистолета!

Ибо - лгут, что стрелял он в сердце

(сердцу голову расколов разукрашенной черепицей)...

Посреди бесконечной Леты

Недоступного вечного Болдино -
Не могло такого случится!
Крысолов, уведи через Лету

Разукрашенную любовь

И продажную нашу культуру -

Всю несчастную нашу родину,
Что описана в литературе недоступного вечного Болдино...
И оставь мне другую реальность,

Расколовшую разум сердца

(сохранив его гениальность, невозможную у людей:

Приподняв на крылах лебедей -
Дабы в горы вести лишь вершины...
Я оставил тебя в долине

(я оставил тебе все лучшее)

И забрал с собой только худшее -

Чтобы медленно поднималось, становясь вершинами гор:
Открывая тебе простор.

крысолов в горах
Любовь, которая мне стоила так много,

С состарившимся сердцем возвратилась!

Но привела смеющиеся лица,

Которые как будто осветились -
Как будто из ночи придя к огню!
Любовь, которой не было, но - будет

(поскольку никогда не позабудет),

Состарила мне сердце, охладила...

А после этот холод осветила -
Как освещают горную вершину!
Я положил, что я ей Крысолов,

Что за собой уводит из долины

Смеющиеся горные вершины...

Я полагал, поскольку я не знал
Ее других даров, что старят сердце -
Поскольку ставят ее выше солнца,

Что освещает холод наших лиц...

Что вновь и вновь идут к вершинам сердца!

Поскольку старше сердца лишь любовь.

Итак, пою: печаль моя черства!

Мы продолжаем говорить слова,

Которые плывут меж нами -

Словно ладьи меж островами!
И я стою на этом берегу...

И я с тобой расстаться не могу -

И потому пою о красоте,

Которая приближена к мечте
(которая обижена мечтой...

Которая унижена мечтой...)


Которая как мачта на ладье -

Черна, словно деревья по весне!
И потому без паруса она...
Итак, пою: печаль моя весна!

Поскольку в этом мире нет весны -

Настолько постоянно совершается!

И вот слова нам больше не нужны,
Поскольку совершенство приближается -

И словно прижимается к словам

(как будто с островами обнимается)

Дивясь, насколько же слова скалисты...
Печаль моя черства и камениста.


Что полюблю, уходит от меня:

Как будто день спасается от ночи!

Что разлюблю, становится обильно...

Но будущее - в прошлом зарождается
И из меняет прошлое собой:

Что полюблю, уходит от меня -

И в будущем становится всесильно!

Мне оставляя брошенное в бой
Свое зачатие и зарождение:

Ведь с гения все только начинается -

Как будто бы с явления природы!

Потом деяния его, потом его падение...
В земной коре безумствуют уроды,

На их плечах не просто устоять!

Что полюблю, уходит от меня,

Мне оставляя эту благодать:
Все эти смены дня и смены ночи -

Чтобы затем нисколько не винить

Саму возможность не любить - настолько,

Чтоб изменить любую невозможность,
И далее - возможным полюбить.

Как в пламенем охваченном дому,

Когда любуюсь, гибну - потому

Что не люблю, а только говорю об этом...

И нагота твоя, вся в обрамлении света -
Как в пламенем охваченном дому!
Красивы и жестоки (как кометы)

Являться будут люди, и планета

Нас будет долго на себе носить...

И я солгу тебе немного света,
Где жаворонок будет голосить -
Поскольку есть поэт искусный лжец!

И швец, и жнец, и на дуде игрец...

Но в пламенем охваченном дому,

Когда любуюсь, гибну - потому

Что не люблю, а только говорю об этом...

И вот любовь разгадывает тьму

И в топях Петербург закладывает

(как гати сквозь огонь и Лету) -

Как будто топливо идет сквозь топку:
И мы сгораем, но - неторопливо...
Поскольку лжец поэт весьма счастливый,

Он лжет - ему иного счастья нет!

Покуда лжет поэт не горделиво,

Огонь не жжет, и существует свет.

P. S. В земной коре безумствуют уроды, на их плечах не просто устоять. В земной земле тяжелая природа. В земле небесной - только времена и перемены года!
но Моцарт, вдохновенная свобода

что создать мог Господь, кроме рая?
Любопытные пьют наши слезы,

Иссушают озера, вырезают леса и луга

(остаются чисты как снега или розы)...

Я большая слеза, я как сердце врага -
Мною можно и захлебнуться!
Остаются чисты, но зато они вьются

От нектара к нектару, собирая дары:

Деловиты как пчелы или как топоры...

Я большая слеза, я как сердце горы -
Об меня можно и расколоться!
Любопытные эти пытают любовь,

Любопытные те мою кровь проливают

(словно Ева с Адамам в раю,

Что невинны как дети)...
И стою я у бездны на самом краю:
Ведь пока эти дети играют в раю,

То не знают греха или смерти -

Ведь из смерти они возвращаются!

И грехи не совсем получаются...
И стою я у бездны вселенских проблем,
Разделяющих небо и небыль!

И смотрю свысока на живущих в раю:

Я пою соловьем, и внимают они соловью -

Как внимают снега или розы...
Любопытные пьют наши слезы.

Если видишь чужими глазами,

То и любишь чужой любовью!

Я к тебе прихожу небесами,

Как приходит волна к изголовью...
Как идет скакунов поголовье,

Устремляя зрачок вожака:

Наше зрение за века

Научилось любить любовью -
Не такой, какой слышат уши...

А такой, какой видят душу!

Мы не просто живем на суше,

По которой ступают ногами:
Я могу сотворить богов

И переступать богами!

Я могу примирить врагов

Или - вовсе не быть врагами...
Все зависит лишь от того,

Какими я вижу глазами?

И когда я приду к тебе,

То какими приду небесами?
И какою тебя найду,

И какую душу увижу...

Будем живы с тобою в аду

Или будем немного выше?

Расскажи, что луна настоящая...

Что земля подо мной настоящая...

Что душа у меня настоящая.

Без зазрения покажи!
Ибо - если выйдешь за зрение,

И останутся лишь прозрения:

Как горения без огня -

Ты останешься без меня!
И любовь без любви останется...

И тогда ты без слов, как в танце,

Расскажи, что луна настоящая:

Не чадящая, словно лампада -
А лишь чудо преподносящая!

А луне и чуда не надо,

Потому что она есть

Заглянувшая с той стороны...
Это я пред тобою - весь!

Это мы любовью больны

Или даже вполне задорны -

На задворках всего настоящего...
Расскажи мне, что я летящий!

Расскажи мне, что я настоящий!

Расскажи словами души,

Ее зрением покажи.

Ненавидят и любит, но ради себя:

На роду не написано быть мне любимым

Бескорыстной любовью или быть бескорыстно гонимым

Скакунов поголовьем по степному простору травы...
А потом с поколением ранним и очень ранимым

У костров на глотки поделить родники человечьей молвы!

Ненавидят и любят, но ради себя...

Хорошо, что и ради себя не погубят,
Ибо - вовсе не видят, оставляя хранимым...
А когда ненавидят, но - ради меня!

Или даже полюбят, но - ради меня!

Я бы с ними и дня не остался,

Ибо - минула ночь, и довольно огня...

Я довольно скитался, потому - поскитаюсь еще!
По стене как плющом извиваясь,

Я к окну поднимаюсь

И на дно опускаюсь человечьей молвы:

Вот и минула ночь в ожидании совы -
Но не сгинула прочь!
Ведь они не умеют в ней видеть себя...

Ведь они не умеют в ней видеть меня...

Днем с огнем - из огня я делю на глотки

Родники человечьей молвы!
И живу в ожидании совы.


p. s. о темные века Средневековья! где есть индивидуальность, но - нет индивидуализма! вы оказываются морем света в моем темном мире, где все - ровно наоборот! где - нет личности, есть гомункулы культуры, которые одними нарисованными глазами видят одно и то же - одинаковых друг друга...
когда-то в ожидании совы - поэтому


Мир существует, пока не облетела листва!

Душа - это рыжее существо где-то вне мироздания...

Душа есть невежество, то есть незнание

Ожидающей нас пустоты!
Мир существует, пока существуешь ты...

И пока что эти листы с обликами нарисованными

Освещает душа извне:

Ничего не случится во мне,
Что фатально и непоправимо!

Этот мир существует печально...

Этот мир существует радостно...

Этот мир существует зримо -
Для души, что странствует мимо!

Освещая пласты грима,

Нанесенные очень просто -

Для души моего пилигрима!
Дабы ею они освещались,

И друг с другом они совещались,

Ибо - мир существует, пока не облетела листва

(как лоскутное одеяло - и сшивают его слова)!
Ты душа, что проходит мимо,

Освещая мое имя...

А я твое освещаю

И ему себя посвящаю.


Любовь любимых тел - лишь миражи,

Что в разряженном воздухе души...

Красивы и жестоки, как кометы,

Являться будут люди, и планета
Нас будет долго на себе носить!

И я солгу тебе немного света,


Где жаворонок будет голосить -

Поскольку есть поэт искусный лжец,
Что отыскал упавшую звезду...

Слияние душ в сплетениях наших тел,

Которое возможно и в аду,

Но - в разряженном воздухе души!
Когда уже ни выдоха, ни вдоха,

А лишь эпохи странствия людей:

Когда сердца выходят из грудей

И начинают медленно сближаться -
Любовь любимых тел может казаться!

А может и вполне осуществиться...

И я солгу, что я могу влюбиться:

Поскольку я влюбиться не могу -
Поскольку я всегда тебя люблю!

И мы стоим у бездны на краю...

И лишь сердца перелетают бездну,

Чтобы сближаться медленно и тесно.

выходя в замерзающий мир
В разреженном воздухе души,

В разрешенном выдохе и вдохе

Возникают только миражи

Из доисторической эпохи:
О слиянии душ в сплетениях тел -

До того, как наше разделение

Сделалось почти астрономическим!

Делая физическим сближение...
Делая холодным и космическим,

Выложенным по своей орбите...

Я иду по собственной планете

И дышу холодной атмосферой:
Понимаю жизнь как сбережение

Ежедневное себя от смерти

(полагая злобной и холодной)...

И - себя не чувствуя свободным!
Потому я о свободе - лгу!

А меж тем на этом берегу

Мы всегда находимся вдвоем

(лишь друг друга взглядами найдем!):
В разреженном воздухе души

Настоящих разделений нет,

Но зато в нем умирает смерть:

Ведь негаданно лишится прав -
Что ненастоящая, узнав.


Вот так и гуляют серьезные люди:

Бухнут золота на алтарь -

И нагими уходят в святые места!

А не то небеса на них рухнут...
Вот так открывают груди:

Как открывают букварь -

Дабы учиться по сердцу...

Вот так и бывало встарь!
А теперь и некуда деться:

Кроме как вырыть колодец -

И всем предложить напиться!

Не стоять деревням без колодца,



следующая страница >>